# Завтра будет дождь

2011. Эйрел Пыльный.


Завтра будет дождь.


Город. Серые дни и страшные ночи. Приземистые равнины спальных районов, лес офисных зданий с рассевшимися на крыше горгульями. Флаги перед строгими фасадами государственных учреждений и фонари вдоль улиц, по ночам горящие словно звезды, выстроившиеся как на парад. Матово-черные провалы окон домов в спальных районах – выключив свет, кто-то спит сном младенца, он не знает, что творится в этом городе. А если б знал – не смог бы спать спокойно этими звездными ночами.

Три щелчка реле. Пауза. Два щелчка - сигнал с передающей станции дал сигнал рации выйти из режима ожидания, рация ответила сигналом готовности к приёму и включила динамик, в котором тихо зашумело волнующееся море эфира.

- Реплика Семь, - сквозь шелест помех пробился женский голос. – Четыреста-восемь запрашивает подкрепление, код Б, красный. Клуб «Аурстрим», перекресток Норд и Восточного пляжа.

- Реплика Семь – базе, принято.


Этим умирающим летом погода была тёплой; этим вечером солнце медленно угасало, погружая улицы во власть редких конусов света уличных фонарей, а над морем, прекрасно видимым в заднем стекле машины, собирались тучи. Значит, скорее всего, скоро будет дождь.

Машина стояла возле клуба, сияющего в вечернем сумраке неоновыми огнями. Порожденная несложной магией полупрозрачная девушка над входом ночного клуба соблазнительно покачивала бедрами, её ноги попирали вывеску «Аурстрим», а руки скользили по плавным изгибам стройного тела. Играла музыка – быстрые танцевальные ритмы ударных, истошные визги саксофона, низкие аккорды фортепиано и что-то, что нельзя было разобрать не войдя внутрь – в арку дверного проёма, отделанную резными наличниками, с красной лентой поперек входа, за которой стоял мордоворот, следящий за тем, что бы никто не прошел без пачки купюр, без шикарной машины, без смазливой мордашки и роскошной одежды. Девушкам традиционно хватало последних двух пунктов. Перед входом стояла толпа, ждущая очереди чтобы пройти внутрь – в рай запретных удовольствий, экзотических танцев, дорогой выпивки и знакомств на одну ночь.

В машине, притаившейся на стоянке, среди множества таких же, сидели два человека, похожие лишь одеждой – темно-серые костюмы, белые рубашки, галстуки и шляпы.

- Чтоб я так жил, с моей зарплатой, - буркнул тип, сидящий за рулем. – Эти мрази прожигают жизнь, а мне следи за их покоем. Будто у меня других дел нет.

- Других дел? – негромко спросил его напарник, сидящий рядом. В его руке были очки Истинного Зрения, через которые он периодически посматривал вокруг. – Насколько я тебя знаю, вся твоя жизнь – это работа. И бар. Потом отоспаться – и снова на работу.

- А что есть моя работа? – на грубом лице водителя появилась злая усмешка. – Можешь ответить?

- Ну, подразумевается, что мы храним покой граждан города. Раскрываем преступления, сажаем за решетку разных ублюдков, по которым плачет электрический стул.

Водитель промолчал, откинувшись на спинку сидения. Повисла неловкая пауза, в которой словно густой табачный дым висели невысказанные слова о добре и справедливости.

- … Не знаю, что ещё ты хочешь от меня услышать, - вздохнул пассажир. Он был моложе товарища, его щеки были чисто выбриты, а галстук аккуратно завязан.

- Сказку на ночь, - буркнул водитель, и сарказмом добавил: – О том, как прекрасен мир, и как добры друг к другу люди.

Детектив Чеддер – так звали водителя. Двадцать лет службы в полиции без повышений. Сорок лет шуток над его именем – однообразных и не смешных. В школе – про бутерброды с сыром, в академии – «пока Чеддер созреет для экзамена, мы состаримся». В участке – «Чеддер такой чеддер – ни дырки в теле, ни дырки на петличках». Но, даже получив значок детектива, он не обрёл уважительного отношения со стороны сослуживцев. Потому он и находился сейчас в патрульной машине четыреста восемь – лучше сидеть в компании зеленого новичка, который уважает значок детектива и возраст его владельца, чем прозябать за столом в офисе в окружении зубоскалов. Проблема заключалась в том, что будучи хорошим копом, Чеддер был плохим полицейским. Он был человеком действия, всей душой ненавидящий бюрократию и всех тех, кто ей занимается в ущерб делу.

Его товарищ мало в чем ему уступал – разве что, он был сильно моложе, и носил нашивки офицера полиции – уже не новобранец, ещё не детектив. Парня звали Джо.

За два года службы в полиции Джо насмотрелся всякого, но в главном он был солидарен с напарником: задача полиции – сажать преступников, а не писать бумажки. Однако, по мнению Джо, кое-какие бумажки заполнять всё же было нужно, и делать это надлежало по уставу – хотя бы для того, чтобы обвиняемый не свалился с крючка из-за того, что кто-то неверно оформил протокол задержания.

- … Я знаю, в чем твоя проблема, - продолжил Чеддер, доставая из кармана портсигар. – Ты пришел в полицию чтобы нести в мир справедливость. Так вот, это чушь, да и ты сам уже вряд ли в это веришь так же как два года назад, когда ты пришел на службу. Ты можешь лет двадцать гоняться за органлеггерами, грабителями, убийцами и насильниками, ты можешь сажать их в тюрьму пачками, и ты не сделаешь мир лучше, потому что преступность – это гидра со множеством голов, и даже если тебе посчастливится отрубить ей голову, на её месте вырастут ещё две. Лучшее что можно сделать для этого мира – это облить его керосином и поднести спичку, а у тебя для этого кишка тонка. Поэтому через двадцать лет ты будешь сидеть в баре и пить кокосовый ром, боясь оглянуться назад, на свою прошедшую жизнь.

- Как ты?

- Ага, - Чеддер зажал сигарету тонкими губами и щелкнул пальцами, словно огнивом. С фиолетовой вспышкой кончик сигареты начал тлеть. Детектив опустил стекло дверцы и принялся дымить в окно. – Сынок, ты выбрал самую паскудную работу в мире. Самую грязную и неблагодарную.

- Я вряд ли пожалею о своём выборе, - сказал Джо.

- А куда ты, блин, денешься, - отмахнулся Чеддер.

- Ты - может быть и никуда. А я… Кто-то должен защищать закон, и если не мы – то кто?

- Сынок, ты молод, а потому я объясню: если бы я думал что служба в полиции – бессмысленное занятие – я бы давно уволился, - наставительно изрёк Чеддер. – Но я так не думаю. Когда подрастешь, и половина жизни будет у тебя позади, ты оглянешься назад и подумаешь – «на что я потратил свою жизнь?». И тогда ты пожалеешь о своём выборе, хотя он и является правильным.

Повисла тяжелая тишина. В полутьме пропахшего кожей и машинным маслом салона тускло горел красный огонек сигареты, слоистый дым улетучивался в подступающую ночь, подсвеченную неоновыми огнями клуба, в котором кто-то прожигал жизнь.

Джо молчал, не решаясь заговорить. Ему нечего было сказать – никто не знает, что с ним будет завтра. Никто не может предсказать свою судьбу. И хотя Джо был полон решимости нести в мир свет своих идеалов, и не намеревался умирать, он понимал, что если у судьбы на него другие планы – в лучшем случае он погибнет от пули какого-нибудь отморозка. А в худшем – будет как Чеддер, пить кокосовый ром в баре и ненавидеть себя за то, что когда-то сделал выбор, правильный выбор.

«Подразумевается что правильный выбор – хороший выбор, он должен давать удовлетворение. Каждый имеет право быть счастливым, - думал Джо. – Но как же отравляет жизнь осознание того, что те, от кого ты избавляешь улицы днем, возвращаются на них тем же вечером».

- Давай после смены заглянем в бар? – нерешительно сказал Джо.

- У тебя что, праздник? – фыркнул детектив. – Смотри в свои стекляшки, сынок. Увидишь что-нибудь стоящее – скажи.

Щелчок – и окурок, рассыпая снопы искр, описал дугу над стоянкой и упал где-то за машинами. А может быть – на длинный, выпуклый капот одной из них, и скатился на землю, оставив после себя черный след.

Чеддер прикрыл глаза и расслабился, а Джо вновь принялся рассматривать мир вокруг через очки.

Когда надеваешь очки истинного зрения, мир становится немножко другим. И хотя во многом его облик зависит от того, что ты хочешь в нем увидеть, одно остается неизменным – ты видишь мир контрастов. Черный и белый – вся грязь и вся красота мира. И разноцветные вспышки магии – голубоватые огни волшебных глаз, радуга невидимок, красные росчерки чар, радужное марево иллюзий… Сквозь очки пятиэтажное здание клуба с длинными росчерками стройных колонн было словно нарисовано углем на белом листе бумаги. Красные квадраты окон – через них не пролезть вору. Голубоватые огоньки по периметру – охрана старательно наблюдает за входами и выходами. Радужный силуэт над входом – иллюзорная девица-вывеска. Всё было так, как и должно было быть. Если бы не одно «но» - машина четыреста-восемь была здесь потому, что четыре часа назад неизвестная женщина позвонила в полицию и сообщила о преступлении. По её словам, в клубе был убит эльф. Звонок был записан на фонограф, расшифровка на бланке запроса отправилась в управление полиции, а дальше начались сложности.

Что бы выписать ордер на обыск клуба, принадлежащего влиятельным людям, одного анонимного сообщения было мало – а потому лейтенант послал машину проверить обстановку и поискать основание для обыска.

За три с половиной часа наблюдений Чеддер и Джо не нашли ничего, что выглядело бы подозрительным.

- Чеддер, - сказал Джо, сняв очки. – А у нас есть в арсенале какие-нибудь способы легально там всё разведать? Я сильно сомневаюсь, что если в клубе кого-то действительно убили, то его будут выкидывать из окна. А нет трупа – нет дела.

- А почему ты считаешь, что они не избавились от трупа?

- Убийство произошло четыре часа назад, примерно в то же время здесь начали собираться посетители. Логично предположить, что никто не станет вытаскивать труп, завернутый в ковер, рискуя быть замеченным, когда его можно засунуть в холодильник и подождать удобного случая, что бы от него отделаться.

- Это какого, например? Утра, когда все попрутся на работу? Дня, когда все попрутся на обед? Вечера, когда все попрутся домой? Или ночи, когда тут опять будет толпа?

- Ну, скажем, в четыре часа ночи тут уже не будет никакой толпы, потому что все кому надо уже будут внутри, а остальные разойдутся. Так у нас есть способы проверить, что там творится?

- Ну, ты можешь попытаться провести внутрь клуба «волшебный глаз», - Чеддер пожал плечами. – Тебя в академии учили чему-нибудь кроме стрельбы по мишеням и быстрой езды?

- «волшебный глаз» - не вариант, - сказал Джо. – Во-первых, его туда никак не провести – на окнах защита, а если заводить через двери – его могут заметить охранники. В клубах, где собираются сливки общества, применяют все известные способы защиты от магической маскировки и проникновения, и я готов держать пари, что у них есть очки истинного зрения. Другие идеи есть?

- Конечно, - Чеддер сдвинул шляпу на затылок и поглядел на напарника. – Но они незаконны.

Снова повисла пауза.

Стоит ли овчинка выделки? Офицер Джо был честным малым, с его точки зрения всё должно было быть по закону – и эта точка зрения была камнем преткновения, об который он бился как рыба об лед, меняя напарников раз за разом потому что никто не хотел иметь дело с чистоплюем, опасаясь что этот парень при малейшем нарушении инструкций напишет рапорт – и кранты премии, повышению, а может быть и службе. У каждого копа водились грешки. Но Джо не стал бы писать рапорт на товарищей. Это была сделка с совестью, первая из многих. Если даже ты и прав, описывая в рапорте взяточничество, «особые» методы допросов, воровство денег с мест преступлений, подбрасывание улик и прочие хитрости работы копов, ты ничего не изменишь – но преступишь ту грань, за которой ты будешь для всех крысой, сдающей товарищей, и плевать что ты лишь пытаешься защищать закон. Всем плевать.

Поэтому Джо всё делал по закону сам – и закрывал глаза на то, что делали другие, пока это не мешало делу – сажать за решетку преступников и защищать от преступлений невинных. И от осознания этого ему было тяжко на душе, будто он делал что-то не правильно.

Чеддер стал его напарником лишь вчера, и Джо пока ещё не знал, как ему относиться к этому угрюмому детективу. Отчего то ему казалось, что это он сам, в будущем. Может быть, потому что Чеддер высказывал то, что Джо боялся сказать сам себе. Может быть, по какой то другой причине.

- Ладно, ничего не хочу знать, - сказал Джо. – Просто… Ну, мне кажется мы теряем время.

- Куда то торопишься, сынок? – хмыкнул Чеддер. – Молодежь. Вечно куда то спешат.

- Но ведь можно же как то ускорить это дело? Ты же сказал, что есть способы…

Чеддер зевнул, покосился на вмонтированные в приборную панель часы, достал ещё одну сигарету из обтянутого кожей портсигара и щелчком пальцев запалил кончик.

- Убеди меня в том, что там произошло преступление, - сказал он, дымя в окно. – И что от улик ещё не избавились.

Джо прерывисто вздохнул, как на экзамене, когда он старался не забыть заготовленный ответ и не запутаться в выводах.

- Ну, помимо того, что я говорил про труп, которого мы ещё не видели, у нас есть следующая информация: звонок был сделан из таксофона на парковке. Женский голос сообщил об убийстве эльфа в клубе «Аурстрим». Мы прибыли через пол часа после звонка, естественно у таксофона никого не было.

- Какой ужас, - хмыкнул Чеддер. – Интересно, а почему она не позвонила из клуба.

Джо с укоризной поглядел на напарника. Взгляд разбился о кирпичного цвета физиономию копа, который с безразличным видом дымил сигарой.

- Я думаю, - веско сказал Джо. – Что человек, который стал свидетелем убийства, сначала уберётся подальше от места преступления, а потом вызовет полицию.

- А почему ты считаешь, что она была свидетелем убийства? Может быть, никакого убийства не было, а звонок был липой?

- версия, которую я рассматривать не хочу, как раз и заключается в том, что звонок – липа.

- А почему ты не хочешь рассматривать эту версию? – настойчиво спросил Чеддер.

- это, предположительно, убийство эльфа, - терпеливо объяснял Джо. – Эльфы в городе – шифруются, как могут, потому что на них охотятся. Соответственно, звонившая или имела очки истинного зрения, что бы определить сущность эльфа, или знала его лично, или была свидетелем преступления.

- … Или сама же его и убила. Мне кажется, ты просто не хочешь допускать мысли, что мы тут зря время тратим. Тебе нужно преступление – и ты натягиваешь факты на своё желание. Плохая идея. Не стоит рисковать из-за неё.

- Хорошо, а что бы ты сделал? – спросил Джо.

- Нашел бы эту деваху, - пожал плечами Чеддер. – Которая звонила. И допросил бы.

- И как нам это сделать?

- Никак, - сказал Чеддер. – В любом случае – она уже далеко отсюда. К тому же мы обыскали парковку по прибытии и ничего не нашли.

Глаза Джо загорелись.

- Чеддер, а если прав я, и она знала лично этого эльфа? Есть шансы, что она где-то здесь и наблюдает за клубом!

- Если мы не знаем кто она – мы не найдем её. Здесь, если ты ещё не заметил, огромное количество всяких баб, - детектив кивнул на толпу у входа в клуб.

Джо не спускал глаз со входа, к которому периодически подъезжали дорогие машины, к которому подходили люди, и от которого уходили потерявшие надежду попасть на праздник жизни тусовщики.

- Есть мысль, - сказал Джо. – Если я прав, то женщина могла быть эльфийкой. А найти эльфийку – это уже не то же самое что найти «неизвестную женщину». Проверить просто – диапазон частот голоса эльфа отличается от голоса человека, это так же надежно как отпечатки пальцев.

- Ну, действуй, - Чеддер глубоко затянулся сигаретой, и огонек на её кончике ярко вспыхнул.

Джо взял раструб микрофона и нажал кнопку вызова.

- База, это машина четыреста-восемь. Запрашиваю голосовую идентификацию по записи – мне нужна раса женщины, сообщившей об убийстве в клубе «Аурстрим».

- Это база, запрос принят, ждите ответа, - отозвался динамик.

- Ну, допустим, это была эльфийка, - сказал Чеддер, выбросив окурок в окно. – И что ты будешь с этим делать?

- Пока не знаю. Но мне кажется, что это важно, - Джо облизнул губы. – У эльфов очень тесные связи с сородичами, где один - там и другой. Они перебираются в город из лесов, где на них охотятся как на дичь, потому что тут легче затеряться, и потому что здесь нельзя вот так просто взять и убить эльфа. Есть же закон, в конце концов…

- Ага. А ещё здесь выпускают под залог и отпускают в связи с неверным оформлением улик. У тебя есть ещё байки про эльфов?

- Ну… Я изучал их расу, в академии. Условно говоря, есть два вида эльфов – старые эльфы, которые в меньшинстве, а потому в основном обитают в разной глуши, храня традиции и образ жизни, и молодые, которые не хотят сидеть в лесу. Как я и говорил, в город они перебираются, потому что здесь легче затеряться. Эльфы прекрасно маскируются и обладают разнообразными магическими способностями. На них охотятся органлеггеры, потому что эльфийская кровь прекрасно подходит для переливания людям, их глаза способны видеть в темноте, а органы отличаются долговечностью, если их не перегружать. Эльфы-мужчины проявляют себя в растениеводстве и архитектуре (ты бы видел какие дома они выращивают из деревьев с помощью своей магии!), а женщины – отлично поют, пишут стихи и…

- А жратву готовить они умеют?

- Ммм… Эльфийская кухня крайне специфична, они питаются растительной пищей. Салатики разные, там…

- Мерзость. Свиная котлета с чесночным соусом – вкуснейшая на свете штука.

- Так вот, а ещё для бандитов самая лакомая добыча – это эльфийки. И не потому, что они поют. Сам понимаешь, для чего они им нужны, и почему стоят дороже, чем их органы.

Джо скривился, а Чеддер отвернулся. Снова повисла тяжелая пауза.

- Машина четыреста-восемь, это база. Расовая идентификация звонившей: эльф.


Информация всегда была ключом к быстрому раскрытию преступлений, и поэтому полиция собирала и обрабатывала огромное количество данных круглые сутки, и девушка, сидящая в диспетчерской была лишь связующим звеном между залом, набитым людьми, днем и ночью, посменно работающими как винтики гигантской аналитической машины- и экипажами полицейских, находящихся на задании.

- Она – эльф. Я тебя убедил? – спросил Джо, когда рация перестала шипеть, перейдя в режим ожидания.

- Это ничего не значит.

- Эльф не станет сообщать об убийстве не сородича, потому что они традиционно считают людей низшими существами, которые вечно друг друга убивают. А смерть эльфа – напротив, трагедия. То есть, единственный повод для эльфа позвонить в полицию и попросить помощи.

- Это лицемерно, не находишь? – Чеддер поглядел на напарника.

- Перед законом – все равны.

- Но одни равнее других, сынок. Ладно, отойду-ка я позвонить кое-кому… Есть пара монет? – Джо, порывшись в карманах, протянул напарнику несколько серебристых монеток, после чего Чеддер открыл дверь и вышел, потянулся и тяжелой походкой вразвалочку пошел к таксофону на краю стоянки, вне пределов прямой видимости из машины. Джо проследил взглядом за тем как он, подбрасывая на ладони монету, скрылся из виду, а потом снова поглядел на вход в клуб сквозь очки. Несколько минут он пытался понять, есть ли в толпе кто-нибудь, кто скрывает свою сущность; он искал что-нибудь необычное. Некоторое время ничего не происходило, судя по стрелке часов на приборной панели, прошло примерно пол часа – Джо уже задался вопросом, куда делся его напарник - и вдруг в окне второго этажа увидел слабое сияние, словно там включился прожектор – бегло обшарив толпу, слабый конус мерцающего света потянулся к парковке. Джо снял очки и спрятал в отделение для перчаток – кто-то в таких же очках оглядывал пространство перед клубом, и мог заметить полицейскую слежку. Водительская дверь открылась – вернулся Чеддер. Он сел в кресло и положил руки на руль:

- Готово.

- Кому ты звонил?

- Не важно. Заметил что-нибудь?

- В окне второго этажа. Кто-то оглядывал толпу сквозь очки истинного зрения.

- Ого, - Чеддер растянул губы в усмешке. – Гадючник зашевелился. Если ты прав, то скоро они совершат ошибку.

- Ты звонил в клуб?

- Какой умный мальчик! – язвительно сказал Чеддер. – Может, прояснишь кое-что? В клуб приходят повеселиться, перед входом всех обыскивают на предмет оружия и магических средств. Как туда может попасть эльф?

- Эмм… Для начала хотелось бы узнать какого хрена он вообще забыл в клубе. Он на милю не подойдет к клубу, где играет такая музыка.

- Вывод – он туда попал вряд ли по своей воле. И если верить той бабе что звонила в полицию, это закончилось для него плохо. Значит, есть труп. Эльфа. А поскольку в клубе знают, что мы тут сидим и следим за ними, они попытаются от него избавиться.

- Они знают?! Как?! – воскликнул Джо.

- Потому что я им сказал, - пожал плечами Чеддер. – Не волнуйся, наша задача сейчас – отвлекать их внимание от того, что творится у задней двери клуба.

- Не понимаю…

- Тебе и не нужно. Изобразим слежку за клубом, если что-нибудь произойдет – мы узнаем.

Джо нахмурился. Он хотел сказать, что имеет право знать – плюс ему было ужасно любопытно, что же задумал его товарищ. Но он понимал, что если тот сделал что-то незаконное, он снова встанет перед дилеммой – упоминать это в отчете или нет. Хотя с другой стороны все выглядело предельно просто – поступиться правилами ради раскрытия убийства, или же упираться рогом и завалить дело. Джо смирил своё любопытство, с пониманием принимая факт, что напарник только что избавил его от необходимости делать выбор между двух зол. Впрочем, пока не было тела, дела тоже не было…

- Следи за входом, Джо, - Чеддер надвинул шляпу на глаза и откинулся в кресле.

Очки истинного зрения… Человеческий – да и любой другой глаз - видит мир посредством света, который, отражаясь от объектов, преломляется на хрусталике и попадает на сетчатку. Очки делили этот поток света на две части – одна, первичная часть – попадала на сетчатку в неизменном виде, вторая отражалась назад, на объект и возвращалась. Объект выглядел естественно, если между этими частями не было разницы. Незримые объекты существовали в невидимой человеческому глазу спектре, но благодаря линзам очков и они становились видимыми наблюдателю, иллюзии преломляли отраженный свет сами по себе и были видимы в виде радуги. Единственным минусом очков была невозможность наблюдения за чем-либо, чего не было в пределах оптической видимости, ибо туман, дождь и дым не давали свету правильно распространяться.

Энергия чар на окнах давала красное смещение отраженного спектра, невидимые волшебные глаза, летающие по периметру здания – синее смещение. Джо умел пользоваться волшебными устройствами и знал их устройство, ибо понимание принципов их работы дает ощущение уверенности, что он всё видит правильно.

- У тебя девушка есть? – внезапно спросил Чеддер.

- Э… - Джо заколебался, говорить ли. Но потом решил, что ничего страшного не будет. – В общем, да.

- «В общем» или «да»?

- Ну да, есть у меня девушка!

- Определенность – это так хорошо! – язвительно сказал Чеддер. – Тебе стало легче, что ты определился?

- Не понимаю…

- ты сказал «в общем». Значит – или ты «хотел бы, что бы она была твоей девушкой», или вы недавно познакомились.

- Да, мы недавно познакомились. Неделю как. Это было… Как наваждение.

- Ты был очарован? Или испытывал страх, что она лишь на первый взгляд такая волшебная и хорошая, а если ты узнаешь её получше, то поймешь насколько жестоко ты ошибался?

- Это что, допрос?

- Сынок, - Чеддер сдвинул шляпу на затылок что бы поглядеть в глаза Джо. – Твоя проблема в неуверенности. Времени у нас навалом, а в молчанку играть мне надоело.

- С чего ты взял, что моя проблема – неуверенность?

- Ты ничего не делаешь, не спросив меня и не получив моего одобрения, хотя я для тебя – бухающий в одиночестве коп без личной жизни. Словно пытаешься переложить ответственность за решения на меня, и я не скажу что я в восторге – думать ты умеешь, про эльфов вон, сколько всего знаешь, а вот принимать ответственность за решения ты отчего то боишься. Я не буду строить гипотез, виноват в этом твой папаша-тиран, или чересчур заботливая мамаша – ты уже взрослый, встань на ноги и иди! Ну, так что там с девушкой?

Джо поморщился, слова Чеддера были слишком похожи на правду.

- Хорошо, я расскажу. Мы познакомились, когда я после дежурства отдыхал в баре. Её зовут Кармин, и она очень красива…

- То есть ты был очарован её красотой?

- С чего ты взял?

- Человек расчетливый сказал бы сначала, кем она работает. Ты же сначала назвал её имя, а потом – что она красива – значит это то, что тебе в ней нравится прежде всего.

- Ну… да. Её красота, изящество. Её юмор, то, как она себя ведёт – всё в целом, это и есть красота.

… Красота живого человека, а не куклы-пустышки, десятки которых выстраиваются вдоль серых стен тёмных переулков при свете одинокой красной лампы и стоят по два соу за ночь суррогатной любви.

- Знаешь, я купил ей выпивку – а она попыталась вернуть мне за неё деньги…

- Боится несерьёзных отношений, - кратко резюмировал Чеддер, жуя сигару.

Джо вздохнул.

- Ты перестанешь меня перебивать? Мы говорили с ней весь вечер, она улыбалась, и я пригласил её на свидание, в кино. Она согласилась.

- Ты сказал ей что ты – коп?

- А это тут причем?

- Значит, не сказал, - ухмыльнулся Чеддер. – Боишься, что если она узнает кто ты – то ты потеряешь её. Неужели она выше тебя по статусу?

- Не особо… Она – бухгалтер оружейного концерна. Живет в мире цифр и в шикарном особняке в западном пригороде…

- Можешь не рассказывать дальше, - хмыкнул Чеддер. – Удачи вам обоим. Но, всё же, если о её профессии ты узнал не на первом свидании, прими совет – скажи ей кто ты есть.

- Я приму это к сведенью. А ты?.. – Джо вопросительно поглядел на напарника

- У меня нет девушки и я не женат, - сказал Чеддер.

Воцарилось молчание.

- Мы закончили с моей неуверенностью? Знаешь, если бы мне было нужно, я пошел бы к психоаналитику…

- Так чего не пошел? – грубовато отрезал Чеддер. – Мне не нужен нерешительный напарник. Ты должен делать что-либо с твердой уверенностью что это – правильно, и что ты готов принять последствия этого. В любом другом случае ты промедлишь в ответственный момент из-за колебаний, и кто-то умрёт.

- Так кому ты звонил? – перевел разговор на другую тему Джо. – Попросил кого-то последить за черным ходом клуба?

- Ага. Подонки, которые за нами следят, считают опасностью нас, а не кого-то ещё, а потому не заметят… Кого-то следящего за черным ходом.

- Чеддер, мы не имеем права привлекать к нашей работе гражданских, за исключением официальных информаторов.

- Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю.

- Это неправильно. Если его заметят…

- Не заметят.

Чеддер покосился на часы, а потом вышел из машины, направившись к телефону-автомату. Вернулся он минут через пять, с довольной ухмылкой пряча в карман блокнот.

- Ну вот, время валить отсюда.

- Зачем?

- Искать плохих парней.

Поворот ключа зажигания – и двигатель затарахтел, набирая обороты. Чеддер вырулил со стоянки и направился по Восточному пляжу в сторону порта.

- Интересно, что эти уроды забыли в районе складов? – бурчал детектив, ведя машину по пустынной улице, слева от которой белела полоса пляжа, а за ней были темные волны моря. Где-то вдали мерцала иллюминация плывущего вдаль корабля.

- В районе складов? – непонимающе переспросил Джо. – Послушай, мы же напарники, почему ты что-то делаешь и ничего не объясняешь? Я имею право знать…

Чеддер со скукой поглядел на напарника и тот замолк.

- Я получил информацию о перемещениях плохих парней – и если нам сегодня повезло, то и о местонахождении трупа эльфа, - протокольным тоном сказал Чеддер. - Сейчас мы едем туда, арестовываем тех, кого найдем, допрашиваем, на основании допроса делаем запрос на ордер, дабы обыскать клуб «Аурстрим» и если повезёт – у нас будет труп, место преступления и куча подозреваемых. Плохо то, что судья не любит когда его будят среди ночи, а потому нужно нечто экстраординарное что бы поднять его с постели. И насчет того, что мы напарники – ты чертовски прав, сынок, - детектив издал смешок.

- Понятно…

Фешенебельный «восточный пляж» резко сменился унылым серым пейзажем складских строений. Не смотря на ночь, здесь кипела жизнь – при свете ярких фонарей работали краны, сновали туда-сюда рабочие, откуда-то выехал санитарный фургон и, разминувшись с холодильным грузовиком, помчался по дороге, пролетев мимо полицейской машины, набрав скорость и влившись в редкий поток автотранспорта, перевозящего почту, контейнеры и какие то тюки. Склады были освещены редкой цепью огней.

- Приехали, - сказал Чеддер, подъезжая к контрольно-пропускному пункту. Охранник покосился на красный фонарик за лобовым стеклом полицейской машины, затем на значок детектива и кивнул, мол, проезжайте. Машина свернула на дорогу между складских ангаров с номерами на дверях, и остановилась у ангара номер 24.

- Складской район порта, ангар 24, - Чеддер заглушил мотор, с хрустом потянулся, достал револьвер и взвел курок. – Кажется, сегодня скучать не придется.

- А если конкретнее? – с беспокойством спросил Джо. – Почему они не выбросили труп в океан, а притащили его на склад?

- Органлеггеры, - пожал плечами Чеддер. - Очень жадные люди.

Полицейские вышли из машины. Чеддер зажал сигарету в зубах и дымил, чему-то зло улыбаясь. А Джо чувствовал дрожь во всём теле. Скоро должно что-то случиться, и он не знал, как к этому относиться. Нелегальная продажа органов – выгодный бизнес, его владельцы были способны купить всех и вся, в их распоряжении были большие ресурсы – ведь дороже всего для человека была его жизнь и здоровье. И даже имея много денег, нельзя было гарантировать, что в нужный момент в центре трансплантации окажется нужный орган, который спасет жизнь, продлит жизнь, или улучшит её. Те, кто контролирует здоровье – контролирует всех, потому что, однажды оказавшись в долгу у этих людей, рассчитаться с долгом было невозможно…

- Сынок, мы тут до утра стоять будем, или пойдем работу делать? – Чеддер кивнул на дверь с табличкой «только для персонала» рядом с воротами ангара. Джо молча кивнул, достав свой револьвер, и в следующий момент тяжелый удар ноги выбил хлипкую старую дверь, а Чеддер скрылся внутри, держа в одной руке яркий волшебный огонек, а во второй – револьвер.

Склад был пуст.

Чеддер огляделся, обошел пустое нутро ангара, оглядывая каждый угол, решетку водостока в полу и балки потолка, потом выругался и убрал револьвер.

- Пусто!

- Твой информатор облажался, - с укоризной сказал Джо.

- Мой информатор куда точнее службы наружного наблюдения, я в этом уверен куда больше чем в завтрашнем дне. Как мы знаем, машина забрала тюк из клуба и привезла в ангар 24. Видимо мы долго копались, и негодяи избавились от трупа. А я-то надеялся, что они потратят время - разбирая его на органы.

- А если они сделали это в клубе? Мы сидели там пять часов, - Джо держал револьвер в подрагивающей руке и оглядывался вокруг.

- Разборка на органы – это бардак и срач. К тому же, это должен делать анатом, и это дело не на пять часов – нужно специальное помещение, куча инструментов и баки со специальным составом для предотвращения порчи органов – какой идиот будет хранить это в клубе? У них там был максимум холодильник, что бы на время заныкать жмурика дабы не протух, и кстати, для обычной трансплантации он уже не годится – только через анатома. Максимум что можно получить от трупа – это кровь, но её можно было слить ещё в клубе, а труп ушастого выкинуть в море, - Чеддер ещё раз обошел ангар и направился к двери. – Труп был здесь. Куда его дели?

- Опросим рабочих? Может быть, кто-то что-то видел. Или… Постой, - Джо нахмурился, выйдя из ангара он поглядел в сторону поста охраны, – Поехали отсюда, кажется, я знаю, в чем дело.

- Ну, удиви меня, - Чеддер, вышедший следом, плюхнулся за руль, с другой стороны в машину ввалился Джо, который взял раструб микрофона и нажал кнопку вызова.

- База, это машина четыреста-восемь. Поступали ли вызовы санитарной машины в район складов в порту?

- Секундочку, четыреста-восемь… Нет, не поступало.

- Видишь? Где можно хранить баки, где есть операционная и анатом? В больнице! – Джо торжествующе улыбнулся. Машина миновала контрольно-пропускной пункт и выехала назад на Восточный Пляж. Теперь море было справа.

- Гениально, - с сарказмом сказал Чеддер. – И какую больницу мы ищем, подскажи мне, о мастер сыскного дела?

- Ты сам сказал, что для разбора тела на органы нужно много времени и оборудования, плюс анатом. Все операции документируются. Хммм…

- Значит, нам нужна не больница, а морг, - закончил Чеддер. – В морге изъятье органов возможно только с согласия родственников умершего, или в случае если покойный завещал своё тело больнице.

- Я не понимаю…

- Я объясню, - пожал плечами Чеддер. – Сейчас мы приедем в морг, где на операционном столе лежит эльф, а нам сунут под нос бумажку, где написано что тело – собственность больницы, ибо такова воля покойного. Самое смешное в том, что когда на анатомов были гонения, они часто тырили трупы из моргов, где обычно и работали.

- Но это же какая то чушь - эльф никогда не станет…

- Ты думаешь это хоть кому-то кроме эльфов интересно? – Чеддер хохотнул. – Нам тоже не интересно. То, что бумага фальшивая – можно выяснить, если удастся найти труп до того, как над ним поколдует анатом, если есть признаки насильственной смерти - у нас будет дело. А если будет дело – мы сможем взять за жопу всю эту шайку – и затребовать документы – на какой машине доставили тело, какого черта труп делал в складском районе выяснится после изъятия журнала учета контрольно-пропускного пункта… - он на миг замялся. - … Мы получим ордер на обыск клуба и получим место преступления, а так же круг подозреваемых. Мы их всех…

- Чеддер, - сказал Джо. – Если ты прав, и мы получим документы, единственное связывающее звено – это твой информатор. Иначе как мы объясним, откуда мы знаем, что труп был погружен на машину и доставлен в порт из клуба?

- Есть и другие способы, - прорычал детектив, сворачивая на Меридиан-стрит, что в квартале к югу от клуба «аурстрим».

- Какие?

- Ну, например телефонная станция, - Чеддер гнал машину со всей доступной скоростью.


- Готов? – Чеддер достал револьвер и кивнул на белую дверь морга.

- Всегда готов.

- Тогда входим и начинаем всё ломать.

В больнице было тихо. Морг находился в подвале, испуганная девушка за регистрационной стойкой, ошеломленная появлением разъяренного детектива со значком и револьвером, сообщила то, что требовалось – буквально десять минут назад прибыла машина с трупом, который был отправлен в морг; документы на труп были заполнены наспех – но главное в них было: труп эльфа, предварительная причина смерти – перелом шеи вследствие несчастного случая при невыясненных обстоятельствах – что само собой являлось наспех подобранной формулировкой, ибо, если обстоятельства неизвестны – как можно заключить что это был несчастный случай?

От сильного удара с громким треском распахнулась дверь в морг.

- Полиция! Всем стоять! – крикнул Джо, влетая в светлое помещение, залитое светом ярких ламп. На мушку один за другим попадали: стол регистрации с удивленно привставшим санитаром, дверь в картотеку, дверь в «холодильник», где в ячейках хранились тела усопших, и дверь в патологоанатомическое отделение – куда уже летел Чеддер, ударом плеча сорвавший её с петель и ворвавшийся внутрь, размахивая револьвером.

- Полиция! Никому не двигаться! – орал Чеддер. Джо держал на мушке санитара, пока из соседней комнаты доносились вопли и звуки ударов.

Чеддер, ворвавшийся в патологанатомическое отделение, сорвал преграждающую путь занавеску и наставил револьвер на анатома, изумленного вторжением. Худой полуэльф стоял над трупом эльфа, лежащего на столе для проведения вскрытия, рядом находился ассистент в белом халате, а на передвижном столике стояло несколько банок с кровью и парочка – с медицинским гелем, в котором плавали эльфийские глаза – похоже разбор на органы только начался. Тело эльфа было обнажено, от паха до грудины проходил длинный разрез, в котором были руки анатома на момент появления детектива.

- Руки! Подняли руки, живо! – скомандовал Чеддер, восстановив равновесие.

- Вы не имеете пра… - начатую ассистентом фразу, детектив, неуловимо быстро оказавшись рядом, слышал уже много раз, а потому решил сберечь своё время, сложив говорившего пополам ударом кулака в солнечное сплетение.

- Именем закона, вы арестованы по подозрению в сокрытии преступления, - жестко сказал Чеддер. – Джо, ты где там?

- Тут, - офицер полиции втолкнул в операционную санитара в наручниках. – К стене, стоять и не шевелиться. Вы все арестованы; всё, что вы скажете, может быть, и обязательно будет использовано против вас в суде, вы имеете право на адвоката, если у вас нет на него денег, в чем я сильно сомневаюсь, его вам предоставит государство.

Джо достал вторую пару наручников и надел их на ассистента, пока Чеддер «беседовал» с полуэльфом.

- Ну что, мразота, - детектив мрачно улыбнулся и упер дуло пистолета между глаз анатома. – Побеседуем по хорошему, или по плохому?

- Вы не имеете права. Этот эльф завещал своё тело больнице. У нас есть документы.

- Я знал, что ты так скажешь, подонок, - ухмыльнулся Чеддер. – Поэтому я и не стал предъявлять вам обвинение в органлеггерстве. Чуешь разницу? С помощью твоей бумажки можно отмазаться от обвинения в органлеггерстве, но от сокрытия преступления – вряд ли. Хочешь пари, что судмедэксперты обнаружат, что эльфу свернули шею?

Полуэльф молчал. То, что эльфу сломали шею, было видно по неестественному положению головы и отсутствию других видимых ран, нанесённых при жизни. Эксперты установят, так ли это было в действительности, а пока что Чеддер довольствовался догадкой, основанной, в основном, на мысли, что уж если надо кого-то убить в ночном клубе, то проще всего свернуть ему шею – иначе будет много крови, которую потребуется отмывать, а отмывается она долго и очень плохо.

- в наручники этого урода, - Чеддер достал из кармана свою пару наручников и протянул Джо, который завел обе руки анатома за спину и защелкнул браслеты на запястьях. – А теперь на выход, все трое. Джо, сгоняй к машине, сообщи на базу – у нас труп, трое арестованных по подозрению в сокрытии преступления, куча улик, и нам нужен ордер на обыск клуба, немедленно, пока они там всё не подчистили и не разбежались по домам.

Подгоняемые тычками ствола под рёбра, арестованные шли к выходу по белым плиткам пола с ржавыми разводами.

- Эй, Джо, - сказал Чеддер, когда все трое оказались на заднем сидении машины, отгороженном решеткой от водительского и пассажирского сидения, а дверь за ними захлопнулась. – Знаешь, как называется полуэльф в костюме-тройке?

- Как?

- Подзащитный! – детектив расхохотался и плюхнулся за руль машины. Взревела сирена, оповещая улицу о том, что закон и порядок – это не пустой звук в этом городе.


- На каком основании вы арестовали моего клиента? – поинтересовался адвокат, стоя справа от подзащитного – полуэльфа-анатома, сидящего за столом в комнате для допросов.

- Подозрение в сокрытии преступления, - сказал Чеддер, сидя напротив подозреваемого.– В полицию поступил звонок об убийстве эльфа. Оперативно-следственные мероприятия привели нас в морг, где оказался труп эльфа с подозрительно оформленными документами – в них было сказано, что он погиб при невыясненных обстоятельствах вследствие несчастного случая, повлекшего за собой перелом шеи. В полицию о данном случае сообщено не было, опознание тела не производилось – сразу началась процедура извлечения органов. Я считаю это достаточным основанием, для задержания с поличным всех кто был в этот момент в морге.

- Каким образом вы получили доступ к личному делу покойного?

- Попросил, - гнусно ухмыльнулся Чеддер.

- Вы применяли оружие при… высказывании просьбы?

- Нет, - ещё более гнусно ухмыльнулся Чеддер. Это была игра – адвокат пытается найти повод что бы объявить арест незаконным и освободить своего клиента. - … Если у вас есть желание найти виновного в том, что я увидел бумаги – там, на стойке регистрации сидела девушка, которая мне их показала. Можете ей влепить выговор за нарушение инструкции, что потом будет обязательно обжаловано профсоюзом, поскольку она подчинялась законному требованию детектива полиции при исполнении.

- Законному? То есть у вас был ордер?

- Я имею право арестовать вашего клиента на двадцать четыре часа по подозрению в совершении преступления при взятии с поличным, в течении двадцати четырех часов будет выписан ордер на его арест и заключение до суда, и вы это знаете.

- Мой клиент имеет право на освобождение под залог, так как ему не предъявлены обвинения первой степени тяжести.

- Залог назначается судом. Если вы найдете судью, который установит сумму залога в три часа ночи – ваш клиент сможет валить на все четыре стороны, - ухмыльнулся Чеддер.

Адвокат вздохнул и переглянулся с клиентом.

Подзащитный, которого от эльфов отличали менее заострённые уши, болезненно-бледная кожа, и человеческие глаза с тёмной радужной оболочкой, вопросительно изогнул бровь - адвокат покачал головой, показывая что ничем помочь не может. Чеддер удовлетворённо хмыкнул и вышел из комнаты для допросов, оставив их наедине. В коридоре его уже ждал Джо с двумя кружками кофе, всё это время он следил за происходящим в камере – иначе говоря, подслушивал.

- Не очень то ему адвокат помог, - сказал Джо, протягивая кружку напарнику. – Что делаем дальше?

- У нас мало времени, - Чеддер сделал из кружки несколько глотков, потом кивнул на дверь. – Мы потеряли кучу времени, оформляя этих уродов по всем правилам; время поджимает. У нас четыре часа, если до этого времени нам не удастся связать труп эльфа с клубом «Аурстрим», этот подонок выйдет на свободу за пару сотен либров едва откроется суд. Что у нас есть?

- Мы проверили отпечатки пальцев, маршрутный лист труповозки и запросили у охраны склада информацию о времени появления там этой машины. Отпечатки совпадают со взятыми у санитара, маршрутный лист заполнен – вызов на промзону, проверяем расход топлива, информации со склада пока нет.

- А охрана промзоны?

- Говорят что труповозок сегодня там не было.

- ясное дело что липа, но улики косвенные, - Чеддер допил кофе и вздохнул. – Придется колоть мерзавцев.

- Надеюсь, без рукоприкладства, как при задержании?

- Что я мог поделать - он сопротивлялся при аресте и пытался сожрать улики, - пожал плечами Чеддер. – Я это отражу в рапорте. Естественно, в этот момент ты вязал санитара, а потому не видел, что произошло.

- Тебе вкатят иск, Чеддер. Это же гон, что он пытался сожрать улики.

- Не в первый раз, сынок. Его слово против моего… Пойду займусь санитаром, принеси-ка мне ещё кофе, будь другом.

- Чеддер! Зайди ко мне! – раздался голос из коридора, оканчивающегося дверью, ведущей в отдел.

- Начинается, - буркнул Чеддер. – Ладно, я мигом.

Он направился к двери, на ходу поправляя галстук, а Джо, поглядев ему в след, задумался. Что если самостоятельно допросить подозреваемого? «Ты должен делать что-либо с твердой уверенностью что это – правильно, и что ты готов принять последствия этого» - говорил Чеддер. Победителей – не судят.

И с этой мыслью, офицер Джо вошел в камеру для допросов, где сидел санитар, который ездил на труповозке, что привезла эльфа в морг из склада номер 24.


- Сержант, сейчас ночь. Я думал, вы уже дома, жена не заругает, что вы тут до утра просиживаете? – осклабился Чеддер заходя в отдел. Просторное помещение было заставлено столами, на каждом из которых стояла настольная лампа с зеленым абажуром, а так же громоздились папки с бумагами. Лишь одна лампа была включена, и лишь за одним столом сидел человек, и человека этого звали сержант Брайт. Он был в меру упитанным мужчиной, который не ездил на места преступлений, не выступал перед прессой и ненавидел физическую нагрузку; он любил пончики, кофе и свою работу, у него были жена и дочь. А ещё он был демпфером между Чеддером и лейтенантом Лаудом, и если бы не он, кому-то из этих двоих пришлось бы туго – потому что Чеддер плевать хотел на дисциплину, а лейтенант бесился когда ему не подчинялись.

- Уйма бумажной работы, - сказал сержант. – Под вечер случилась небольшая заварушка в опере.

- Почему я не в курсе?

- Это случилось, когда вы уже были на задании. Не о чем беспокоиться, мы отправили туда Реплику Семь, они работают быстро.

- Похоже бумажной работы у вас даже не до утра, а на неделю минимум, - ухмыльнулся Чеддер.- От оперы что-нибудь осталось?

Сержант поглядел на детектива скучным взглядом.

- Если между нами, - сказал сержант после паузы. – Мне не нравится что лейтенант не дает тебе серьёзного дела. Вместо этого вас с Джо отправили следить за клубом, к которому при всём желании пришить ничего не получится – хозяева клуба серьёзные люди. Попытка пришить к клубу дело может обернуться большими проблемами как для нас всех, так и для тебя лично.

- Плевать, - пожал плечами Чеддер. – Я…

- Дай мне закончить. Подразумевалось что вы посидите там пару часиков, ничего не найдете и напишете рапорт. Нет тела – нет дела, а значит - нет глухарей на отделе.

- Тело мы нашли.

- Вот именно. Вы притаскиваетесь спустя пять с лишним часов с кучей арестованных и трупом эльфа, - сказал сержант. – Причем не факт что это как раз тот эльф.

- А что, у нас есть данные, что сегодня убили нескольких эльфов? – спросил Чеддер. – У меня есть теория, и некоторое количество доказухи, её подтверждающей, что эльфа, убитого в клубе, перевезли на склад 24 в складском районе, где его передали труповозке, за рулем которой был один из арестованных, затем он попал в морг, где его тут же начали разбирать на органы. Состав преступления налицо. Мне нужен ордер, и клянусь, я обшарю «Аурстрим» сверху донизу, и если потребуется, разберу его по камешку, но найду убийцу.

- Ты понимаешь, что если ты это сделаешь, на наше подразделение будет оказано давление?

- Сержант, моё дело – ловить подонков. Ваше – разбираться с политикой. Если мы будем делать нашу работу хорошо, город станет чище.

- За время службы в полиции ты ничуть не изменился, - вздохнул сержант.

- О нет, я изменился, - Чеддер наклонился к столу и пристально поглядел в глаза собеседнику; его взгляд обжигал, а в сдавленном голосе слышалась бурлящая ненависть. – Я изменился, сержант. Я больше не верю в то, что мы защищаем людей. Я больше склонен верить, что кое-кто греет задницу в кабинете и трясется над своим креслом, которое из-под него в любой момент могут выбить. И этим, неплохим в принципе, людям выгоднее ловить мелкую шелупонь, а крупные акулы будут плавать вокруг и скалиться. Ваша проблема, сержант, в том, что вы боитесь акул. Мне же бояться нечего.

Чеддер выпрямился и достал портсигар.

- Мне нужен ордер, и плевать, как вы его добудете. Если мы не поторопимся, птички упорхнут из клетки.

- Ночью никто не даст вам ордер, - отрезал сержант.

- Тогда выпишите мне сверхурочные, - бросил Чеддер, закуривая. – До утра слишком мало времени, а у меня куча работы.

Детектив развернулся и пошел к двери, дымя как паровоз.

Сержант Брайт смотрел на его спину и думал о том, что этот детектив мог бы уже быть лейтенантом – если бы был более гибким. Он видел, как Чеддер долгие годы не подчиняется приказам, лжет, мухлюет, исступленно ломает инструкции пытаясь засадить за решетку очередного подонка – и как подонок выходит на свободу. Наблюдая за тем, как полицию опутывает сеть коррупции, Чеддер словно окутывается черной мглой ненависти и ярости. Эта мгла, невидимая и неосязаемая крутилась вокруг него, стремясь всосать в себя всех вокруг – и люди в страхе отшатывались от него, как от смерча. Однако сержант Брайт видел – посреди смерча есть «глаз», островок спокойствия, который и есть настоящий Чеддер. Если бы он не был спокоен, если бы не его железная воля и стальные нервы, позволяющие не сломаться, когда все обстоятельства были против него - он не смог бы удерживать эту тьму вокруг себя непробиваемым щитом, и она разлетелась бы вокруг, ломая и калеча всех, с кем столкнется, словно цунами. Такое бывало, когда идеалист, вроде нынешнего напарника Чеддера, офицера Джо, не мог выдержать гнет несправедливости, тлен коррупции и грязь вокруг себя, однажды слетев с катушек, брался за оружие, чтобы не судить, а карать – и перед тем как погибнуть, успевал посеять вокруг себя смерть и горе. Сержант поставил этих двоих напарниками в надежде, что Чеддер научит Джо как не сломаться. Пока что всё было хорошо.

А ещё сержант думал о том, что утром лучше оказаться как можно дальше от полицейского участка, потому что если Чеддер вломится в клуб, и посадит кого-нибудь из «неприкасаемых» за убийство, сюда налетят журналисты, лейтенант будет вынужден делать заявление, недовольное начальство начнет искать виноватых… Если что-то и было в мире что лейтенант ненавидел больше чем Чеддера – так это пресса и наглухо коррумпированная верхушка полиции.


- Распишитесь, - Джо толкнул по полированному дереву стола бланк. Бумага остановилась перед санитаром, который даже не взглянул на неё.

- Не буду я ничего подписывать. Мне нужен адвокат!

- Эта бумага – ваш пропуск на выход отсюда, - сказал Джо, пытаясь быть терпеливым, но губы его кривились в порыве раздражения. – Выглядит это так – вы подписываете, я задаю вам несколько вопросов, этот аппарат, - офицер кивнул на полиграф с линзой, направленной на подозреваемого. – Подтверждает, что вы говорите правду, я заполняю протокол, расписываюсь, и вы свободны.

- Да ну? – недоверчиво сказал санитар.

«Пешка», - подумал Джо. «У анатома был персональный адвокат, который притащился сюда среди ночи – а кому нужен этот придурок?»

- Ну, если есть желание, можете тут посидеть сутки, с утра придет адвокат, вы перекинетесь в «дурака» от нечего делать, а потом вас всё равно отпустят, - пожал плечами Джо. – Насколько нам известно, вы никого не убивали. Может быть, если слова того полуэльфа в соседней камере потребуется проверить, вас вызовут свидетелем, но до тех пор вы будете сидеть дома, а не здесь – мы полиция, а не гостиница, пайков и коек на всех не хватит. Так как мы поступим?

- Ручку дайте, - санитар довольно цыкнул и, получив искомое, расписался. Джо кивнул и сложил бумагу в папку.

- Итак. Отвечать «да» или «нет». Вы – Мэйтон Ди Виши, правильно?

- Ага.

- Вы работаете санитаром в морге, в вашу обязанность входит оформление документов на поступающие трупы, верно?

- Да.

- Вы работаете сутки через двое, являетесь одним из водителей санитарного фургона номер Эн Шестнадцать ДвадцатьДва А.

- Ага, иногда приходится разъезжать.

- В ваши должностные инструкции входит подчинение анатому и прозектору?

- Ага, собственно – они говорят что делать, я делаю. Кишка тонка у них трупы таскать.

- О да, - усмехнулся Джо. – Я бы удивился, если бы увидел как этот дрищ-анатом что то тяжелее скальпеля таскает - он, поди, даже в туалет с ассистентом ходит… Ничего, утром под залог оба выйдут, готов пари держать.

- Долго ещё? – нетерпеливо спросил санитар.

- В случае если вы работаете больше 24 часов подряд, вы в курсе что вам положен отгул и выплата сверхурочных?

- да!

Джо покосился на прибор, потом кивнул. Полиграф шелестел, вычерчивая какую то непонятную санитару линию, но весьма говорящую для офицера полиции, который посвятил изучению аппарата целый месяц.

- Это было для профсоюза. Всё время требуют, что бы мы включали их вопросы в вопросник, - касание кнопки заставило аппарат шелестеть грифелем по бумаге чуть тише.

- Хорошо, всё верно, - сказал Джо несколько секунд спустя. – Подпишите, пожалуйста, всюду, где указано ваше имя.

Он толкнул бумагу к задержанному, который её тут же подмахнул, а потом спросил, отдавая назад:

- Я думал вопросы сложнее будут, и ответы вы будто заранее знали... Это точно всё?

- Разумеется. Простая формальность – показания надо подтвердить детектором, и всё. Что бы не морочиться с писаниной, я заранее заготовил бумагу, где всё уже проставлено – имя взяли из вашего удостоверения, график – из расписания в морге, ну а с машиной – у вас изъяли ключи при обыске. Получите вместе с остальным имуществом на выходе.

- А вы хороший коп, сэр.

- Спасибо. Кстати, ваша контора давно пользуется складом 24 как перевалочной базой для транспортировки трупов?

- А?.. – глаза санитара расширились, он открыл рот словно рыба, выброшенная на берег волной. Полиграф зашумел, рисуя размашистую кривую.

- Да это я так, не для протокола, - подмигнул Джо. – Мне просто интересно, этот ангар, поди, чертовски дорог для аренды… Черт, я думал я выключил эту штуку. Думаю, вы знаете, кого благодарить за то, что вы сегодня будете спать в своей постели. Всего хорошего, мистер Ди Виши. Советую воспользоваться телефоном в холле что бы вызвать такси до дома.

Он отключил устройство и закрыл чемоданчик, в котором он находился, взял папку и вышел за дверь. Было очень тяжело сдержать улыбку. Если бы Джо играл в покер, то его бы раздели до нитки. В папке лежали подписанные санитаром Де Виши показания, в которых, в числе прочих вопросов, был вопрос дня – передавали ли экипажу труповозки тело эльфа на складе 24. К вопросам прилагалась лента полиграфа, из которой следовало что Де Виши очень взволновал этот вопрос, и что он ответил на него утвердительно. Джо отлично знал, как работает полиграф, фиксируя на бумаге росчерки правды и лжи, а так же эмоциональное состояние испытуемого при этом – основано это устройство было на принципе анализа «зеркала души» - глаз. Специальная линза, направленная в лицо испытуемому фиксировала движения глаз, а глаза, точно стрелки машинного телеграфа, показывали, что сейчас делает испытуемый – обращается к памяти, выдает заранее заготовленную ложь, отвечает правду, пытается выкрутиться или нервничает. Учитывая, что испытуемый имел право хранить молчание, использование на нем полиграфа для получения ответов без устной речи противоречило закону, а потому для использования этой машинки требовалось разрешение испытуемого. И Джо его получил. Теперь лента с записью и протокол допроса были уликой, а санитар - свидетелем. Обвиняемого из него в любом случае бы не получилось, так как он исполнял свои служебные обязанности, и если в чем и был виновен – так это в том, что не сообщил в полицию о трупе, а это в свою очередь была не его обязанность.

«Ты встал на скользкую дорожку, Джо. Ведь куда легче ломать и обманывать людей, нарушать их права и мухлевать с бумагами, чем пытаться раскрыть преступление согласно установленным правилам», - подумал Джо. Не смотря на это, он был доволен собой, потому что смог с помощью дурацких вопросов и, играя на нетерпении санитара, вынудить его не читать то, что он подписывает. Это было непросто, но получилось, и Джо испытывал от этого удовольствие, словно выиграл крупную сумму в покер.

- Какого черта мой арестованный делает у телефонного автомата? – поинтересовался Чеддер, возникший рядом с Джо, который наливал себе кофе.

- Вызывает такси. Я его отпустил, - сказал Джо. – В обмен на свидетельские показания, из которых следует: что бы там не говорил анатом, они сегодня забирали труп из склада 24, который уже давно используют в этих целях.

- Чем ты его пытал? – поинтересовался Чеддер.

- Его нетерпеливостью, незнанием юриспруденции, и полиграфом, - ухмыльнулся Джо. – Теперь у нас есть основание запросить бухгалтерию складского комплекса об арендаторах двадцать четвертого склада – и у нас появится имя нашего следующего кандидата в наручники.

- Сынок, да ты, я смотрю, становишься матёрым копом, - ощерился скупой улыбкой детектив Чеддер, хлопнув товарища по плечу. – Пока ты там развлекался, я имел беседу с сержантом. Он бы предпочел, что бы это дело спустилось на тормозах – в клубе сидят все сливки общества, если мы раскроем это дело, будет много вони.

- И что мы будем делать?

- Сгоняй в анатомичку, нужно подтверждение того, что это было убийство – тогда можно будет объединить дела. А я пока подумаю, как бы нам забуриться в клуб.

- Можно проверить список звонков из клуба, - сказал Джо. – Что бы переправить труп, нужно было сначала договориться с принимающей стороной. Если там будет телефон морга – дело в шляпе.

- Отлично, тогда к медикам пойду я, а ты займись телефонной станцией.


Всего в полицейском управлении было шесть этажей, седьмым был подвал, где гнездился отдел судебной медицины и судебный морг – туда и направился Чеддер, будучи в приподнятом настроении.

Сначала детектив Чеддер постучался в дверь кабинета судмедэксперта, что была слева по коридору, ведущему в помещение морга, где на столах лежали покойники.

- Да, да, иду, - послышался сухой щелчок щеколды. – А, детектив Чеддер?

- Удивительно, а? Чем вы тут занимаетесь?

- Ну… - щеголеватый мужчина в белом халате замялся с ответом. – Сейчас ведь ночь.

- Ага, и что? Мне нужен отчет по остроухому жмурику. Причина смерти и всё прочее.

- Ах да, конечно… - эксперт на миг исчез за дверью, Чеддер аккуратно прижал носком ботинка дверь, что бы не дать ей закрыться и в щель заметил чью-то изящную руку, спешно собирающую с пола предметы вечернего туалета типичной лаборантки – всё, что пряталось под белым халатом.

- Вот, - в щель протиснулась папка. – Основную часть вскрытия сделал за нас анатом, осталось только закончить и заполнить бумажки. Покойному свернули шею как кутёнку. Всё прочее в отчете.

- Чудесно. Оставляю вас с вашей щеколдой, - Чеддер открыл папку и направился в морг. Позади послышался щелчок закрывающейся двери и чьи то возбужденные голоса. Даже в этом аду холодных мёртвых тел для кого-то был тёплый рай. Если конечно этот тип не любит засовывать лаборантку в бочку со льдом, перед тем как…

Проглядывая отчет, детектив насвистывал веселую мелодию, он толкнул не глядя дверь в морг и внезапно ощутил среди вони медицинских препаратов цветочный запах. Он поднял взгляд – у одного из столов стояла женская фигура в черном.

- Мэм, - подойдя ближе, детектив Чеддер коснулся рукой шляпы, глядя в изумрудные глаза темноволосой девушки, стоящей рядом со столом, на котором лежал эльф. Свет ярче всего виден во тьме, а жизнь ярче всего видна на фоне смерти. Эта дамочка – не смотря на её бледность и печаль в глазах, казалось, была наполнена светом и жизнью, была нестерпимо прекрасной именно здесь, среди столов, на которых лежали умершие.

- Детектив? – она покосилась на значок, приколотый к пиджаку.

- Меня зовут Чеддер.

- Меня зовут Ильза, я репортёр «последней страницы».

- И что вы тут делаете?

- Узнала, что полиция арестовала несколько человек по подозрению в сокрытии преступления и предположительном убийстве эльфа. Это ведь вы?..

- Похоже, никто не любит ждать пресс-релиза. Послушайте, мэм, идет расследование, результатов ещё нет, но…

- Я знала его, - Ильза коснулась затянутой в белую перчатку рукой холодного плеча эльфа. – Он никому не хотел зла.

- А, то есть вы здесь не как репортёр?

- Вроде того. Культуре эльфов чужды некрологи. Когда один из… сородичей… уходит, он живет в памяти его близких и друзей. Никто не обрадуется, если я об этом буду писать.

- Отлично, мне не упёрлось читать в утренних газетах вой и плач о том, что эльф загнулся, - хмыкнул Чеддер. – Итак, вы знали покойного?

Он достал блокнот и ручку.

- Да… Дайте я запишу вам его имя, - девушка взяла протянутый блокнот и ручку с золотым пером и аккуратным каллиграфом вывела строчку букв. Чеддер честно попытался прочесть вслух. Два раза.

- Язык сломаешь, - резюмировал он.

- Да, людской язык не приспособлен для произношения эльфийских слов. Но ведь это для протокола, верно?

- Да, спасибо. Теперь мы знаем, как звали этого жмурика.

Ильза поглядела на детектива, который глядел в блокнот; её лицо было неподвижно как фарфоровая маска, на которой был алый росчерк помады и угольные - бровей.

- Вы знаете что-нибудь о том, на кой ляд покойного понесло в клуб «Аурстрим»?

- Извините, боюсь, я не могу вам с этим помочь.

- То есть вы не знаете, или не хотите говорить?

- Он не сказал, - девушка с сожалением покачала головой. – Если бы я знала, я попыталась бы остановить его. А теперь эти ужасные люди убили его…

- Если судить по отчету, - детектив щелкнул уголком папки. – Выражаясь человеческим языком, смерть наступила около семи часов назад от скручивающей травмы шеи, повлекшей разрыв спинного мозга и немедленную смерть. Однако он боролся – имеются оборонительные травмы на руках, ногти сорваны, под ними имеются следы чужой крови.

- Какой ужас… - прошептала девушка.

- У меня есть мысль, Ильза, - сказал Чеддер. – Эльф по собственной воле никогда бы не попёрся в этот чертов клуб. Значит или его туда затащили, или он пошел туда сам, боясь за кого-то другого. Предположим, его шантажировали. И потом – вы же знаете этих эльфов, где один, там обязательно ещё парочка бродит. Они перебираются в город, потому что тут есть закон, тут нельзя просто так вот взять, и убить эльфа, это не лес. Я думаю, их преследовали, а почему - я не знаю, и причем тут клуб – я не знаю.

- Эльфы… Они верят в благородство, - сказала Ильза. – В честь и в честных людей. Они очень долго живут, и не склонны распространять мнение о выродках одной расы на всю расу. Возможно, они искали покровителя, который бы укрыл их от охотников.

- Хорошая мысль. Только вот что бы проверить её, мне нужно пробраться в клуб.

Чеддер поглядел на Ильзу.

- Я думаю, вы могли бы помочь мне. Проникнуть в клуб, и кое-что разузнать. Ну как?

- Простите, нет, - с сожалением ответила Ильза. – Я уже пробовала.

- Жаль, жаль, - Чеддер поглядел на эльфа. – Видимо этот бедняга останется без правосудия, потому что улик у нас на этих мразей нет вообще. Скажу больше – даже если повезёт, мы не сможем найти убийцу потому что этому парню свернули шею, а не застрелили, зарезали или удавили.

Ильза поморщилась.

- Но, если мне удастся попасть в клуб, можно будет найти подозреваемых, - продолжил ломать комедию Чеддер. – Единственная зацепка – ногти. Если в клубе будет кто-то с царапинами на руках или лице – его можно будет взять, можно сказать, с поличным. Как и всех тех ублюдков, кто уже в конец обнаглел от безнаказанности. Убийца действовал не один, за ним подчищали – а чем больше народа в этом участвует, тем больше вероятность, что мы сможем найти слабое звено и расколоть всю цепочку – и посадить не одного, но всех. Помогите мне, Ильза! Помогите правосудию!

Девушка колебалась. Наконец она тряхнула густой гривой темных волос:

- Хорошо. Что я должна делать?

- Вы очень красивы. И, должен заметить, вкус в плане одежды у вас замечательный – вам не составит труда пройти в клуб через парадный вход – и останется лишь открыть заднюю дверь, что бы мы смогли пройти внутрь. Это всё о чем я вас прошу. Потом я найду того, кто нужен и арестую по подозрению в убийстве, а вы будете вольны делать что хотите.

- Я сделаю это.

- Хорошо. Встретимся в баре «Мустанг», это по пути к клубу «Аурстрим». У вас есть машина?

- Да, есть, «Файрлэйн-скайлайнер». Такой, красный, с белым капотом и полосой вдоль борта.

- А… Хорошая тачка. Поедем на ней. А сейчас извините, мне нужно оформить бумаги.

- Я буду ждать вас, детектив. А… - она кивнула не тело. – Он хотел бы, что бы его тело кремировали.

- Буду иметь ввиду.

- В утреннем выпуске будет статья про взятие с поличным банды органлеггеров, - задумчиво сказала Ильза.

- Мы просто делаем свою работу, мэм, - отозвался Чеддер. Ильза стояла несколько секунд неподвижно, потом, со вздохом, удалилась. Стук каблуков по кафелю вскоре затих.


- Итак, - Джо шел по машинному залу. – Вы сможете дать мне список телефонных номеров, на которые звонили из клуба «Аурстим»?

- Да, сэр, - девушка-телефонистка, богиня автоматической телефонной станции, уверенно шагала между здоровенных шкафов. Что-то оглушительно затрещало, Джо чуть не подпрыгнул от испуга, но телефонистка, похоже не обращала на это внимание, а значит, всё было в порядке.

- Вот, сэр, - она остановилась перед одним из шкафов. – Вам нужна информация за какой то определенный промежуток? Мы меняем ленту по мере расходования.

- За последние два дня, - сказал Джо. –Для начала. Потом конечно мы должны будем взять всё что есть, но пока что двух дней хватит.

- Они много звонят, и им много звонят, - пожаловалась девушка, открывая шкаф, где замерли в неподвижности зубчатые механизмы. Она достала бобину с перфолентой и, привычно взвалив на плечо, понесла её назад, в офис, где стоял дешифратор, который преобразовывал дырки в ленте в цифры номеров и служебную информацию, такую как время звонка и его продолжительность. Телефонная станция была достаточно дорогой штукой – жаль, Джо даже близко не мог себе представить, по какому принципу она работала.

- А вы можете выдать мне список абонентов по номерам?

- Разумеется, но это потребует времени, - девушка улыбнулась. – Вы ведь никуда не спешите?

- Простите, спешу, - Джо сделал огорченное лицо. – Видите ли, мы расследуем убийство, и до того времени как судья распустит убийц по домам, хотелось бы успеть собрать достаточно доказательств - для того, чтобы он не смог этого сделать.

- Понимаю, - девушка вставила бобину в аппарат с серебристыми ручками и корпусом из красного дерева, и нажала большую кнопку с надписью «дешифровка». Аппарат работал с таким звуком, будто кто-то внутри него отплясывал чечетку. – Это займет где-то с пол часа. Он автоматически выдаст номера абонентов, но что бы получить имена – потребуется немного больше времени, данные на абонентов находятся в автоматическом хранилище, а скорость доступа к данным составляет порядка одной минуты – из за того что их очень много, база очень большая, и нет никакой возможности её оптимизировать.

- Я не понял и половины того о чем вы говорите, мэм, но похоже это дело долгое.

- Да… Это я и хотела сказать, - девушка вновь улыбнулась. – Хотите кофе?

- Не откажусь.

- У меня есть печение и ягодный пирог!

«Это будет очень долгая ночь», с содроганием подумал Джо. С одной стороны он понимал, что на телефонную станцию, в этот ад грохочущих механизмов, никто не заходит, и волшебнице телефонного узла просто не с кем поговорить. С другой стороны, перед его внутренним взором стояло лицо Кармин, и он скучал по ней. Ему не терпелось узнать, есть ли документальная связь между клубом и моргом больницы, где был обнаружен труп, и необходимость пить кофе с телефонисткой, по своему милой и обаятельной девушкой он воспринимал просто как самую неприятную часть работы. Впрочем, альтернативой был морг отдела судебной экспертизы. Хорошо, что туда пошел Чеддер.

Зазвонил телефон.

- Да?.. Секундочку. Офицер, это вас, - сказала телефонистка, протянув Джо черную телефонную трубку.

- Слушаю.

- Это Чеддер, - прошипела трубка. – Я добыл отчет по вскрытию. Как мы и думали, эльфу свернули шею. Ногти покойного обломаны, под ними кровь, видимо перед смертью он с кем-то боролся. Это уже зацепка. У тебя как дела?

- Жду распечатку звонков, дело долгое, – Джо поморщился, перекладывая трубку к другому уху и наблюдая за тем, как телефонистка ставит на стол блюдца и чайные чашки.

- Пошевеливайся, сынок. Я сейчас отправляюсь искать связь между складом и клубом, наверняка склад арендован на подставное лицо, так что вряд ли из этого что-то выйдет – но попытаться стоит. Мой человек следит за клубом, чтобы никто не сбежал.

- Понятно, если будет что сообщить, куда звонить?

- Никуда. Я оставляю дело в участке, как добудешь распечатку – хватай дело и дуй к судье за ордером.

- Он же пошлёт меня. Сейчас ведь ночь…

- Слушай сюда, сынок, - прорычал Чеддер. – Мне плевать, что ты будешь делать с судьёй, хоть ствол ему в ноздрю засунь, но чтоб к утру ордер был у тебя. Тогда езжай в клуб и вяжи всю эту банду.

- А ты чем займешься?

- Буду у клуба, действовать им на нервы.

В трубке прозвучали короткие гудки.

Зашумела закипающая вода – телефонистка грела чайник, направив на него узкую ладонь. Чайник был черным потому, что черный цвет лучше всего поглощает тепло; если поглядеть на всю эту сцену через очки истинного зрения – из ладони на чайник будет литься красный свет, ибо красный – это цвет тепла. Мелкая бытовая магия, применяющаяся на каждой кухне. Уголок телефонистки больше напоминал библиотеку – возле стола с аппаратурой и чайником стоял стеллаж, битком забитый книгами в мягкой обложке. В основном женские романы об отважных юношах и прекрасных девушках, которые на первых страницах больше напоминают гадких утят.

- Как вас зовут? – спросил Джо.

- Ханни, - улыбнулась девушка. – Вам чай с сахаром или без, офицер Джо?


В баре «мустанг» было мало народа. После разговора с Джо, Чеддер повесил трубку и обвел взглядом сверкающее пространство бутылок и зеркал за стойкой бара. Хотелось чего-нибудь выпить, но он не мог себе этого позволить.

«Давай, Чеддер. Это единственный способ облегчить боль в заднице лейтенанта. Потому что если я этого не сделаю, пресса его с говном сожрёт, а ведь он по большому счету хороший человек, только сильно за своё кресло трясется. Если я этого не сделаю, не видать Джо карьерного роста, и хрена с два он будет выглядеть перед своей фифой рыцарем в белых доспехах, потому что это дело ляжет пятном на его карьере. Он хороший парень, хоть и думает, что я ему не доверяю – но он поймет что это, в конечном счете, для его же блага. Если я этого не сделаю, они найдут и убьют Ильзу, хоть она и потрясающе маскируется под человека. И сколько храбрости нужно было иметь что бы заявиться в полицейский морг навестить труп сородича, которому уже всё до фонаря».

Подавив желание заказать стаканчик рома, детектив снова взялся за телефон, опустив монету в приёмник. Ждать ответа пришлось недолго.

- Привет, это опять я. У тебя фонограф под рукой? Джо сейчас на телефонном узле, потом он отправится в управление, дождись пока он уйдет и воспользуйся полицейской рацией чтобы передать сообщение, которое я тебе сейчас надиктую. Потом позвони на телефон, что на парковке возле клуба – это будет мне сигналом к началу операции, потому что хотя Джо и попытается выбить ордер, я сомневаюсь, что у него это получится, а если получится, толку будет мало. Есть только один способ взять всю эту шайку без ордера.

- Я знаю, о чем ты. Уверен, что ты хочешь именно этого?

- Ага. Я созрел, и пусть теперь зубоскалы в отделе будут называть меня «Маасдам», я собираюсь сделать то, что нужно.

- Ради эльфа?

- Ради справедливости и торжества закона, - устало сказал Чеддер.

Он увидел, как в бар вошла Ильза, оглядывая присутствующих взором изумрудных глаз. Видимо она припарковала свой шикарный «Файрлэйн 500 Скайлайнер» в переулке за баром, потому что в широкие окна, выходящие на улицу его не было видно. Ильза сильно нервничала, это чувствовалось - и это было понятно. Она сильно рискует. Но разве не лучше рискнуть один раз, чем бояться всю свою долгую эльфийскую жизнь?

- Фонограф готов? – быстро спросил Чеддер, пока Ильза не заметила фигуру детектива, вжавшуюся в телефонную будку.

- Да. Включаю запись.

- «База, это Четыреста-восемь. Код Б, красный…»


Серое море словно светилось изнутри – и небо над ним светлело. Ночь отступала, в ясный день из пучины морской должно было бы появиться солнце. Но небо застилали тучи. И не было видно звезд.

Город спал, спал сладким сном, забывшись и отрешившись от каждодневных забот. По крайней мере, Джо хотел бы в это верить, когда ехал – один – к клубу «Аурстрим», с ордером, подписанным судьёй. На соседнем сидении лежала папка, в которой было всё – и вскрытие трупа, ногти которого были обломаны (характер ран - оборонительный), и показания санитара (проверенные на полиграфе), и выписка с телефонной станции (звонок из клуба в морг клиники, и в складской комплекс), и запись звонка в полицию с сообщением об убийстве – косвенные улики давали основание для обыска клуба, и судья скрипя зубами, подписал бумагу; он был готов на всё, лишь бы настырный коп убрался к чертовой матери из его дома и не мешал спать.

После общения с Ханни которая пыталась обаять его всеми доступными ей способами Джо ощущал себя уставшим, однако не смотря на это, он улыбался, зная, что сегодня закон восторжествует, и убийцы – даже если они богатые и влиятельные – не уйдут от возмездия.

До клуба оставалось всего то ничего – он уже сиял огнями невдалеке, когда Джо неожиданно для себя обнаружил вокруг клуба суету – несколько полицейских растягивали вокруг клуба желтую ленту с надписью «не пересекать». Подъехав поближе, он увидел фургон с эмблемой отдела спецопераций, его двери были распахнуты настежь; рядом стоял санитарный фургон.

Машина остановилась.

- Что тут творится? – спросил Джо, подойдя к полицейскому, разворачивающему ленту и предъявляя значок.

- Да вот, заваруха в клубе. Ты в оцепление, или как?

- Бери выше. У меня ордер на обыск клуба. А ещё мой напарник, детектив Чеддер, должен уже быть где-то здесь.

Полицейский сочувственно поглядел на Джо.

- Твоего напарника тут нет, а в клуб тебе сейчас нельзя, парень. Там сейчас Реплика Семь шорох наводит. Боюсь, к тому моменту как они там закончат, обыскивать будет уже нечего.

- А что сообщает база? Из-за чего переполох?

- Ну, передали, что ранен коп из патруля четыреста восемь, - коп кивнул на черную дверцу машины Джо, на которой белел номер. – Видимо твоего напарника. Сочувствую, раненых пока ещё не выносили. Черт, ещё и дождь начинается. Дерьмовая ночка…

Первые капли дождя оросили пыльный серый асфальт. Джо кивнул полицейскому и вернулся в машину что бы укрыться от дождя. Он был как оглушенный – звуки потеряли четкость и слышались как из-под воды. Джо хотелось вытащить револьвер и броситься в клуб, но он понимал, что это не выход. Он будет лишь мешаться там, где работают профессионалы. И все же, Джо хотел понять - почему Чеддер, не дождавшись ордера, полез в клуб один? Что с ним там случилось? Что вообще произошло? Почему он не дождался ордера? Почему он не дождался напарника…

«Надеюсь, он знал что делал», - устало подумал Джо, глядя в окно.

Капли дождя с тихим стуком разбивались о лобовое стекло, и постепенно огни клуба «Аурстрим» сливались в одно яркое пятно неразборчивых очертаний.