На краю света стеной стоял вековой лес с деревьями-исполинами, словно неприступный бастион, защищавший глупцов от погибели. За его приделами простиралась бескрайней снежная пустошь, укрывавшая своим белым саваном тех, кто все же смог пересечь лес. Люди ещё называли эту пустошь «Колыбелью вечных снов».

 

В глубине пустыни стоял замок — последний свидетель павшей империи. Укрытый покровом вечной ночи, лишь изредка освещаемый холодным светом небесного серебряного диска. Только ветер нарушал тишину, играя своеобразный реквием, задувая сквозь трещины в стенах и чёрные провалы бывших окон.

 

Внутри, посреди бывшего тронного зала, стоял гроб из ледяного хрусталя. На снежной перине, окружённая холодными цветами, покоилась молодая дева, а её сон охранял рыцарь в ветхих доспехах, полностью покрывавших его тело. Вплоть до этого дня он нёс своё бремя, но…

 

Покой Колыбели нарушил громкий гул, проносясь по всей пустоши и дойдя до замка, нарушив песнь ветра. Следом бы толчок неведомой силы. Волна прошла по всей пустоши, вздымая белый саван, тревожа сон, покоящихся жертв. Замок с трудом, но выдержал толчок, только своды тронного зала местами обвалились. Крупные осколки камня упали на крышку ледяного гроба, повредив её.

 

— НЕТ! — хриплый крик эхом отразился от стен, повторяя: «НЕТ… Нет… нет… не…» — Только не это.

 

Рыцарь стремительно направился к гробу, запинаясь об упавшие камни.

 

Приблизившись, он увидел, как по хрустальной крышке паутиной стали разбегаться трещины, отчего цветы внутри стали чернеть, а дева на глазах увядала вслед за ними. Проведя рукой, гроб вернулся к изначальному виду.

 

— Я покараю тех, кто потревожил твой сон, и обязательно вернусь и продолжу дальше нести свою службу. Надеюсь, это сможет защитить тебя в моё отсутствие… - Я скоро вернусь Купава.

 

Неизвестно, сколько прошло дней после того, как я покинул стены замка, но я продолжал упорно пересекать снежную пустыню, пока на горизонте не заметил медленно приближающийся силуэт.

 

Сблизившись, я увидел горбатую старушку в истлевших лохмотьях. Старуха замедлилась, а потом вовсе остановилась и стала пристально разглядывать меня. Я громко спросил:

 

— Кто ты? И что ты здесь делаешь?

 

Старушка почавкала беззубым ртом и ответила скрипучим голосом:

 

— Благородный рыцарь, помоги бедной старушке.

 

— Спрашиваю ещё раз: кто ты? И что тут делаешь?

 

— Ох, не гневайся, я просто… заплутала. Помоги найти мне мою деревеньку.

 

— И где же твоя деревенька?

 

Старушка вытянула костлявую руку и кривым пальцем указала направление, откуда я шёл.

 

— И долго ты ещё будешь разыгрывать это представление?

 

Старуха дёрнулась.

 

— Милок, что такое ты говоришь, я обыч…

 

Я не дал ей договорить.

 

— Не ври! Посреди этой пустоши нет ни одной живой души. Да и навряд ли немощная старушка могла дойти сюда. Поэтому повторяю в последний раз: Кто ты? И что тут делаешь?

 

Помолчав, старушка громко выдохнула и сказала:

 

— Эх, тебя не проведёшь. Что ж, давай начнём с начала. Меня зовут Эвилла. Некоторые могут знать меня как ведьму временных потоков. Мне ведомы прошлое и будущее. Я могу как даровать время, так и забрать его. А кто же ты?

 

— Тебе незачем знать моего имени. И что же ты здесь забыла?

 

— Как грубо. Ну что ж, отвечу. Слышал ли ты легенду о разгневанной снежной деве и разрушенной империи?

 

— И к чему все эти глупые сказки?

 

— Я люблю сказки, ведь в них порой скрывается суть, а собираю эти истории

 

— Что ж тогда можешь возвращаться, там нет того, что ты ищешь

 

— Ну, не горячись так. Я думаю, ты тоже не просто так здесь ходишь.

 

Она замолчала, ожидая моей реакции.

 

— Эх! Думаю, тебе будет интересна причина недавнего землетрясения.

 

— Возможно. Продолжай.

 

— А нет, не так всё просто. Я готова обменяться знаниями.

 

С каждым словом Эвилла приближалась всё ближе, пока наша дистанция не сократилась до расстояния вытянутой руки.

 

— Допустим, я знаю то, что тебе интересно

 

— Правда? А я взамен поведаю тебе легенду о четырех героях и изнанки.

 

— Изнанка?

 

— Да. Ну что же, дай мне свою руку, слава могут быть лживы, но память хранит все

 

— Хорошо. Я снял перчатку оголив свою руку.

 

— Хм… По сравнению с доспехом твоя рука кажется хрупкой и… Синеватой с почерневшими кончиками пальцев… Ты точно…

Я схватил ее руку и сказал: - Смотри пока можешь

— Что!? Почему так холодно… Я поняла…

 

Она не успела договорить. Её тело превратилось в очередную ледяную скульптуру.

 

— Прости. Спи спокойно…

 

Вот уже и виднелся лес. Он был видимой чертой, отделяющей проклятую империю.

 

Сама лесная полоса была густой, а высокие древа уходили высоко в небо, прорывая покров вечной ночи, отчего не были видны их кроны. В глубине лесной чащи уже совсем не проникал никакой свет, отчего передвижение становилось затруднительным. Тишину нарушали лишь скрип снежного покрова и хруст сухих веток. Я замер и прислушался. На мгновение во тьме я ощутил движение, тепло жизни. Главная же опасность таилась не в том, что путник может заблудиться в темноте, а в «Ночных ловцах». Это плотоядные птицы огромных размеров, которые использовали своё тёмное оперение как маскировку во мраке, отчего их было почти невозможно заметить, а мягкие пушистые перья делали их полёт практически бесшумным. Но выручало одно — они были одиночками. Ещё не было зафиксировано случаев стайной охоты.

 

Думаю, не стоит рисковать. Я не успею сплести заклинание, если ловец решит напасть. Я снова снял перчатку.

 

Окружающий меня воздух прошёл рябью, и на расстоянии десяти шагов вокруг меня стал сгущаться мороз. От резких морозов могучие стволы отзывались глухим скрипом, а оледенелая земля, стремительно покрывающаяся инеем, реагировала звонким хрустом от каждого шага.

 

Я продолжил следовать сквозь лес, и через не очень продолжительное время сквозь плотные ряды стволов стали мелькать проблески света.

 

— Ну вот и конец границы.

 

Резкий толчок огромной силы ударил меня в спину, сбив с ног и отправив моё тело в стремительный полёт. Свист ветра, треск сломанных молодых деревьев и удар...

 

Моё сознание не сразу вернулось ко мне. Открыв глаза, я ослеп от яркого света. Привыкнув к яркому солнцу, я поднялся.

 

— Как я ненавижу этот яркий свет и его источник. Как же он мне напоминает проклятого императора.

 

Оглядевшись, я увидел ярко-зелёное поле с луговыми цветами, уходившее далеко за горизонт. Под моими ногами продолжала мёрзнуть земля, а ближайшие растения тускнели и становились хрупкими, словно тонкий лёд, ломаясь от лёгкого дуновения ветерка.

 

- Ох… Я надел перчатку.

Позади я увидел лес и следы падения, пробороздившие землю, а под ногами лежали осколки бывшего ловца. Доспех всё-таки не выдержал удара, и местами появились вмятины, а самая большая, на спине.

 

Надо отыскать кузнеца. Помнится мне, что за полями должны быть тёмные топи, а за ними горный хребет «Семь железных королей». Там раньше жило небольшое племя, которое поклонялось Валиру, они были талантливы в обращении с железом. Заведуюсь-ка я туда.

 

Весь мой путь занял у меня чуть больше тридцати лун. На восходе восьмой я увидел гору «Пятый железный король». Сокращая расстояние, моему взору предстали небольшие строения, которые объединились в деревню.

 

— Может, я заплутал? Не помню, чтобы здесь раньше была деревня.

 

Уже у первых домиков, я почувствовал неладное. Тут напрочь отсутствовало тепло жизни. Зайдя в глубь мне стало все понятно. На улицах лежали бездыханные тела людей, у домов были раскорёжены двери, выбиты окна, а стены окропляли багряные пятна. Ещё дальше были когда-то засеянные поля. Сейчас же это было выжженное пепелище с вздыбленной землёй и следами чьей-то битвы.

 

Что же здесь могло случиться?

 

Из раздумий меня вырвал хруст, разорвавший тишину. Отовсюду стали выползать существа, отдалённо напоминавшие людей, но будто с перекрученным, выгнутым наизнанку и неправильно срощенным скелетом, обтянутым серой кожей. У них не было брюшины — там зияла огромная дыра, а перекошенные пасти судорожно клацали. Их становилось всё больше: они сползали с крыш, приближались из полей.

 

— Эх, как вас много. Хватит ли мне влаги на сотворение масштабного заклинания?

 

Я не мог создавать лёд из ничего. Мне подвластны только холод и лёд, которые я могу создавать и управлять, плетя слова заклинаний и создавая образы в голове.

 

— Нельзя бездействовать! Пока меня не окружили...

 

Но уже было поздно. Твари подходили со всех сторон. Они не торопились, будто играли со мной, понимая, что мне некуда отступать.

 

— Поднимитесь с четырёх сторон света, стены кристального льда!

 

«Хрустальный короб».

 

Вокруг меня стремительно стали появляться кристаллы льда, преобразуясь в прозрачные стены и полностью укрывая меня.

 

— Надеюсь, это выиграет мне время.

 

Монстры обступили меня со всех сторон и стали принюхиваться. Один решил ударить всей своей тушей, но это не возымело успеха, и тогда все твари стали бить, царапать и разгрызать ледяные стены.

 

— Такими темпами меня надолго не хватит...

 

Я рассёк воздух пальцем. Вокруг него образовалась небольшая наледь.

 

— Негусто...

 

Послышался хруст. От нескончаемого напора тварей лёд стал уступать. На прозрачных стенах стали расти трещины, расходящиеся в разные стороны, пересекаясь и образуя паутину.

 

Делать нечего...

 

— Ледяная пустошь, прорасти великим лесом, своими стойкими стражами...

 

Вокруг меня по земле пошла рябь, медленно покрывая её слоем льда, из которого стали прорастать слабые побеги.

 

— Недостаточно. У меня не получится сотворить заклинание...

 

«Кап... Кап... Кап».

 

Капля за каплей, дождь пропитывая измождённую землю влагой.

 

В мгновение земля покрылась толстым слоем льда, покрывая всю деревню, давая побегам стремительно прорасти, преображая их в могучие древа.

 

Я продолжил плести заклинание.

 

— О стражи, обрушьте свои шипы на недоброжелателей.

 

Стремительно распространяющиеся ветви стали обрастать колючими иглами. Полностью покрывшись иглами, одна за одной они стали обрушиваться вниз, поражая тела тварей и замораживая их.

 

«Лес снежной девы».

 

Все твари, что были в деревне, навсегда застыли в своих уродливых позах, но и трупы жителей тоже задело.

 

— Лёд, рассыпься и обратись в сверкающую пыль, развей по ветру страдания невинных.

 

«Хрупкий лёд».

 

Ледяной лес со всеми замершими обитателями стал разрушаться и опадать на землю белым снегом.

 

Миновав деревню, я вышел на знакомые тропы, ведущие к народу Валира.

 

Восходя в гору, на очередном повороте я заметил юношу, сидящего на горном отвесе.

 

— Эй, мальчик, ты из народа Валира?

 

В ответ мне была тишина.

 

Подойдя ближе, я смог рассмотреть молодого человека. Истощённое тело было прикрыто лохмотьями, бледную кожу на запястьях и шее обрамляли белые... Перья?

 

Подсев рядом, я увидел глаза, в которых отражалось ясное небо. Они пристально наблюдали за медленно падающими снежинками, укрывающими землю внизу, где когда-то была деревня.

 

— Красиво, — тихо сказал юноша.

 

— Печально, — ответил я. — Кто ты? Ты не похож на жителей Валирового народа.

 

— Я Арфей, дракон, плачущих небес.

 

Я сел рядом. В голове роились мысли об этих тварях, которых до сегодняшнего дня мне не доводилось видеть, и о драконах...

Сквозь мысли стали доноситься звуки глухих ударов — дробь капель, бьющихся о мой доспех.

 

— Ох, снова дождь... Капли не успевали долететь до меня в своём первозданном виде, превращаясь в кристаллы льда.

 

— Тебе не нравится дождь?.. Спросил Арфей. - Ну да, кому он может быть по нраву...

 

— Нет, я люблю дождь, ведь он несёт жизнь, кормит землю, позволяя её детям прорасти.

 

К окончанию фразы взгляд Арфея уже был направлен на меня. В этих глазах виднелась сама глубина бескрайнего неба. По его истощённому лицу пробежала слеза.

 

Дождь усилился...

 

— Тебе понравился снег? Когда я подошёл, ты заворожённо наблюдал за летящими снежинками.

 

— Снег? Значит, тот белый покров называется снегом, будто облака обрушились и укрыли землю. А те сверкающие, танцующие феи зовутся снежинками... Чудесный танец. Хотел бы вечно наблюдать за ними...

 

— Ну что ж... — Падшая звезда...

 

В моей руке стали собираться замёрзшие капли, превращаясь в кристалл.

 

— Вернись на небосвод да распространи по нему длань холода.

 

«Замёрзшая звезда».

 

Кристалл сорвался с руки и устремился вверх, в плачущие облака.

 

Заворожённый Арфей наблюдал за мной. Он не сразу понял, что дождь закончился...

 

— Его нет! Дождя больше не идёт! — удивлённо воскликнул Арфей.

 

Мгновение — и с неба в хаотичном танце стали спускаться снежинки.

 

— Это чудо...

 

— Скорее, проклятие... — тихо подытожил я.

Снег всё шёл, постепенно укрывая землю белым полотном.

— Скажи, ты назвался драконом, но разве это не детские сказки?

 

— Возможно, наш народ остался жить только в сказках... Но давным-давно, в начале времён, наш народ и правда ходил по этим землям и парил в небесах. А потом...

 

Арфей громко сглотнул подступивший ком боли, выдохнул и продолжил:

 

— Слышал ли ты легенду о четырех героях и изнанке?

 

— Помню, одна ведьма упоминала об этом.

 

— Ведьма? А как её звали?

 

— Вроде бы она представилась Эвонной... Эваллой или...

 

— Может, Эвилла?

 

— Да, точно.

 

— Она... довольно-таки своенравна. Поведала ли она тебе легенду?

 

— Нет. Она не успела, к сожалению, сейчас ее тело застыло во льдах, как и ее время

 

— Время нельзя остановить, как бы сильно этого ни желал. Оно продолжит свой ход.

 

Картины минувших дней больно кольнули меня своим ядовитым шипом, называемым виной.

 

— Что ж, тогда я поведаю ту старинную легенду, — продолжил Арфей.

 

Дальше — с его слов.

 

В давние времена землю захватили орды монстров, и творили они бесчинства по всему свету, подчиняя другие народы, а непокорных уничтожали. Но среди племён были и те, кто по своей воле примкнул к ним. Одним из этих народов был наш — род гордых драконов.

 

Но потом появились четыре героя. Они объединили оставшиеся народы и дали отпор изнанке, оттеснив его в бесплодные пустыни, называвшиеся «Морями золотых песков».

 

Долго длилось их противостояние, но искаженный мир нельзя уничтожить — только сдерживать. Тогда четыре героя решили заточить демонов в Изнанке мира и ценой своих жизней наложили печать, не давая монстрам влиять на внешний мир.

 

- Так и закончилось это противостояние. Кстати, Валир был одним из этих героев.

 

— Хм, и вправду. Сколько скитаюсь я по этому свету, ни разу не слышал об этой легенде. А что стало с теми народами, что примкнули к хаосу?

 

— Кого-то запечатали вместе с демонами, а кого-то уничтожили и стёрли со страниц истории, как нас.

 

— Как же тогда ты уцелел?

 

— В те времена я был ещё ребёнком, и меня спрятали в чаще Великого леса. А сейчас мне нет места в этом мире — гонимый всеми, вестник бесконечных дождей.

 

На последних словах голос Арфея совсем стих, а его взгляд снова устремился на снег.

 

— Ты знаешь, что это за твари были в деревне?

 

— Низшие порождения искажённого мира...

 

— Но откуда они тут? Разве их не запечатали?

 

— Видимо, печать дала брешь, что открыло им путь... И, скорее всего, не только им...

 

— Как я понимаю, народа Валира здесь тоже нет?

 

— Да, они покинули эту гору...

 

— Досадно.

 

Я поднялся и развернулся по направлению вниз.

 

— Ты уходишь? — с какой-то печалью спросил Арфей.

 

— Да.

 

— Но как же твой доспех?

 

— Ничего страшного, ведь он защищает не меня...

 

— Но...

 

— Я пойду. Есть ещё место, которое я хочу посетить.

 

После этих слов я направился прочь.

- Постой! Он вырвал перо и выпустил его. — Возьми. Оно тебе поможет в будущем...

 

— Спасибо, знаешь, есть ещё одна легенда — о падшей империи и снежной деве, которую поглотила ярость. Поэтому знай: ты не одинок в своём проклятии. Прощай.

 

Я продолжил свой путь, но услышал напоследок:

 

— Перо! Не выбрасывай его. В час нужды пусти по ветру, произнеся моё имя, и я прилечу к тебе, где бы ты ни был.

 

— Сохраню, но надеюсь, оно мне не понадобится. Тогда до встречи.

 

С этими словами прощания я ушёл, не оборачиваясь.

 

Я вернулся в Тёмные топи, чтобы найти среди лесов и болот кристальное озеро, на берегу которого раньше жили последователи водных оракулов. Они были известны своей способностью читать в реках жизни прошлое и будущее.

 

А вот и знакомая тропа, которая должна привести к озеру.

 

Следуя по извилистому пути, я заметил неладное. На тропе виднелись следы.

 

— Хм, я думал, люди позабыли эти места.

 

Чуть дальше были две фигуры, преграждающие дорогу.

 

— Стой! Кто идёт? Кто ты и зачем пожаловал?

 

— Я хочу пройти к озеру.

 

— Кто ты такой?

 

— Просто путник. Пропустите меня.

 

— Нет! Это территория короля леса. Уходи по добру, по здорову!

 

Вот и ещё одна сказка ожила.

 

— Значит, не пропустите?

 

— Тебе повторить языком силы, жалкий смерд?

 

— Что ж, ничего не поделаешь.

 

Земля под ногами стала покрываться инеем. Я горизонтально рассёк воздух рукой и произнёс:

 

— Иглы хрупкого льда.

 

Не ожидавшие атаки враги были поражены ледяными иглами. Они так и застыли с выражением непонимания на лицах.

 

Я продолжил путь, подходя к берегу озера.

 

Пред моими глазами предстала картина: беснующиеся лесные твари танцевали странные танцы, пели песни и ели местную дичь, а под их ногами ползали люди, доедающие объедки. Некоторых ради забавы пинали и топтали потоком животной пляски.

 

А у озера, на высокой куче людей, словно на троне, восседал, скорее всего, их король.

 

Позади него было озеро — точнее, его очертания. Когда-то кристально чистая вода, в которой отражалось небо, стала мутной, поросла растительностью из топей и постепенно превратилась в очередное болото.

 

Мной стал овладевать гнев.

 

Это было последнее место, которое хранило тёплые для моего сердца воспоминания: о первой встрече с Купавой, о том, как она единственная протянула мне руку, и о проведённом времени с ней...

 

Вдруг музыка затихла, и воздух наполнился выкриками:

 

— Чужак...Чужак!

 

Резко все голоса затихли.

 

Поднялся их король.

 

— Назовись, чужеземец.

 

В ответ ему было моё молчание.

 

— Не хочешь говорить или ты нем?

 

Из толпы кто-то выкрикнул:

 

— Да он потерял дар речи при виде нашего великого короля!

 

Берег заполнился громким смехом.

 

— ТИШИНА!

 

Словно раскаты грома, раздался приказ короля, и все мгновенно затихли.

 

— Раз ты не желаешь отвечать, то мы быстро разговорим тебя другим способом. Братья мои, схватите этого плебея!

 

Вся эта толпа стала мигом двигаться ко мне.

 

— Я не буду сдерживаться. «Колыбель холодной ночи».

 

Те несчастные, что уже успели приблизиться ко мне, в мгновение ока превратились в лёд. Остальные же резко остановились.

 

— Смотрю, ты не простая заблудшая овечка.

 

— Это ещё не всё! Лёд, рассыпься и обратись сверкающей пылью! «Хрупкий лёд».

 

Замёрзшие тела стали рассыпаться пылью и собираться в одно большое облако.

 

— Воспари вверх и обрушься на моих врагов ледяным дождём! «Дождь ледяных игл».

 

Облако льда поднялось высоко в небо и разрасталось, поглощая влагу. Мгновение — и на землю обрушился нескончаемый поток ледяных игл.

 

Острые иглы мгновенно проредили толпу, пронизывая, отсекая и раздирая их тела.

 

Озеро наполнилось криками и воплями страдания.

 

Ледяная поляна зацвела багровыми цветами.

 

— Ха-ха-ха! Смотрю, ты никого не пощадил — ни моих, ни своих..., да ты будешь похуже лордов хаоса!

 

— Любой падёт, кто посмеет навредить дорогим сердцу местам Купавы, и те, кто не смог их уберечь.

 

— Не понимаю, о чём ты, но всё же скажи: кто ты?

 

— Тебе уже незачем это знать.

 

— Всё ещё отпираешься? Что ж, ты думаешь, я позволю тебе уйти после всего, что ты сделал? Проснись, великий лес, земля предков, откликнись на зов своего хозяина!

 

Земля под ногами за пульсировала.

 

— Восстань, великий страж природы, защити своего правителя...

 

— Нельзя дать ему закончить. Пронзи врага! «Пик хрупкого льда».

 

Огромный ледяной пик полетел в сторону плетущего заклинание врага.

 

Внезапно, перед самым попаданием, разверзлась земля, и мгновенно оттуда вырвалась массивная древесная лоза, принявшая весь удар на себя.

 

«Царство лесного короля».

 

Толчки продолжались, и внезапно вода в озере стало подниматься и расступаться, рождая на свет грязевого гиганта.

 

— Надо отступить.

 

Я попятился назад.

 

— О нет, я тебя никуда не отпущу! Кольцо леса, переплетите свои ветви, станьте неприступной терновой стеной! «Терновая стена».

 

Хуже расклада и быть не могло. Надо как-то остановить этого гиганта, пока он не вышел из озера...

 

Точно. Озеро.

 

— Небесный диск, освети своим холодным светом землю, отразись о хрустальную гладь! «Отражение серебряного диска».

 

Ледяная борозда очертила ровный круг вокруг озера, полностью покрыв его льдом.

 

— Думаешь, это тебе поможет? Страж, уничтожь его!

 

Грязевой гигант сломил замёрзшие ноги, и на их месте отросли новые.

 

С каждым шагом исполина лёд лопался глубокими трещинами.

 

Вот он уже достиг места, где сидел король, и остановился.

 

Резким взмахом его рука поднялась в небо, разрезая облака, и стремительно стала опускаться на землю, ударяя по ней с сокрушительной силой.

 

Земля под ногами пошла ходуном, сбивая меня с ног, не давая сосредоточиться на заклинании.

 

Единственное, что я успел заметить, — как земля волной надвигалась на меня, сокрушая и разбивая ледяной покров вместе с застывшими жертвами.

 

Волна накрыла меня с головой и сильным ударом припечатала к терновой стене.

 

— О, смотрю, ты ещё шевелишься. Правда, твой доспех больше не сможет защитить тебя.

 

Я поднялся на непослушные ноги и ответил:

 

— Этот доспех защищает не меня, а глупцов, что стоят у меня на пути.

 

— Ха-ха, всё ещё есть силы, герой?

 

— Глупец...

 

Я снял шлем.

Мгновенная волна холода прошлась по всему лесу.

 

— Прости, Купава, я не смог сохранить последнее живое воспоминание о тебе.

 

— Кто ты?.. Да что ты такое?

 

Не обращая внимания, я начала плести заклинание, которое пообещала себе больше никогда не произносить...

 

—Освободись беспощадный мороз, замораживающий реки жизни!

 

Из меня повеяло холодом, который вымораживал всю влагу вокруг, отчего земля раскололась глубокими впадинами, хрупкие деревья стали ломаться под своим весом, а мелкая растительность обращалась в ледяную пыль.

 

Моё тело стало покрываться инеем, а голос, подобно ледяной стали, пронизывал всё на своём пути.

 

— Ч-что ты творишь? Ты хочешь убить всё живое здесь? — хрипя и с большим усилием выплёвывая каждое слово, спросил он. — С-страж, о-останови её!

 

Стоило только гиганту шелохнуться, как его тело стало разрушаться, рассыпаясь ледяными глыбами.

 

— Перевёрнутый мир, распространи длань вечной ночи и обрушь на моих врагов свой звёздный дождь.

 

«Гнев вечной ночи».

 

Весь лёд, что был вокруг, разрушался и поднимался вверх, в затягивающиеся вечной тьмой небеса.

 

Сгустившаяся тьма разверзлась, обрушая на глупцов снежные кометы, погребая всё вокруг под снежным саваном.

 

Я снова применила эту силу. Я сама закрыла её под замок после дня, когда лишила себя всего — и не только себя... Прости, Купава.

 

Я упала на землю, придавленная грузом вины, который несла на своих плечах после дня, когда пала империя, которую разрушила я...

 

Во мне уже не осталось ничего живого. Моё сердце сковано льдом. Я больше не чувствую ни страха, ни боли, ни жалости...

 

Я поднялась и увидела... Увидела всё тот же пейзаж: безжизненная снежная пустошь и длань вечной ночи...

 

Прости, Купава. Я снова уничтожила дорогие тебе воспоминания... И дорогие мне.

 

Я брела по снежной равнине, и мне на глаза попалось тусклое свечение под снегом. Приблизившись, я погрузила руку в снег и вытащила голубоватый камень. Это был водный камень. В былые времена их народ торговал ими с другими народами, особенно с империей Золотого Света, которая находилась в засушливом регионе.

 

Этот камень — последнее, что осталось от Хрустального озера.

 

Я брела по заснеженным пустошам, погружённая в воспоминания, но снежный покров оборвался, и на смену ему снова пришли топи, а за ними виднелся пик первой горы из цепи семи Железных Королей.

 

Прошло двое лун, пока я добиралась до подножия первого короля. Я впервые здесь. Чуть выше, по склону горы, виднелся чёрный провал. Взойдя выше и добравшись до него, я поняла, что это был вход — пещера, ведущая глубоко в гору.

 

Я вошла внутрь. Чем глубже я спускалась, тем плотнее становилась тьма, обволакивая меня, пока я не осталась наедине с собой. Бредя в полном одиночестве, заходя всё глубже, я стала чувствовать, что я не одна. Я не ощущала тепла жизни, но вдруг мне послышался голос...

 

— Это ты виновата... Это всё ты... Ты лишила меня всего... Родного дома... Любимого... ЖИЗНИ!

 

Последнее слово раздалось громким эхом, оглушая меня. Я схватилась за голову, и мой голос задрожал:

 

— Нет, нет, это не я... Я не хотела... Прости, прости меня...

 

Я сорвалась с места, будто хотела убежать от этого голоса, от этой вины, от себя... Я бежала, не разбирая пути, но слова догоняли меня:

 

«Убийца!»

 

«Это ты убила меня!»

 

«За что?»

 

И я запнулась... Кубарем покатилась куда-то вниз, пока не очутилась в маленькой комнате, освещённой тусклыми огнями факелов.

 

Я встала и огляделась. На стене напротив меня был высечен символ народа Валира. Но где же сами они?

 

А посередине комнаты стоял доспех. На вид он был ещё массивнее, ещё тяжелее моего.

 

Этот доспех станет моей новой темницей, ещё крепче старой.

 

Я взяла шлем. Голоса завопили с ещё большей силой:

 

«Не трогай!»

 

«Оставь!»

 

«Убирайся, не губи нас!»

 

«Он предназначен не тебе...»

 

Надев шлем, голоса стихли. Пещера начала сотрясаться. Я полностью надела доспех. Пещера начала рушиться...

 

Покидая гору, я произнесла свою клятву снова:

 

— Я никогда не покину тебя, Купава. Я буду вечно оберегать твой покой, ведь я твой защитник...

 

Единственное желание движило мной, вернуться назад. Назад к ней.

 

Новые доспехи были тяжелее старых, каждое движение давалось мне с трудом. Даже земля не выдерживала давления, проминаясь под каждым моим шагом.

 

Обратный мой путь занял гораздо больше времени, но вот я уже подошёл к вековому лесу. Но... Где же он? Передо мной был обычный лес. Единственное, что не давало мне усомниться в том, что это то самое место, — следы на земле, оставленные мной при столкновении с ловцом.

 

Заходя всё дальше в чащу леса, я удивился, что здесь светло. Деревья не стояли плотной стеной, и свет доходил до земли, освещая путь.

 

Пройдя лесную чащу, яркий свет золотого диска ослепил меня.

 

— Что за... Почему? Может, я медленно схожу с ума...

 

Передо мной расстилалась великая пустыня золотого песка, освещаемая солнцем. Больше не было ни ночи, ни Колыбели, как будто снег никогда не приходил сюда...

 

Я ступил на горячий песок. Это не было сном или иллюзией моего больного сознания.

 

Я направился туда, где предположительно стоял разрушенный замок проклятой империи.

 

Я не знал, сколько шёл. Солнце продолжало светить, не сходя с места.

 

На месте, где я когда-то встретил ведьму, стояла маленькая девочка.

 

Подойдя ближе, девочка обернулась и улыбнулась мне хитрой улыбкой.

 

— Ух ты! — воскликнула девочка. — Дяденька, дяденька, вы же благородный рыцарь? — спросила она.

 

— Э-э... Наверно... — произнёс я в замешательстве.

 

— Ого! Дядя-рыцарь, а как вас зовут? Я вот Эви, — наигранно спросила она.

 

— У меня нет имени...

 

— У-у, как это грустно. А куда вы идёте? В империю? — будто заранее зная мой ответ, спросила Эви.

 

— Д... Да, — неуверенно ответил я.

 

— Правда? Я тоже туда иду. Пойдёмте вместе.

 

— Хорошо. Не знаю, что здесь творится, но так уж и быть, продолжу играть по этим правилам. Может, вскоре всё прояснится...

 

— Ой! Дядя-рыцарь, смотрите! Вон там, там видно великую империю! — воскликнула Эви с детской непосредственностью.

 

Там и вправду стоял дворец золотого света, а по четырём углам возвышались четыре башни, уходящие далеко в небо и нескончаемо игравшие песнь ветра. Вокруг дворца стоял город, а на окраине были трущобы. Всё выглядело так же, как и в последний день перед её падением.

 

Мы вошли в трущобы. Там, как и раньше, царила разруха. Бродили бедняки, в узких переулках промышляли разбойники да воры, а на каждом углу стояли жрицы ночи, которые за пару монет обещали даровать незабываемое удовольствие.

 

Приближаясь к стенам города, мы услышали крики людей и звуки битвы. Стража городских ворот отбивалась от нищих порождений демонов. Их было не так много, как при моей первой встрече с ними, но достаточно, чтобы оттеснить местных стражников. Думаю, вскоре к ним придёт подкрепление.

 

— Дядя-рыцарь, может, поможем им? — взволнованно отозвалась Эви.

 

Не очень хотелось вмешиваться и показывать свою силу.

 

— Дяденька-рыцарь, вы меня слышите? — уже с тревогой сказала девочка.

 

Нет, нельзя...

 

Я наблюдал, как стражники начинали сдавать позиции, а подмога всё никак не приходила.

 

— Неужто ты снова хочешь видеть, как эта империя падёт? — как-то по-детски, ровно и спокойно сказала Эви.

 

Я опустил взгляд на девочку, которая стояла и тряслась от страха.

 

Показалось?

 

Игла вины снова кольнула меня, и я произнёс:

 

— «Шип хрупкого льда».

 

Передо мной стал нарастать ледяной шип, но с ним было что-то не так. Он был нестабильным. Мне тяжело было нарастить его до достаточного размера.

 

Я выпустил его во врагов. Но шип, пролетев полпути, рассыпался в воздухе.

 

— Что?! — недоумённо воскликнул я.

 

Я судорожно рассёк пальцем воздух. Палец чуть покрылся инеем и тут же исчез.

 

Здесь практически не было влаги. Сухой воздух и песок... Мне нужна вода.

 

Тем временем монстры уже почти прорвались в город.

 

Эви шумно ударила ладошкой по моей броне.

 

— Рыцарь, смотри! Там колодец.

 

Я проследил за её пальцем.

 

И правда, колодец...

 

— Как ты... — Я не успел договорить, Эви перебила меня.

 

— Скорей к колодцу!

 

Она дёрнула меня за руку. Я сдался.

 

У колодца я сжал ладонь и произнёс:

 

— «Слеза снежной девы». Надеюсь, воды хватит.

 

В моей руке образовался маленький ледяной кристалл. Я опустил его в колодец и сказал Эви отойти. Она послушалась.

 

Я начал плести заклинание:

 

— Лёд, откликнись моему зову...

 

Из колодца повеяло холодом.

 

— Слеза чистого холода, собери всю влагу и вознесись в небеса...

 

Из недр колодца вверх устремился ледяной сгусток, и вслед за ним полетели куски замёрзшей воды. Высоко в небе лёд стал собираться и уплотняться в шаровидный сгусток.

 

— Обрушься на моих врагов! «Замерзшая звезда»!

 

В тот же миг ледяной сгусток, ускоряясь, полетел вниз, оставляя в воздухе за собой снежный шлейф.

 

Ледяная звезда приземлилась в эпицентр сражения и, разорвавшись на тысячи острых осколков, кого-то раздавила тяжестью ледяной глыбы, а остальных накрыл шквал смертоносных осколков.

 

Эви стояла и удивлённо хлопала глазами, а потом резко крикнула:

 

— Ты себе последние мозги заморозил, что ли?! Зачем ты стражников-то похоронил вместе с монстрами? Ой, чую, быть беде...

 

Только закончила возмущаться Эви, как из ворот показалась подмога из дворцовой стражи. Сперва они удивлённо остановились и стали осматривать замёрзшие остатки врагов вперемешку со стражниками, а затем перевели внимание на нас.

 

— Именем Великого императора золотого света, стойте на месте!

 

Имперские стражи направились в нашу сторону.

 

Эви шипнула мне:

 

— Не двигайся и ничего не делай, говорить буду я.

 

Стражники окружили нас и направили на нас золотые наконечники копий.

 

— Я глава императорской стражи Юлий. Ответьте, чужеземцы, это ваших рук дело? — Он мотнул головой в сторону побоища.

 

— Просим простить нас, мы всего лишь хотели помочь вам... — начала молить Эви максимально невинным голосом.

 

— Ясно... Стража, схватить их!

 

— Что?! Но мы же помогли вам... И...

 

— Да, но вы использовали запретную магию еретиков.

 

— Что...?! Это единственное, на что её хватило.

 

Нас вели по широким городским улицам в сторону золотого дворца. Город в сравнении с трущобами выглядел значительно богаче: чистые улицы, богато украшенные дома, сам воздух казался чище, и повсюду играла песнь ветров, исходящая от императорского дворца.

 

Дворец больше не был заброшен в ночи вечных морозов. Наоборот, он был залит золотым светом.

 

Пока нас вели, как я понял, во дворец, я решил задать интересовавший меня всё это время вопрос:

 

— Слушай, Эви, а кто ты вообще такая?

 

— Эх, а ты не узнаёшь?

 

— А должен?

 

— Как ты мог забыть бедную старушку, которую своими же руками, подло, со спины, заковал во льду, — как-то театрально сказала она.

 

— Старушка... Неужели ты та наглая ведьма Эвалла? Нет... Эволла, или...

 

— Да, Эвилла я! Эх...

 

— Почему ты жива? Я же заморозил тебя.

 

— Я же говорила при нашей первой встрече, что я ведьма временных потоков. А чтобы ты понимал: время не остановить, как бы сильно ты этого ни хотел.

 

— Допустим, но почему здесь всё как раньше?

 

— Ну... Это моя вина. Переусердствовала, когда пыталась выбраться из твоего льда. Ну и пока отматывала время, заодно обернула вспять это место. Кто же знал, что здесь была Великая империя, а твой замок — это вообще бывший дворец золотого света. Но не переживай, это всего лишь отголоски прошлого. Скоро всё вернётся на круги своя.

 

Последняя фраза кольнула меня сильнее ножа.

 

Неужели мне снова придётся наблюдать за тем, как, поглощённая гневом, я снова уничтожаю эту страну? Я снова увижу, как навсегда застывает жизнь в глазах Купавы.

 

Нас привели в тронный зал.

 

Залитый ярким светом, отливающим золотом, он был сердцем дворца, с крышей, покрытой хрусталём, чтобы свет всегда мог освещать это место. А в центре, где свет был ярче всего, на золотом троне восседал Император.

 

— Ваше величество, мы привели их, — сказал глава стражи.

 

Император в скучающей позе неспешно обвёл нас взглядом. Его глаза цвета ясного неба с какой-то брезгливостью разглядывали нас.

 

— Вы и есть те, кто посмел напасть на моих стражников?

 

— Нет! Ваше величество, мы всего лишь помога... — Эвилла не успела договорить.

 

Мощный порыв ветра снёс её, ударив об стену.

 

— Молчать! Я не давал слова, как вы объясните смерть стражников и откуда в пустыне лед?

 

Пока Император допрашивал Эвиллу, я заметил в тени за его троном молодую девушку.

 

Я сразу понял, что это была Купава.

 

Когда-то её народ, пообещал её в жёны Императору...

 

Её лицо скрывала непроницаемая вуаль.

 

Вот бы хотя бы на миг ещё раз увидеть жизнь в её глазах.

 

Король закончил свою тираду и продолжил:

 

— Я самолично уничтожил этот жалкий народ, что посмел перечить мне.

 

Я хоть и понимал, что это всё обрывки прошлого, но злость начинала снова меня поглощать. Я чувствовал, что самопровозглашённые замки скоро не выдержат и...

 

И тут Эвилла взяла меня за руку и прошептала:

 

— Успокойся, это всего лишь картина прошлого.

 

Эвилла снова обратилась к Императору:

 

— Ваше величество, позвольте вас предостеречь: древняя печать скоро падёт, и мир охватит кромешный хаос.

 

— Какой вздор! Нет империи сильнее моей, никто не сможет сломить её...

 

— Ваше величество! Чудища! Чудища ворвались в город! В зал вбежал советник.

 

— Быть того не может! Ну что ж, сейчас я продемонстрирую мощь золотой империи.

Мы вышли на императорскую площадь города, к главному входу во дворец. Город утопал в криках ужаса и боли. Крики невинных людей всё больше пробуждали мою вину, напоминая о совершённой моими собственными руками трагедии.

 

Но было что-то не так. Люди умирали, но их тела, словно миражи, растворялись в воздухе.

 

— Эвилла, почему их тела исчезают? — спросил я.

 

— Потому что нельзя убить тех, чьё время уже закончилось.

 

— Значит, даже если я захотел бы что-то исправить, то не смог бы?

 

— К сожалению, да... Это картины прошлого, которые наложились на реальность, поэтому они кажутся такими реалистичными.

 

— И как мне понять, когда исчезнет... снова... — с печалью добавил я.

 

— Следи за мной. Когда я начну взрослеть. Но не забывай: хоть жители уже мертвы, монстры реальны.

 

— Понял...

 

Я снова наблюдал за падением ненавистной мне империи. Тварей становилось всё больше, они заполняли улицы города. И тут глупый император воскликнул:

 

— Не позволю вам творить безчинства в моём городе! Буйные ветра, разорвите моих врагов!

 

Поднялся ветер, каждое мгновение наращивая силу. Ветряные башни заиграли марш смерти. Буйные потоки сдували монстров, вздымали их в небо и разрывали их тела, унося прах поверженных далеко за границы империи.

Я услышал до боли знакомые шаги. Обернувшись, я увидел Купаву.

 

— Эвилла, а ты можешь вернуть Купаву? — спросил я.

 

— Прости... Я не могу даровать время тому, чьё время уже остановилось... Мне жаль.

 

Последняя надежда, словно хрустальная слеза, разбилась о реальность. Я сжал руки и направился к Купаве. Я чувствовал, что это был последний шанс проститься с ней навсегда и отпустить.

 

— Ваше величество, — обратился я к Купаве.

 

Но ответом мне было молчание.

 

На мгновение ветер приподнял вуаль. И всего лишь на миг я увидел её лицо. Лицо, полное печали.

 

— Позвольте мне отдать вам кое-что.

 

Я протянул ей водный камень, огранённый тонким слоем снежного хрусаля.

 

Купава опустила голову и взяла из моей ладони камень. Всё так же не поднимая головы, она смотрела на него. Я увидел, как о камень разбилась водная капля, разлетевшись на множество сияющих осколков.

 

— Веспера... — тихо сказала Купава.

 

Слеза за слезой падали на водный камень, давая возможность снежному хрусталю дать ледяной побег, из которого распустилась снежная роза.

 

— Прощай, Купава... Надеюсь, наши реки жизни когда-нибудь снова переплетутся, — сказал я на прощание.

 

Вслед я услышал тихое:

 

— Прощай, Веспера...

 

Я вернулся туда, где стояла Эвилла, но не сразу узнал её. Она стала взрослее.

 

Ведьма стояла и шмыгала носом.

 

— Зачем я только послушала ваш разговор? Теперь мне грустно.

 

— Я говорил, что ты наглая?

 

— Да... — продолжала заливаться слезами она.

 

— Пойдём.

 

Земля содрогнулась. У городских стен стоял чёрный великан в красно-багряных доспехах, с огромной секирой наперевес.

 

— О нет! — воскликнула Эвилла. — Это привратник искаженного мира...

 

Он взмахнул своей массивной секирой, словно перышком, и одним ударом уничтожил городские стены, зацепив близлежащие дома.

 

— Пойдём, Эвилла.

 

— Что? Давай лучше переждём...

 

— Что?!

 

— Ну... Я потратила все свои силы, когда выбралась из-за льдов. И не могу колдовать, пока полностью не восстановлюсь.

 

Мимо нас прошел император со словами:

 

— Как ты смеешь нарушать покой этого места! «Острие ветра»!

 

Сконцентрированный воздушный поток точечно ударил по гиганту, нанеся глубокую рану на плече.

 

— Я думал, отсеку тебе руку, — сказал император.

 

Монстр помешкал, не ожидая удара, а потом занёс секиру за голову и молниеносно обрушил его.

 

«Колыбель ветра».

 

Императора защищали потоки ветра, образуя кокон. Острие секиры отбросило.

 

Император усмехнулся:

 

— Это моя идеальная защита.

 

Великан разозлился. В ярости он обрушил несчётное количество ударов, но ни один не смог пробить защиту.

 

— Ха-ха! — рассмеялся Император Золотого Света. — Следующий удар будет последним! «Жатва духа ветра»!

 

На враге одна за другой открывались глубокие раны, орошая землю чёрной кровью. Несколько точных ударов попали по прошлому порезу на плече, отрезав руку.

 

— Ха-ха! И это вся угроза?

 

Но привратник не сдался под градом атак. Он издал рык и начал вращаться вокруг своей оси, размахивая секирой.

 

Ветер стих.

 

— Ха-ха! — великан засмеялся громким басом. — Наглый человечишка, ты смог удивить меня. На моей памяти ты второй, кто смог так ранить меня.

 

Чёрный великан взял свою руку и вернул её обратно. Мгновение — и она приросла. Так же и его раны затягивались на глазах.

 

— Теперь я покажу свою силу.

 

Схватившись обеими руками, великан сделал рассекающий взмах.

 

«Палач королей».

 

Идеальная защита не справилась. Острие со свистом рассекло воздух.

 

— Не... Не может быть...

 

Последнее, что сказал великий Император.

 

Ветер развеял разрубленный мираж.

 

Эвилла первой отошла от потрясения и толкнула меня:

 

— Бежим, нам сейчас с ним не справиться!

 

Великан уже приближался.

 

— Ну что ты встал? Идём! Скорее! — паниковала ведьма.

 

— Нельзя дать ему приблизиться к Купаве. — Я сделал шаг навстречу угрозе. — Я обещал всегда охранять её покой...

 

— А-а! Как же с вами сложно!

 

Эвилла побежала к ближайшему переулку.

 

— А ты кто ещё такой? — высокомерно спросил гигант.

 

— Твой палач.

 

— Ха-ха! Ну покажи, чего ты стоишь...

 

Секира ударилась в песок, поднимая столб пыли.

 

«Хрустальная стена».

 

Из облака пыли показалась нога. Сильный пинок снёс меня вместе со стеной.

— Ха-ха, ты? И мой палач? Ну насмешил! Ты явно будешь слабее предыдущего глупца.

 

Еле поднявшись, я не успел перевести дух: великан быстрым ударом отсёк мне руку.

 

— Ого! Даже не пискнул! Хоть ты и слаб, но воля у тебя железная.

 

Отрубленная глухо упала на песок.

 

— Ну что ж, хочешь, покажу фокус? Хрупкий лёд, рассыпься в пыль!

 

Из отсечённой брони поднялась ледяная пыль.

 

— Соберись и уплотнись. «Стрела хрупкого льда»!

 

Стрела попала прямо в голову, но почему-то не пробила его... Ледяная пыль разлетелась вокруг головы великана.

 

— Апчхи! И это всё?

 

На лице привратника не было ни царапины.

 

Свист секиры.

 

— «Хрустальная стена»!

 

На этот раз стена выдержала, но по ней паутиной разбежались трещины.

 

— Но, может, на что-то ты и способен, — подытожил великан и взмахнул секирой ещё раз.

 

Стена разлетелась. Она поглотила часть урона, но удар пришёлся по предплечью второй руки. Моё тело впечаталось в стену дома.

 

Мне нужно как-то задержать его.

 

— Ой, букашка, а ты что притихла? Сдохла, что ли? Ха-ха!

 

Раскатистый смех заполнил улицы города.

 

— Рыцарь, держись там! Я тебе верну руки, как только ко мне вернутся силы. Главное — не умри, — тревожно бормотала Эвилла, наблюдая за битвой из-за угла дома.

 

Вариантов у меня мало. Надо найти воду.

 

— Хрупкий лёд, рассыпься и соберись! «Оковы хрупкого льда»!

 

Весь лёд собрался на ногах великана и сковал их коркой льда.

 

— А? Что?

 

Великан хотел сделать шаг, но лёд сковал его ноги, и он рухнул, не дойдя до меня. На улице поднялась песчаная завеса.

 

Я выиграл немного времени.

 

С трудом перевернувшись на живот и опираясь на остаток локтя, я из последних сил поднял своё отяжелевшее тело на колено. С трудом, но поднялся.

 

Одна мысль вертелась в голове:

 

«Надо найти воду».

 

Еле бредя вдоль улицы в поисках колодца или фонтана, да хотя бы бочки с водой, я услышал громкий рык, разбивающий стёкла.

 

Песчаная завеса рассеялась.

 

Звук разрезал воздух. Моё тело упало на землю. Я поднял голову. На небольшом расстоянии от меня лежала секира.

 

Неужели на этом всё...

 

Лёд разбился звонким хрустом.

 

— Ха-ха! Ну всё, больше не побегаешь.

 

Каждый его шаг сотрясал землю, заставляя песок подпрыгивать.

 

— Ну-у, поиграли и хватит.

 

Великан поднял ногу. Меня неспешно накрывала тень.

 

Перед моим лицом упала снежинка...

 

Город стремительно накрыла тьма вечной ночи. Одна за другой, всё больше и больше, падали снежинки.

 

— ЗАМРИ В ПОТОКАХ ВРЕМЕНИ! — вскрикнула Эвилла.

 

Привратник застыл.

 

Она подбежала ко мне.

 

— Всё возвращается на круги своя. Сейчас я тебя вытащу.

 

Поднатужившись изо всех сил, Эвилла попыталась меня поднять, но сил ей явно не хватало.

 

— Сейчас, подожди, — засуетилась она. — Я восстановлю твои руки и ноги. Время, обратись вспять, верни потерянное в твоих потоках!

 

Но ничего не произошло...

 

— Как так?..

 

Снег усилился. Ветер подхватывал снежинки, кружа их в быстром танце. Город стал постепенно таять в снежной буре, возвращаясь обратно в прошлое.

 

Я увидел движение в буре.

 

Ко мне навстречу шла Купава...

 

Её лицо больше не было спрятано под вуалью. Она держала в руках распустившуюся снежную розу.

 

Остановившись, она улыбнулась мне на прощание и навсегда исчезла в снежной буре.

 

— Купава...

 

Буря стихла.

 

Всё и правда вернулось назад.

 

Перед нами стоял одинокий замок посреди снежной пустоши.

 

Видимо, пришло время поставить точку в этой истории. Прошлое не вернуть...

 

— Почему? Почему руки и ноги не возвращаются? — вопила Эвилла где-то рядом. Моё сознание постепенно возвращалось из омута памяти.

 

— Помнишь, ты как-то сказала, что не можешь вернуть время тем, у кого оно остановилось?

 

— Ну да... Неужели ты...

 

— Моё время остановилось после падения империи. Точнее, я сама его остановила...

 

— Подожди, это же почти невозможно... — Эвилла постепенно начала понимать.

 

— Я давно уже не жива и не мертва. Когда-то давно меня захлестнуло с головой водоворотом ярости. Я не отдавала себе отчёта... — Я замолкла. Игла вины всё ещё колола меня. — Мне не хватило сил и... Я обменяла свою жизнь, плоть и кровь на силу...

 

Я подняла руку и показала, как лёд, кристалл за кристаллом, формировал новую руку.

 

Эвилла заворожённо наблюдала за моим телом, за тем, как изо льда и снега появляются руки и ноги.

 

— Теперь я поняла, почему в нашу первую встречу моё заклинание не сработало на тебе... — подытожила Эвилла.

 

— В наказание я, как и моё тело, застыла во времени, вечно съедаемая своими же ошибками...

 

— И как давно ты так существуешь?

 

— Я уже потеряла счёт времени... Как долго ещё продержится твоё заклинание?

 

Эвилла удивлённо захлопала глазами.

 

— Ой! Я совсем забыла... — Она перевела взгляд на гиганта. — А-а, оно сейчас как раз и закончится...

 

Я поднялась. Доспех с железными пластинами обвалился с моего тела.

 

— Замри на месте, — сказала я Эвилле. — «Хрустальный короб».Это должно защитить тебя.

 

— Подожди, я...

 

Она не успела договорить. Великан очнулся.

 

Я скинула шлем и почувствовала странное: на моей щеке застыла слеза.

 

— Видимо, что-то живое ещё осталось...

 

Моё тело покрыл снежный покров.

 

— Что случилось? — Привратник огляделся по сторонам. — А где город? Где люди? Откуда тут взялся снег? — А ты ещё кто?

 

Гигант закинул ногу, намереваясь ударить.

 

— «Хрустальная стена».

 

— Какая крепкая! Ну, подожди.

 

Громила провёл рукой по снегу.

 

— Где моя секира?

 

— Похоронена где-то в снегах, — ответила я спокойным голосом.

 

— А ты кто такая? И куда подевался тот рыцарь? Я ещё не доиграл с ним. Ха-ха!

 

— Я снежная дева, что хранит покой этих мест. Имя мне — Веспера.

 

— Ха-ха! Смотрю, глупого бахвальства тебе не занимать.

 

— Глуп тот, кто осмелится потревожить покой этих мест.

 

— Ха-ха! Сейчас мы и посмотрим.

 

Громила сцепил руки, обрушивая их на меня.

 

— «Пики хрупкого льда».

 

Из земли выросло два ледяных пика, пробивая руки великана.

 

— «Оковы льда». Ты на моей территории. У тебя нет шансов...

 

— Ха-ха! Я великий привратник. Ты думаешь, какой-то лёд сможет меня остановить?

 

— «Стрела хрупкого льда».

 

Ледяная стрела пронзила его грудь, заковывая тело во льду.

 

— Спи спокойно...

 

Обернувшись, я направилась к Эвилле.

 

— «Хрупкий лёд», рассейся.

 

Хрустальный короб осыпался, освобождая ведьму.

 

— Я, конечно, подозревала, что ты не простой человек, но та самая снежная дева...

 

— Пойдём. Пора завершить ещё одну легенду.

 

В моей памяти возник образ Арфея. Думаю, надо показать напоследок ему снег. Как и Купава, он видел красоту этого мира.

 

Достав перо, я шепнула:

 

— Арфей, приди ко мне...

 

Перо взлетело и унеслось прочь.

 

— Что это за перо? — спросила Эвилла.

 

— Хочу увидеть снег...

 

В небе показался белый дракон, плывший по небосводу, словно облако. Приземлившись, он обернулся человеком. Это был Арфей.

 

— Рад снова тебя встретить, снежная дева. Ох, Эвилла, и ты тут.

 

Ведьма только фыркнула ему в ответ.

 

— Я рада тебя увидеть. Надеюсь, ты насладишься танцем снежинок.

 

— Могу ли я на этот раз узнать твоё имя?

 

— Веспера...

 

— Тебе даровали имя забытой богини ночи, — удивился Арфей. — Как давно я не слышал этого имени.

 

Земля сотряслась. Старый замок стал рушиться, уходя под землю.

 

— Печать почти разрушилась! — воскликнула Эвилла.

 

Я наблюдала, как прошлое падало в бездну. Но меня больше это не волновало.

 

Земля разверзлась алым светом. Это был разлом в изнанку мира.

 

— Думаю, пора... «Хрустальный короб».

 

Хрустальные стены закрыли Эвиллу с Арфеем.

 

— Что ты делаешь? — воскликнула ведьма.

 

— Мне пора... Я была рада снова почувствовать себя живой и повстречать вас. Прощайте...

 

— Стой! Выпусти меня! — Рыдая, Эвилла забилась о стену. — Не уходи...

 

Арфей положил руку на плечо ведьмы.

 

— У всего есть начало и конец.

 

Подойдя к разлому, я услышала голос из глубины:

 

— Снежная дева, не торопись. Выслушай меня. Я могу исполнить любое твоё желание. Могу вернуть того, кого ты потеряла. Стоит лишь тебе присягнуть мне.

 

— Моё единственное желание уже исполнилось.

 

— Глупая девка, думаешь, ты сможешь остановить нас? Нас нельзя уничтожить.

 

— Но можно сдержать.

 

Я начала плести заклинание.

 

— Хрупкий лёд, внемли моим словам. Имя мне — Веспера. Пять замков, что я закрыла, развейтесь.

 

Истинный холод вырвался из моего тела, покрывая его инеем.

 

— Я твоя хозяйка, услышь мой приказ. Соберись предо мной...

 

Весь снег, покрывавший пустошь, устремился в одну точку, оголяя золотые пески. Тела, спящие под снежным саваном, рассыпались и устремились вслед за снегом.

 

Над снежной девой нарастало огромное облако снега и льда.

 

— Даруй моим врагам вечный покой...

 

Я обернулась к Эвилле с Арфеем и улыбнулась в последний раз.

 

— «ГРОБНИЦА ВЕЧНЫХ СНОВ».

 

Массы снега и льда заполнили разлом, приобретая на поверхности форму гроба, скованного цепями.

 

Моё тело рассыпалось, завершая заклинание и скрепляя цепи замком.

 

«Надеюсь, в следующей жизни мы снова встретимся, Купава...»

 

Над пустыней взошло солнце, ознаменовав конец.