Поэма о Пятнице < Fancon.org - форум Арт-пространство «Понедельник»


 
 Ответ
 Новая тема
 Опрос

> Поэма о Пятнице, дуэль Ингевар vs TbMA (№40)
   Сообщение № 1. 25 июля 2021 г. в 10:00, Гостья из прошлого пишет:
Гостья из прошлого ( Offline )
И попробуйте мне запретить)))



Вредина и сказочница)
Сообщений: 10897
профиль

Репутация: 1276
Кажется, вода кончилась.
Надо бы натопить еще снега, да отстоять побольше воды. Прокипятить, потом поставить в подпол, чтобы пить холодненькую, потому что ну кто захочет пить теплую, да еще в самый разгар лета, когда даже на горе не сказать чтобы холодно, если не брать в расчет ночь, но по ночам тут не только холодно, может и медведь забрести.
А так живется неплохо, конечно, хоть и одиноко. Вот разве иногда мишка заглянет, да птицы, и еще мухи с комарами, как только эти заразы так высоко залетают? А компании иногда хочется, поговорить-то не с кем, “созвоны” по радио случаются раз в день, минут на десять, батарейки садятся, а новые взять, в общем, негде, раньше-то вертолет прилетал и сбрасывал, но теперь откуда ему взяться, если ни вертолетов больше нет, ни пилотов, ну точнее вертолеты наверняка есть, а вот с пилотами беда, и механика не сыскать, в общем, так себе настали деньки для человечества, но что я все об одном, опять ведь не усну потом, лучше вернемся к воде.
Топи, не топи, а помыться по-человечески все равно не хватает, так, сполоснешься немного и ладно, не воняешь — и то вперед, смотреть-то не кому, не то что нюхать. А раньше я любил, ох как любил ванную принимать, да и в душ сходить, если в жару, так под прохладной водичкой постоять десять минут – самое оно, освежает, а в холод, зимой в ванной поваляться — милое дело. В домишке моем, на горе, ни того, ни другого, понятное дело нет, так что остается тазик, добротный, надо сказать, таз, медный, уж не знаю сколько ему лет, но сейчас таких не делают. В смысле, прямо сейчас уже никаких не делают, угу, делать-то некому, но пока делали, делали уже не так, все больше пластиковое дерьмо из Китая, или там Бангладеша, а этакий вот медный таз, я про такие только слышал раньше, а как на гору поднялся, нашел живой и целый, сколько, интересно, поколений смотрителей из него мылось? Лежит тут, поди, года с двадцатого, с Великой Депрессии или уж не знаю, что там было, никогда историю не любил, а жалко, конечно, сейчас бы вот вспомнил, как звали президента в те годы, скажем, Вильсон или Рузвельт, и зачем, спрашивается человеку об этом знать?
С другой стороны, вот я не знаю, и другие, скорей всего не знают, а как мы возродим человечество, если никто даже не сможет сказать, что за президент был в таком-то году?
Хотя Воскресенье говорит, что ничего мы не возродим. Семь мужиков, говорит, даже если сильно поднатужатся, ни одного ребенка не заделают, и тут он, конечно, прав, но вдруг кто-то где-то еще выжил, хорошо бы шатенка, кудрявая такая, вечно улыбается, в рубашечке, завязанной на животе, ну и расстегнута рубашечка, чтобы грудь видно было, хотя та и так очерчивается под тонкой тканью, а шатенка сидит сейчас где-то, ножки в джинсах сложила на перила, домик где-то, не знаю, на юге, Невада там какая, вот она сложила ножки на перила, сидит на веранде своей, ни мертвецов вокруг, ни болезней – такое захолустье, что никого там нет, а она приехала маму навестить, и вот они-то вдвоем и выжили, ну, и значит, как внизу поутихнет, спущусь я с горы, и побреду с котомкой, вокруг будет пусто-пусто, но рацию я прихвачу, внизу-то полно батареек. И вот я буду каждый вечер где-то останавливаться спать, наверное подальше от городов, ну их к черту, рассадники заразы, а батарейки можно и на заправке взять. В общем, буду я вечером где-то укладываться, у лесочка там, на полянке, не суть, и по рации говорить: “Вот я, выживший человек, ответьте люди”, и когда дойду до Невады, там-то моя шатенка меня и будет поджидать. Она, конечно, не поверит поначалу, может даже решит, что тронулась мальца, ну кто за год или за два жизни с матерью не тронется, но потом ответит и голос у нее будет нежный-нежный, как у Амелии был, а вот об этом вспоминать-то, брат, и не надо, опять ведь потом не уснешь.
Ладно, скоро время эфира, надо чаю заварить, да сэндвич сделать, если это можно так назвать, с сухим-то хлебом, а все лучше, чем так из банки жрать, хоть какое-то подобие бутерброда.

— Прием, братва, как жизнь? — это Вторник, он всегда радостный, ну по радио так точно.
— И тебе не болеть, братишка, — Воскресенье тут как тут, и тоже, гляди-ка, бодрый. — Никто там не тронулся еще, надеюсь?
— Да пошел бы ты, — Понедельник говорит хрипло, он вообще старикан, так-то приятный, особенно как выпьет, а выпивает он, считай, аж с утра.
— Пятница тут, не тронулся, — это я рапортую.

Вообще, забавно вышло, с именами этими. Пока мы были еще просто смотрители, звались мы по-разному, кто как, но больше по названиям гор, Воскресенье вот был Рога Сатаны, а я, допустим, Расколотый Пик, но когда внизу началось, часть ребят решили, что на горе торчать не хотят, кто с семьей мечтал повидаться перед концом, кто бороться хотел (с кем и как, хотел бы я знать), короче, остались только мы – семь человек, каждый на своей верхушке сидит. Сначала мы все ждали, что вот сейчас военные, ха-ха, и можно будет спускаться, ну или хотя бы вакцину какую найдут, но это где-то неделю продлилось, а потом все, потом мы стали считать, насколько хватит припасов, и советоваться, как отличить съедобный гриб от ядовитого. Ну а раз осталось семь, как раз по дням недели, и потом еще Воскресенье предложил, чтобы честно было, каждому выделить по дню, когда он байки травит. Так и пошло, только никто не хотел быть Пятницей, а очень странно, вроде как у Робинзона Крузо был такой слуга, а мне-то что, мне и Пятница сойдет, раньше-то все пятницы любили, кто по барам, кто по бабам, хорошее имя, и время было хорошее, эх, тогда бы это знать.

— Среда? Четверг? Суббота? — не унимается Вторник.
— На связи, — откликается Четверг, он болтает мало, даже в свой день, в основном про то, как там костер развести, если кончились спички, и все такое.
— Да пребудет с вами благословение природы, — мягко, почти по-женски произносит Среда, Воскресенье его иногда “педиком” подкалывает, но это так, в шутку.
— Вроде все, — тут же вклинивается Воскресенье, — давайте к делу переходить, охота уже историю послушать.
— Погоди! Суббота, чего молчишь? — волнуется Вторник.
— Ты там шишку обрезал и шаббат соблюдать начал, что ли? — ржет Воскресенье.
— Суббота, прием!
— Или удрочился до смерти, а, дружок?
— Суббота, мать твою!
— …
— Среда, ты у Субботы видишь что-то? Глянь в стекляшки, будь другом.
— Хм, сейчас… Нет, не видно ничего. Дом закрытый стоит, следов нет, медведя тоже не наблюдается.
— Дались вам эти медведи, — ворчит Четверг.
— Ладно, может спать завалился, мало ли, — это опять Воскресенье, — давайте уже потрещим.

Вот так и болтаем, по десять минут в день, а потом кто во что горазд. Я вот по окрестностям хожу, иногда спускаюсь недалеко, ягод там присмотреть, травок съедобных, да и вообще ноги размять, а не то спится плохо. Как подумаешь, что внизу все, вот вообще все умерли, даже Амелия, так сразу… Ай, говорил же, нельзя об этом думать, пойду лучше дров наколю, нахера мне спрашивается дрова, какие еще костры летом, а вот наколю и сложу, пока топором машешь, оно и полегче становится, и про Амелию можно не думать, и про семь миллиардов можно не думать, вообще ни о чем не думать, знай себе топором маши, да вот еще про шатеночку мою помечтать, как оно там в Неваде? Хорошо бы, проигрыватель у нее был, дом-то мамин, должен быть проигрыватель, непременно, старый какой-нибудь, Техникс семь, например, с выбором треков, и коллекция пластинок… Дорз, Хендрикс, что там еще хиппари слушали, или сколько этой матери лет? Ну может, не хиппари, ну тогда пинк флойд хотя бы, “wish you were here”, да, вот бы ты здесь была – это бы я не отказался, а еще лучше я у тебя, шатеночка, сидели бы сейчас, пинк флойд слушали, любимый альбом, а ведь это Амелия меня на него подсадила, да заткнешься, ты когда-нибудь, сука такая, замолкни уже, тварь. Хрясь, топором, хрясь!

Уф, намахался будь здоров, теперь-то усну, ха, так усну, как никогда не спал. Из тазика медного сполоснусь чутка, да спать, в черноту, чтоб не было там ни… Ничего там не будет, дружок, ничего, а мне только того и надо.

Хер там, хер там, поспал, ха-ха, поспал да выспался, ночь кромешная, а вот пойди усни. Амелия, Амелия, как ты там сейчас? Вот не ушла бы ты к своему художнику, пидору этому в шарфике, были бы с тобой вдвоем сейчас, может и мертвые, а вместе, ну все же лучше, чем одному тут на горе мыкаться, как последней суке. Амелия, Амелия, ну зачем ты так со мной, я ведь никого так не любил, а пидор этот в шарфике, ну что ты в нем нашла? Эх, дурак я, дурак, ну как мы с тобой до такого дошли, ведь так у нас все хорошо было, ты всегда говорила, что так только в сказках бывает, а ведь я и сказок-то таких не читал, там, в сказках-то, вечно какая-то чушь происходит, то там туфельку кто потеряет, то семь гномов у нее (тоже, видать, в шарфиках, ходоки), а у нас ведь по-настоящему все было.

Да, этак я точно не усну, а вот глотну-ка я бренди, чисто один глоточек, просто чтобы спалось получше.

Нет, полстаканчика сверху, только в качестве снотворного, жжется зараза, до слез, а хер с ним, чего экономить, пить так пить, все равно подыхать скоро, кого я обманываю? Любимая моя, ну как же так?

Сейчас, сейчас, спички найду, костерок зажгу, глядишь и не так холодно будет, ну и что, что свет в ночи, а кто придет, ну не медведь же? А посмотри, посмотри, красота какая, вся долина как на ладони, луной залита, ну просто зеленый чай в чашке, как ты любила, свежий урожай. А звезды какие, посмотри, все небо в звездах, и близко-близко, кажется рукой достанешь, хорошо тут все таки, и тебе бы понравилось, это ж ты всегда на природу выбираться любила, а я-то был бирюк бирюком, дома сидел. Да, дурак я был, надо было делать что-то, а не дома сидеть, может, сплавляться по реке, или в походы ходить, скалолазанием там заняться, что угодно. И подарки дарить почаще, пусть бы и безделицу, букетик там, сережки тут, бутылку смит-о-лафит, как ты его любила, я-то никогда в вине не понимал, мне что белое, что красное– какой персик, что за ваниль?
А помнишь, мы в бар пришли, он такой модный был, только открылся и там еще надо было подходить к стене, в мини-холодильничках бутылки, проводишь карточкой, выбираешь пятнадцать там или пятьдесят грамм, и тебе в бокал льется, этот лафит баксов двадцать стоил, за пятьдесят-то грамм! Мы в тот вечер сотни три оставили, а я выдул бутылку красной калифорнии, и ведь не бубнил, что мне тот лафит? Ты была в этом платье синем, как оно тебе шло, боже, я сзади идти не мог, там и вырез этот, шейка, а задница вроде едва обтянута тканью, но так хорошо видны очертания, что ну просто… Ну еще-то лучше было до дома добраться, и к черту это платье с тебя стянуть, как же было хорошо, любимая, как же было хорошо. А потом вот как вышло, и как мы до этого дошли?
Соберись, тряпка, хорош, чего разревелся, как девчонка в третьем классе, да как тут не плакать, дебил ты конченый, нет ведь ее больше, нет и не будет, и только ты, ты один во всем виноват. Сидел, как зомби, телик смотрел, то футбол, то нетфилкс, а чем она жила, что хотела, что делала? Не шарфик этот, так другой бы нашелся, на такую-то красавицу все рты разевают, один ты все маялся, думал, все, не хочу жену, пять лет прошло, баста. Ну вот и досиделся, только о себе думал, а надо было о ней.
Да уж, тут и осталось-то на донышке, допью уже, чего зря мучаться, не так уж и много выпил, двести, триста, ну может триста псят…

— Прием, братва, время связи, Вторник тут.
— И угадай какой сегодня день?
— Воскресенье, ну и так понятно, всю неделю твоих историй ждем, ты ж гад не хочешь чаще рассказывать.
— Да если я буду чаще рассказывать, вы ж там на стенку полезете. Нет уж, брат, тут надо не спеша, подготовившись. Господь тоже ведь шесть дней работал, а на седьмой решил отдыхать, и сказал: вот это хорошо. Так и я вам говорю, братие, по воскресеньям будет хорошо, а где же еще хорошо, как не в койке с девчонкой? Истинно говорю вам, лишь между ног у красотки обретете царствие небесное!
— Хорошо богохульничать, козел, давай уже рассказывай, про ту блондинку из Дании.
— Нет, Понедельника не слушай, про ту бразильскую чику давай, которая еще…
— Молчать! Я решаю, про кого рассказывать. Слушайте…
Короче, был я на одной вечеринке в Калифорнии, года три назад. Там особняк, бассейн, шампанское рекой, кругом красотки в купальниках, в общем рай. Причем не плейбой голимый, а реальная пати, и девчонки все не давалки, а серьезные лэйди, кто из гугла, кто из эппл, но стройные, загорелые, сисечки так и скачут в бикини. И вот какой-то перец, дебил один, приятель мой, рассказал одной цыпочке из Вьетнама, будто я по-вьетнамски секу. Ну она подлетает ко мне, улыбается, крошечная такая азиатка, мне по локоть, но сиськи третьего размера, чтоб я сдох. Улыбается, я ей в ответ, и тут она как начнет по-вьетнамски тараторить. Я думаю: чего это она? А она никак не уймется, просто как плотину прорвало, ну я киваю, а что еще делать, потом взял пару бокалов, и вот мы уже углубились в сад, приватная, так сказать, атмосфера. Бокал, второй, приятная беседа, ну то есть она все трещит, а я киваю, и тут она как схватит меня и давай целовать. Я аж прифигел от такого поворота, а терять нечего, так что и ладно, давай ее лапать. Она задышала чаще, постанывает, ну я туда рукой, сюда, то грудь помну, то эту попку — маленькую, но упругую, чисто как в четырнадцать лет вернулся, и тискаю Кейт, чирлидершу. Ладно, про это в другой раз.
В общем, чувствую, к делу идем, но мы ж в саду, а надо б куда-то смыться. Хватаю её, короче, и мы чуть не бегом до первой попавшейся комнаты в особняке, и там уж меня не остановить. Целуемся как угорелые, все губы мне искусала, ну чисто дикая кошка. И вот стягиваю с неё трусики, одной рукой её затылок держу, вторую запустил промеж ног, а мокрая она, просто долбанная Ниагара. Достаю своего бойца, все уже, направил куда надо, а она вдруг раз, и в сторону его. Я аж целовать её перестал, смотрю на нее с вопросом, а она мне по-вьетнамски говорит: “не, я на первом свидании с мужиками не сплю, не такая я”. Ну вы поняли, у меня от шока аж вьетнамский словарь подгрузился. Я никак в себя не приду, снова туда юрк, а она ручкой так раз, нет, мол, не выйдет. Ну то есть не войдет. Ситуация патовая, а что делать? Я без трусов, она без трусов, отступать глупо, но на четкое “нет”, пусть бы и по-вьетнамски, полагается реагировать адекватно.

— Дальше-то что?
— Не томи, Воскресенье!
— Хорош трепаться, через неделю расскажу. Время подошло, давайте мужики, передернули и спать.

Вот ведь гад, на самом интересном месте, Шехерезада хренова, еще ж неделю ждать теперь, получится у них или нет?
Фух, жарко что-то стало, но хоть голова прошла, вроде, и не тошнит почти, и хорошо, а то хоть помирай, как же плохо весь день было, не день, а сплошное мучение. Да уж, я вьетнамок только в городе видел, а так чтоб в постель тащить, такого и не было, вообще девчонок у меня было не сказать, чтоб много, и не то чтобы я этим гордился, я не однолюб, хотя вот Амелия, кхм, ну да ладно, короче не так и много их было, таких, чтобы хотели со мной, но мне и так неплохо. А с Амелией мы первый год, кажется, из постели не вылазили, и как вышло, что потом мне на неё и смотреть не хотелось? Воскресенье говорит, что хочешь или нет, а жену дважды в неделю должен как штык, иначе разлюбит, ему видней, он три раза женат был, а только что толку, мне три жены и не нужно, Амелию бы, так ведь тут я и облажался.
Да что рассуждать теперь, думай, не думай, спи, не спи, нет её больше, и вьетнамочки этой нет, и вообще три с половиной миллиарда баб лежат поди, разлагаются, или уже обглодали их — хрен поймешь, внизу я ведь и не был ни разу. Что там сейчас, интересно, творится, сколько времени прошло, месяца три, наверное, как связь прервалась, да уж, а лето выдалось жаркое, нет, не хотелось бы мне сейчас вниз. Ничего, зиму как-нибудь перезимую, весну перекукую, а летом вот и пойду вниз, на будущий год.
Еды у меня порядком, хоть и обрыдла уже мне эта, да и та, впрочем, тоже, смотреть не могу, но ладно, уж поем, калории, как говорится, вот выпивка на исходе, но, может, оно и к лучшему, смотреть на нее не могу, ой, опять замутило, так, про это лучше не думать пока. А к лету будет другая жизнь, с этим все согласны, не может вирус столько прожить без носителей, да и трупы ходячие должны подразложиться, безопасно станет, гуляй, не хочу.
Тут-то я и спущусь с гор, и пойду бродить, понесут меня ноги, или, может, тачку возьму, хотя черт его знает, вдруг там вирус сидит, нафиг эти тачки, ладно уж, не развалюсь, пойду так, понесут меня ноги, как в старые добрые времена, чисто Толкиен, запою песенку, и пойду, пойду, а там уже и Невада, и шатеночка моя, и мать её сварливая, старая карга, ух как я ее ненавидеть буду, а шатеночку любить, изо всех сил любить, останемся мы вдвоем, ну втроем, ладно, приютим старуху-то, вот ведь жизнь настанет. Главное, ребята, совсем тут не тронуться, сложно все таки одному на горе сидеть, ну хоть вируса нет, ни гриппа, ни ангины, ни вот этого кошмара, что там внизу бушует, уф, утомился я, спать пойду.

— От Субботы так и не было вестей? Среда, ты ничего не видел?
— Нет, друзья, к сожалению, у Субботы совсем тихо.
— Может он вниз пошел?
— Да щаз, он давно вел себя странно.
— Да, спекся парень. Помянем.
— Помянем.
— Понедельник, а ты чего молчишь? Ты ж всегда первый помянуть?
— Да что тут говорить. Я и сам сегодня с обрыва сигану.
— Слышь, дед, не пори горячку, какой обрыв?
— Эх, молодежь. Это вам хорошо,жить хочется, а я что? Когда на гору поднимался, думал три месяца тут провести, ну и взял бренди из расчета полгаллона на день. Когда дерьмо началось внизу, я со страху запил так, что когда опомнился, всего треть осталась. Ну я тянул, тянул как мог, а теперь все, последний глоток в стакане.
— Ну и что ты, из-за поганой отравы себя убивать будешь?
— Отравы… Я на ней, может, только и жил. И чего делать-то? Вступить в клуб зожников к Среде? Ну посудите сами, все ж кончилось, вообще все! Все мертвы, одни мы остались. Ну пройдет год, спустимся мы, и что там будем делать? Консервы жрать, пока у последней банки срок годности не выйдет? Или кто из вас, сосунков, поле пахать собрался? Год так, два, три, а дальше-то что? Ну его к такой-то бабушке. Уж чем тянуть, лучше разом со всем покончить. У меня здесь утес, футов сто, прыгну и привет.
— Дед, ты чего?
— Слышь, Понедельник, не спеши. У меня бутылка есть, хочешь отдам?
— И у меня половинка осталась, забирай.
— Спасибо, мужики, тронули вы меня. Вот поди ж ты, братство у нас образовалось. Поберегите бутылки, пригодятся. Выпейте лучше за упокой меня да Субботы.
— Дед…
— Я решил все. У меня тут запас батареек есть, и консервы, еще где-то месяца на три, если не обжираться. Кому надо, пусть берет. Все, мужики, прощайте. На том свете свидимся. Конец связи.

Утро какое-то выдалось свежее, роса везде, осень идет, получается, дальше будет холодать, в октябре снега навалит, и будем мы тут сидеть безвылазно, пятеро нас осталось, а сколько будет через месяц? До весны я точно дотяну, зуб даю, дотяну и все тут, а вот до лета — хер поймешь, до лета еще ого-го сколько, могу и не дотянуть. А стоит ли ждать? Сколько там надо времени, чтобы трупу разложиться на жаре, да уж точно месяца хватит, а прошло три, глядишь и мертвые все передохли, ха-ха, и вирус поди на жаре сдох… Нет, не буду ждать, наждался уже, хватит, лучше пойду.
Сидишь, сидишь, ничего не высидишь, разве пулю в лоб, или вот с обрыва прыг. На фиг, к черту, соберу рюкзак, спальник, провизии минимум, рацию прихвачу, и в путь. От городов держаться подальше, по трассам, или вдоль хотя бы, и подальше от всех этих гадюшников, податься на юг, где тепло, в Неваду ту же, а там уже и шатеночка моя ждет, генератор у неё, бензина запас на двадцать лет, пластинки какие захочешь, холодильник, душ, а хоть бы и не было ничего, я её и такую полюблю, шатеночку мою сладкую, и заживем мы счастливо, как приду — неделю из постели вылазить не будем, разве только в душ, а если генератора нет, может тазик прихватить, да нет, не буду, уж придется смириться с китайским пластиковым говном, да и черт бы с ним, с милой-то шатеночкой под боком, не все ли равно?
Эх, любимая, жди меня, родная, как спущусь с горы, да пойду, все пойду, вот и песенка на языке вертится, мотивчик бы подобрать, ну чисто Толкиен, чтоб такое вспомнить, как бы ее спеть?
А пусть так будет:

И у Бога, и у черта, на одном, видать, счету,
Эх, американский хайвей, до Невады я дойду.

Все, шатеночка, жди меня, главное, очень жди, а уж я справлюсь, найду тебя, чтобы ни случилось, главное жди.

Я иду.

   Сообщение № 2. 25 июля 2021 г. в 17:33, Змей пишет:
Змей ( Offline )
Странник



Исчадье Ада
Сообщений: 2774
профиль

Репутация: 1192
Автору

   Сообщение № 3. 26 июля 2021 г. в 14:47, Лютеция пишет:
Лютеция ( Offline )
пум

*
Милашка
Сообщений: 8062
профиль

Репутация: 1440
Чото не зашли мне пидоры в шарфиках(
Ну и юморок, про Пятницу не зашёл.
А так это наверное могло бы быть даже трогательно.

   Сообщение № 4. 27 июля 2021 г. в 11:33, Астра Ситара пишет:
Астра Ситара ( Offline )
Странник

*
Автор
Сообщений: 1307
профиль

Репутация: 331
Мне почему-то всё это больше в юмористическом ключе видится...написано классно, но закончилось как-то никак, очень не хватает сильного финала. В итоге под конец получилось заунывно, а ждала, что будет бомба! герои или герой замутят крутое и рванёт керосином...а все лапки кверху и даже не показано эпическое помиралово. На худой конец, герой мог бы в одних трениках при полной луне с горы сигануть, вопия на всю округу: Амелияяя...я иду к тебе! — и за спиной открывается параплан. А так, кураж не задался, слишком дохло для меня...но начиналось многообещающе, из такой завязки можно целый свитер навязать с рюшами и вообще много чего...

   Сообщение № 5. 30 июля 2021 г. в 23:15, Тэхсе ан Фогейр пишет:
Тэхсе ан Фогейр ( Offline )
sealgair neonach

*
Классик
Сообщений: 3040
профиль

Репутация: 683
написано само по себе неплохо, но здесь прям очень страдает баланс содержания, идеи и сюжета. Понятно, что лока камерная, именно делать там нечего, но описательно-рассказной части во-первых перегруз, а во вторых она однотипная и бьёт в одну точку, что приедается уже на втором заходе про сексуальную депривацию)
А ведь потенциал вот этих переговоров велик - на них вполне можно было бы построить историю с синергией этих семерых (хотя я бы семерых на такой объём не брал, не влезают), с рассмотрением ситуации под разными углами, с историями - у этих людей ведь не осталось ничего, кроме их самих. Или кроме самих себя, скорее.
И в таком ключе пропажа одного - играет, но поздно, а решение другого не играет вовсе, потому что там нет по сути ни этого другого, ни настоящей мотивации. Вы, что ли, пахать будете? Ну а чего нет-то? Выпивки нет? Так это повод спуститься и поглядеть напоследок. Герой это делает, а остальные нет, потому что... а кто их знает?
В итоге концовка тут скорее отсутствует, потому что весь текст у героя нет маятника, качелей - делать или не делать. Ну, не по-настоящему, потому что в этом вот монотонном нытье даже новых ноток нет) И получается, для читателя, что ну спустится он... ну и ладно, может, хоть там что интересное будет) В общем, для такой реализации идеи объём откровенно велик, а для рассказа герои и сюжет слишком поверхностны и недостаточно проработаны. А такая концовка только на героях и может выплыть ведь.

   Сообщение № 6. 31 июля 2021 г. в 00:35, Крошка Элли пишет:
Крошка Элли ( Offline )
Странник

*
Творец
Сообщений: 9015
профиль

Репутация: 913
Ингевар, прости, ради бога. Собиралась сегодня написать отзыв и отвлеклась вчистую на другой ресурс. Там тоже рецензии надо было закончить - обещала. Если тебе еще нужно, я напишу, только маякни. Прочитать - прочитала, надо было сразу написать. Еще раз - прости, пожалуйста. Обделенным остался)) Да и не посмотрела, когда судилище начнется)

   Сообщение № 7. 31 июля 2021 г. в 00:44, Ingevar пишет:
Ingevar ( Offline )
Точно не демон

*
Сказитель
Сообщений: 589
профиль

Репутация: 264
Крошка Элли, и мне интересно!

   Сообщение № 8. 31 июля 2021 г. в 15:16, Крошка Элли пишет:
Крошка Элли ( Offline )
Странник

*
Творец
Сообщений: 9015
профиль

Репутация: 913
Не буду сильно словоблудничать. Думаю, судьи уже, наверно, все сказали. Я не читала))
Ну, во-первых, я не скажу, что мне рассказ не понравился. Или что-то там есть такое, что напрочь отталкивает. Идея показать людей как дней недели, наделив их еще определенными качествами, мне показалась интересной. Не совсем поняла в начале, как медведь связан с водой. Идет цепочка. Натопить воду-летом жарко - ночью холодно - и тут появляется медведь. Кмк, здесь нарушение образного ряда. Кстати, по стилю у меня замечаний почти нет. Вот только зачем исконно русскую речь с русским звуковым и интонационным строем вкладывать в уста американцев? И "телек", и не "телик"))
У меня больше замечаний по логике содержания.
1.Почему они не решились спуститься все вместе с гор?
2.Почему не поинтересовались судьбой Субботы? И какие следы можно летом разглядеть в бинокль? Если Понедельник им свои запасы завещал, значит, они могли друг к другу в гости ходить. Почему не ходили?
3.Главный, наверно, вопрос. Лучше сигануть с обрыва, чем попытаться спуститься вниз? Это я про остальных мужиков.
Финал меня устроил. Парень понял, что так или иначе погибнет, решил пойти. А других почему не позвал?
И еще мне понравились монологи героя. Про шатеночку и Амелию улыбнуло сначало. Потом до мурашек. Мне кажется, это самые мастерские части в рассказе.
Цитата
Ну вы поняли, у меня от шока аж вьетнамский словарь подгрузился.
Не поняла я этот момент)
А. Еще хочу отметить диалоги. Очень хорошо построены. Ни отнять, ни прибавить. Ну, в основном, все, наверно. Слушай, доработать бы. Прекрасный триллер бы получился. Психологический)

1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей);



Яндекс.Метрика Астрель-СПб rpg-zone.ru Конкурс иллюстраций Штрихи Пролёта - art.fancon.org