# 2018v Chetvero i chernoknizhnik

Kir

Четверо и чернокнижник


Пентаграмма на полу аудитории мерцала алым. Слева, где ещё утром возвышалась кафедра из морёного дуба, зияли обгорелые обломки. А вокруг пентаграммы…

Алиса обвела взглядом валяющиеся в беспорядке тела. Окровавленные рубашки её сокурсников, разбитые очки в проходе, забытые на столах вещи… Ещё час назад они слушали монотонную лекцию по дифференциальным уравнениям, а сейчас…

Что ж, по крайней мере им, четырём последним выжившим, больше не скучно.

Двумя рядами ниже постанывал Диксон, главный отличник курса. Минуту назад он попытался бежать из аудитории, и сработала пентаграмма. Алиса полагала, что парню повезло: всего-то лишился двух пальцев, и раны сразу затянулись.

Дебби Гуд и Крис Мэттсон лихорадочно приводили себя в порядок на последнем ряду. Надо же, хмыкнула про себя Алиса, поцелуи на лекции, оказывается, себя оправдывают. Убийца может про тебя взять и забыть.

Или просто пройти мимо.

Алиса тряхнула головой. Она так и не могла понять, почему всё ещё была жива. Впрочем, она не собиралась на это жаловаться.

За размышлениями она не заметила, как в аудиторию вошел невысокий человек в строгом чёрном костюме. Может быть, потому, что в его руках больше не было автомата Калашникова?

Человек взмахнул рукой, и пентаграмма погасла.

– Доброе утро, – буднично сказал он. – Меня зовут профессор Децимус Диррелл, и за последние пятнадцать минут я отправил на тот свет всех ваших однокашников, имевших несчастье прийти сегодня на занятия. Могу вас заверить, мне понравилось.

Он обвёл взглядом аудиторию, и Алисе, хоть она и сидела достаточно далеко, вдруг захотелось забиться под стол.

– Проведем перекличку, – предложил профессор. – Мисс Гуд?

Дебби Гуд нервно оправила юбку.

– Здесь.

– Мисс Гуд, это правда, что когда вам было десять лет, вы столкнули свою подругу Мерибель с обрыва в океан, где она и утонула?

– Что-о?

Профессор Диррелл сделал пометку в блокноте.

– Больше вопросов не имею. Мистер Диксон?

– Здесь, – хрипло отозвался Диксон.

– Лучший ученик на курсе, – едва заметно улыбнулся профессор. – Не сомневаюсь, мне будет интересно с вами работать. Кстати, как поживает ваш отчим после того неудачного падения с лестницы, к которому, уверен, вы не имели ни малейшего отношения? Всё ещё в инвалидной коляске?

– Да, – сдавленно ответил Диксон.

– Какая незадача.

Теперь профессор смотрел прямо на Алису.

– Мисс Мур?

– Здесь, – сказала Алиса.

– Как вы думаете, мисс Мур, почему вы остались в живых?

– Нуу… я хорошенькая?

Профессор Диррелл вздохнул.

– Серьёзно, мисс Мур.

Алиса глубоко вздохнула. Нет, он не знает, не может знать…

Но он знал про Диксона и Дебби. Знал, хотя наверняка видел их впервые в жизни.

Алиса зажмурилась.

– Я подожгла своего бывшего парня, пока он спал, – выпалила она на одном дыхании.

Диксон обернулся к ней так резко, что хлопнула крышка парты. На последнем ряду охнула Дебби.

– Я ценю креативность в своих студентах, – тонко улыбнулся профессор Диррелл. – Кроме того, вы и впрямь хорошенькая. И у нас остаётся… мистер Мэттсон?

– Здесь, – негромко сказал Крис.

Алисе по-настоящему нравился его голос. Да и сам Крис был очень ничего. Высокий, симпатичный, с курчавыми волосами и легким британским акцентом… и что он нашёл в этой калифорнийской блондиночке Дебби?

– Мистер Мэттсон. – Профессор Диррелл слегка поклонился. – Вы любите своих родителей, учите маленькую сестру плавать, помогаете соседям выгуливать собак совершенно бесплатно, и частенько остаетесь после лекций, чтобы помочь товарищам. Иными словами, вы парагон сил Добра, а значит, для меня – вдвойне интересная задача.

Он кашлянул.

– Дело в том, что мне нужен ученик. Ни один маг не вечен, а мои знания в области чернокнижия и прочей тёмной магии воистину обширны: было бы жаль, если бы они канули в Лету. К счастью, этого не случится, поскольку, как я уже сказал, я намерен взять ученика. Если вам посчастливится, это будет один из вас. Если же нет, что ж, плакать по вам никто не будет.

Диксон поднял руку.

– Да, мистер Диксон?

– Если вам были нужны только мы четверо… зачем убивать остальных?

Профессор Диррелл развёл руками.

– Да просто так. Даже чёрным магам бывает скучно, знаете ли.

Диксон кашлянул.

– Серьёзно, профессор Диррелл.

Алиса не выдержала и хихикнула. Профессор улыбнулся.

– Приятно, когда у твоих собеседников не отшибло чувство юмора. Что ж, всё просто: чтобы пробудить у вас зачатки особых способностей, нужны человеческие жертвы. Плюс всегда легче разговаривать с понимающими людьми: сейчас, в окружении трупов ваших однокурсников, вы прекрасно видите, что я не шучу. Всё понятно?

Диксон и Алиса синхронно кивнули.

– Отлично, – подытожил профессор. – Не люблю объяснять одно и то же дважды. Итак, ваше первое задание.

Он хлопнул в ладоши.

– Как вы прекрасно знаете, любая тёмная магия требует жертвоприношений. Традиционно на алтаре закалывают новорождённого, но я считаю это банальным. Вместо этого я предлагаю вам навести порчу на любой объект по вашему выбору. Фатальную или нет – мне безразлично, но жертва должна страдать. Это ясно?

– Профессор, – прозвучал с заднего ряда ясный и чистый голос. Голос Криса.

– Вы отказываетесь, конечно же.

– Я… да.

– Очень хорошо. Мисс Гуд, вы хотите заработать бонусные баллы?

– Хочу, – после короткой паузы пискнула Дебби.

– Великолепно. Убейте этого человека.

Две секунды в аудитории царило потрясённое молчание. Потом послышался грохот мебели, голос Криса: «Дебби, приди в себя!» и стук металла о дерево. Алиса отпрянула от прохода между рядами, и вовремя: Крис и Дебби рухнули на парту, где Алиса сидела лишь несколько секунд назад. Крис держал Дебби за шею, одновременно удерживая коленом её руку, по его рубашке струилась кровь, а Дебби из последних сил пыталась ткнуть Криса коротким перочинным ножичком то в живот, то в бедро.

Они же занимались любовью полчаса назад, пронеслось у Алисы в голове. Они встречались добрых два месяца, как же они могут… как…

Дебби всё-таки высвободила руку и из последних сил ткнула Криса ножом в грудь. Лезвие вошло глубоко, и Крис закричал, поперхиваясь кровью. Дебби попыталась высвободить нож, но получила мощную оплеуху, от которой слетела на пол. Крис шатающейся пьяной походкой скорее рухнул, чем сел верхом на неё и принялся душить. Нож со слабым звяканьем грохнулся на дощатые ступени.

Секунды спустя Дебби издала свой последний хрип, но Крис продолжал сидеть на ней, раскачиваясь и поливая полупрозрачное платье девушки кровью.

– Достаточно, – прозвучал холодный голос профессора Диррелла. – Мистер Мэттсон, вернитесь на место, если хотите жить.

– Я… оборонялся…

– И теперь вы убийца. Поздравляю, садитесь. Вы тоже, мисс Гуд.

Он указал пальцем на Дебби, и та закашлялась и села, хватаясь за горло. Крис опустился на ступеньки, ощупывая грудь так, словно его раны только что закрылись. Диксон поражённо охнул.

– Итак, порча, – бесстрастно продолжил профессор. – Вы разобьётесь на пары… да, пожалуй, мисс Мур с мистером Мэттсоном будут отличным вариантом, а вы, мистер Диксон, будете работать с мисс Гуд. Выбирайте цель по вашему вкусу и приступайте. Ровно через три дня я буду ждать вас здесь.

Алиса подняла руку.

– Да, мисс Мур?

– Профессор, вы не объяснили, как навести порчу, – вежливо сказала Алиса.

– Совершенно верно, не объяснил. Догадайтесь сами или умрите. Как понимаете, меня вполне устроят оба варианта.

Он снова хлопнул в ладоши.

– Не смею вас долее задерживать. Защита со здания спадёт через десять минут, так что советую оказаться подальше отсюда.

Дымная чёрная арка обволокла профессора, и когда она рассеялась, в аудитории остались лишь они четверо.

Молодые люди переглянулись. Диксон заговорил первым:

– Что ж… Дебби, тебя подвезти?

Дебби Гуд всхлипнула, обнимая себя руками, и кивнула.

– Тогда поехали, время не ждёт. Крис, Алиса, вы с нами?

Алиса взглянула на Криса. Тот отрицательно покачал головой:

– Я на своей машине.

– Тогда увидимся. И постарайтесь не перемазать обувь в крови, ребята. Нас здесь не было, помните?

Снаружи светило солнце. Ясное высокое небо было голубым, как в родной Аризоне, и на миг сердце Алисы защемила тоска. Зачем она, идиотка, вообще уезжала из дома, кому нужен этот чёртов диплом, осталась бы работать на папашиной автомойке, и не было бы этой мясорубки, не было бы этого страшного и непонятного задания, и никто, никто в жизни бы не догадался, что смерть Лео не была несчастным случаем.

Крис нарушил молчание первым.

– Сегодня утром я выбирал носки и думал, что подарить Дебби на день рождения, – с горечью сказал он. – А теперь я убийца, моя бывшая девушка – мёртвая и ожившая убийца, на факультете куча трупов, а я иду рядом с третьей убийцей убивать кого-то ещё.

– Неплохое начало дня, а?

– Явно мерзостнее того утра, когда я обделался перед всей футбольной командой в Итоне. Я-то думал, хуже уже ничего быть не может…

– Так, пять минут на нытьё истекли, – деловитым тоном сказала Алиса. – Порча. Три дня. У тебя есть идеи?

– Только очевидные. Профессор сказал, что нужны человеческие жертвы, так что мы можем убить кого-то, чтобы получить силы. Или напасть друг на друга, исходя из постулата, что жизнь колдуна ценится выше. Или… чёрт, не знаю.

Они подошли к машине Криса. Синий «ягуар», присвистнула про себя Алиса. И заднее сиденье просто создано для любовных утех. Если бы она не видела, как этот сдержанный парень только что с яростью душил свою подружку, она бы…

Соберись, приказала она себе. Твоя девичья влюбленность в Криса Мэттсона может и подождать. Тем более, что он теперь твой соперник, не забыла?

Крис пристегнулся, забравшись на водительское сиденье, и рухнул головой на руль.

– Боже, я всё ещё не могу поверить, что я чуть не убил Дебби. Нет, я убил её, и она ожила. Я даже не подозревал, что это есть во мне.

– Поверь мне, это есть во всех, – хмыкнула Алиса. – Просто не все это знают.

Крис повернул голову к ней, и от его взгляда Алисе стало не по себе.

– Ты-то уж точно знаешь, – с нажимом произнес он. – За что ты убила своего парня, Мур?

– Бывшего парня, Мэттсон. Задавал слишком много вопросов.

– Не хочешь – не говори.

Алиса поёрзала, удобнее устраиваясь на сиденье. Крис завёл мотор, и они выехали со стоянки. Кладбище машин… за которыми никогда не придут владельцы.

– Он отказался идти на выпускной бал со мной, – вырвалось у неё. – Мы встречались четыре года, четыре чёртовых года, и накануне выпуска он заявляет мне, что хочет пригласить на бал Лили Доббс! Доббс, у которой очки, веснушки и скобки на зубах! Сукин сын!

Крис понимающе усмехнулся.

– А ты небось надеялась войти в зал с ним под ручку и стать королевой бала, да?

– Он не имел права поступать так со мной, – отрезала Алиса. – Не на глазах всей школы. Счастье ещё, что больше никто не знал о нашем разрыве. Когда его вытащили из спальни, надышавшегося дыма, он уже был без сознания. А когда нашли сломанную зажигалку… что ж, очень сожалеем, мистер и миссис Уокер, с вашим сыном произошёл весьма прискорбный несчастный случай.

– Жестоко.

– А то, что ещё накануне он клялся мне в любви, пока трахал меня – не жестоко? Знаешь, если бы мечты всех обманутых девчонок осуществились, человечество давно бы осталось без мужчин.

– Неправда. Я не такой.

– Ну конечно же. Ты не бросаешь своих девушек. Ты их просто душишь. – Алиса отвернулась в окно. – Ладно, я убийца. Но и ты ничуть не лучше.

Руки Криса сжались на руле.

– Да, я полное дерьмо, и дороги назад мне, видимо, нет. Но мы можем из этого вывернуться, Алиса! Получить шанс на искупление.

– Это как?

– Подумай. Этот профессор-чернокнижник, который всё-всё про нас знает, ты видела его возможности? Воскрешать людей. Исцелять раны. Растворяться в воздухе. Чёрт, да даже если мы получим одну десятую его сил, ты представляешь, что мы сможем сделать? Излечить сотни раковых больных, переправлять данные разведки, спасать людей!

Алиса криво улыбнулась.

– Не очень-то я хочу спасать людей.

– Да ладно. Ты обычная девчонка, Алиса. Не маньяк и не сумасшедшая мегера, хотя в последнем я порой сомневаюсь. Неужели ты не хочешь исправить вред, который ты причинила? Может быть, даже воскресить своего парня?

– Угу. Чтобы по улицам Финикса шлялся беспризорный зомби.

– Не смешно.

Алиса вздохнула.

– Крис, ты мне нравишься. Но ты бы нравился мне куда больше, если бы перестал витать в облаках и придумал, как нам справиться с этим дерьмовым заданием про порчу.

И тогда Крис впервые за утро широко улыбнулся.

– А ты ещё не догадалась?


Три дня спустя в здании факультета всё ещё не возобновились занятия. В университетском городке объявили траур, и лекции были отменены. Что не помешало Крису, мягко поддерживающему спотыкающуюся Алису за плечи, беспрепятственно добраться до нужной аудитории.

Дебби Гуд и Диксон уже стояли внутри. Алиса не преминула заметить, что Дебби была бледнее обычного, и на её ногах вместо обычных босоножек на шпильке красовались обычные кроссовки. Левая нога была перебинтована. У Диксона на шее багровел свежий шрам.

Впрочем, устало подумала Алиса, возможно, и это ей только кажется. Она едва соображала, аудитория расплывалась перед глазами, и меловые контуры тел, казалось, исполняли дикую пляску, перемещаясь по кругу, и тянули к ней руки, чтобы включить в свой безумный хоровод.

– Итак, вы все здесь, – послышался чёткий и уверенный голос профессора Диррелла. – Отлично.

– Вашими молитвами, – язвительно проговорила Дебби.

– Мне не очень-то нравится ваш тон, мисс Гуд. Позвольте вам напомнить, что впереди ещё два задания, и я пока не решил, провалили ли вы это. А теперь сядьте и заткнитесь.

Дебби Гуд молча села. Диксон, Крис и Алиса последовали за ней, причём Алисе удалось сесть только с третьего раза.

– Отличная координация, мисс Мур, – заметил профессор. – С чего бы это?

– С вашего задания, – ответил за неё Крис.

– О. Вы навели порчу на себя? Интересно.

Профессор подошёл к Алисе и бесцеремонно взял за подбородок, поднимая её лицо к свету.

– Зрачки сужены до точек, потоотделение повышено, кратковременная память в ошмётках, галлюцинации… Впечатляюще. Сколько вы не спали, мисс Мур?

– Три… три дня…

– Поразительная преданность делу. Что ж, вы прошли. Ваша идея, мистер Мэттсон?

– Да.

– Примите мои поздравления за вашу изобретательность. Наслать на жертву жестокие страдания, не задев никого из невинных людей – нетривиальная задача. Я же говорил, что работать с вами будет интересно.

Он выпустил её подбородок, и Алиса бессильно откинулась на спинку кресла. Она засыпала, засыпала, и ей уже было безразлично, выдержит ли она оставшиеся испытания или нет, только дайте ей поспать, хотя бы пять минут…

Крис толкнул её в бок.

– Давай, Мур, не спи. Ты справишься.

Профессор повернулся к Диксону и Дебби.

– Я слышал, ежегодное обращение президента к Конгрессу под угрозой. Алекс МакКинли, один из лучших спичрайтеров Белого дома, был найден мёртвым за рулём собственного автомобиля, когда отправлялся домой после благотворительного бала в Саутпойнте. Трагедия. Как вы думаете, мистер Диксон, что покажет вскрытие?

– Сердечный приступ?

– Вряд ли кто-нибудь поверит в такую банальность. Копайте глубже.

– Рицин? – предположил Диксон. – Другие органические токсины вроде бледной поганки? Направленный карциногенез?

– Карциногенез, за считанные часы? Вот уж вряд ли. Однако другие ваши предположения не лишены логики, особенно если учесть, что ваша мать принимала участие в организации бала. Вы, часом, там не присутствовали?

– Я – нет, – спокойно ответил Диксон. – Дебби, кажется, хотела пойти.

– И, конечно же, вы и помыслить не могли, чтобы предложить ей пронести яд… да хоть под акриловыми ногтями. Впрочем, о чём это я? Ведь вы, разумеется, навели на мистера МакКинли порчу, а для этого никакой токсин не нужен.

Под внимательным взглядом профессора Дебби заёрзала. Диксон остался невозмутим.

Взгляд профессора смягчился.

– Всё в порядке, мисс Гуд, – негромко сказал он. – Никто не ждал от вас успехов в чёрной магии безо всякой подготовки, как и от мисс Мур и мистера Мэттсона. Вы показали свою смекалку и изобретательность – и только.

Он усмехнулся.

– Хотя некоторые из вас, как я вижу, решили проверить на практике, что будет, если вы уничтожите друг друга. Не так ли, мистер Диксон?

Диксон потёр свежий шрам на шее.

– Она первая начала, – буркнул он.

– О, мисс Гуд – решительная барышня. Спешу вас заверить: у вас ещё будет отличная возможность поубивать друг друга. Но не сейчас.

Профессор сделал шаг назад и нарисовал огненную кривую в воздухе.

– Начинается ваше второе испытание, – звучным голосом сказал он. – Обучение в мастерской чародея. Вы научитесь обрушивать стены, исцелять раны и становиться невидимыми, и это лишь малая доля того, что я могу вам предложить. Но вот незадача: вас четверо, а ученик мне нужен только один. Поэтому цель моих уроков только одна: увидеть, что вы готовы предложить мне.

Алиса покачнулась и рухнула на пол. Она спала.


– Просыпайтесь, мисс Мур.

Алиса подскочила как ошпаренная. Она сидела на деревянном полу в небольшой комнате со скошенной крышей. На окне цвели японские камелии, а из стены выступал шкаф, полный ветхих томов в кожаных переплётах.

Профессор Диррелл наблюдал за ней, полуприкрыв глаза.

– Вы находитесь в худших условиях, чем ваши товарищи, – заметил он. – Невыспавшаяся, растерянная и куда менее целеустремлённая, чем хотелось бы. Чего вы ждёте от наших занятий? Влечёт ли вас тяга к тёмным искусствам, или вы, как Крис Мэттсон, хотите использовать новые знания, чтобы сделать этот тоскливый мир лучше?

– Я…

– Не знаете. Не очень-то вы ценная студентка, мисс Мур.

Алиса прищурилась. Что ж, ей терять нечего.

– Вы-то сами когда решили, что хотите стать чернокнижником? – дерзко спросила она. – В детском саду или раньше?

Профессор поднял бровь.

– И почему я должен вам об этом рассказывать?

Алиса глубоко вздохнула и рискнула:

– Потому что вам одиноко. Рядом с вами никого нет. Только мы.

Профессор еле заметно усмехнулся.

– А ведь вы правы. Такова судьба каждого тёмного мага – одиночество. Вас тоже это ждёт, если вы, конечно, справитесь. А шанс у вас есть, мисс Мур, и немаленький. У меня в своё время не было шанса вообще.

– Как так?

– Как не бывает шанса у голодного бастарда-беспризорника в средневековом Фрейбурге, – сухо сказал профессор. – Я воровал, чтобы выжить, и меня поймали. Утром меня должны были вздёрнуть. На моё счастье, в тюрьме оказался заезжий чародей, который выкупил нас оптом.

– И взял вас в ученики?

В смехе профессора Диррелла не было ни одной весёлой ноты.

– В ученики? Он взял нас для своих опытов, дурочка! Резать и исследовать, как лягушек! Столько лет прошло, а я всё ещё помню их крики…

Он отвернулся.

– У меня не было особого выбора, мисс Мур. Я разгрыз верёвки и перерезал колдуну горло, пока тот спал: мы оба знаем, что спящие беззащитны, не так ли? Зиму я провёл наедине с его трупом, собирая валежник и подъедая копчёное мясо. День за днём я читал его книги… и настал миг, когда мне больше не нужен был дом, чтобы согреться.

– А другие дети? Вы их отпустили?

Профессор смерил её взглядом, и Алиса прикусила язык.

– Не стоит меня жалеть, мисс Мур: жизнь подбрасывала мне испытания, и я справился на «отлично». Осталось узнать, как справитесь вы.

Он взмахнул рукой, обрамлённой широким рукавом тёмной мантии, и в воздухе повис стеклянный сосуд. Профессор Диррелл коснулся его кончиком пальца, удовлетворённо кивнул и швырнул сосуд в Алису.

Алиса взвыла, чувствуя, как по плечам, волосам, лицу льётся обжигающий, страшный кипяток.

– Манускрипт по исцелению ожогов, – прозвучал спокойный голос, – находится в седьмом томе на третьей полке. Приступайте.

Алиса продолжала кричать, даже когда за ним закрылась дверь.


Когда профессор Диррелл зашёл к ней в очередной раз, Алиса сидела на окне и читала свиток по прорицанию.

– Вижу, вы не растрачиваете время по пустякам, – заметил профессор. – Нашли что-нибудь интересное?

Алиса нахмурилась.

– Я вижу… огонь. И смерти, много смертей. Я не уверена, но кажется, грядёт что-то ужасное. Ещё хуже, чем расстрел в университете.

Профессор улыбнулся.

– Да у вас талант, мисс Мур. Признаюсь, от меня эта область знаний всегда ускользала. Рад, что вам она даётся без труда.

– А как там остальные? – с показной небрежностью спросила Алиса. – Крис, например. Он тоже изучает прорицание?

– Ну что вы, разве наш Робин Гуд будет тратить время на что-то столь тривиальное? Он ведь переполнен стремлением спасти мир. Нет, пока наша мисс Гуд предсказуемо изучает технику массовых разрушений, а мистер Диксон тренируется в искусстве иллюзий, Крис Мэттсон возжелал стать целителем. И он будет неплохим целителем… если доживёт.

– Не очень-то вы будете по нему горевать, как я вижу.

– Как и вы не очень-то горевали по своему милому, – парировал профессор. – Так что, выбрали вы сторону, мисс Мур? Творить добро или сеять хаос?

Алиса склонила набок голову.

– А вы согласны с Крисом, профессор? Что сторону можно выбирать в любую минуту, и даже вы можете забыть о прошлом и начать помогать людям?

– Людям? – с презрением повторил профессор. – Что люди сделали мне?

Он резко сел на подоконник напротив Алисы.

– И что люди сделали вам, мисс Мур, раз вы так отчаянно их защищаете? Вы родились в глуши с алкоголиком-отцом и с матерью, забытой в альцгеймерном интернате, и чудом избежали притонов и иглы. Если уж честно, единственным, кто проявил к вам доброту, был ваш парень, Лео Уокер, и вот как вы ему отплатили.

Алиса, которая думала примерно так же, притихла.

– Нет смысла казаться лучше, чем вы есть, – добавил профессор мягче. – Мы себялюбивы и безжалостны, но именно поэтому мы так хороши в своём деле. Вы убьёте и Криса Мэттсона, про которого думаете, что любите, и мистера Диксона, и мисс Гуд, которую вам уж точно не будет жаль – убьёте их всех, чтобы достигнуть цели. Для этого вы сделаете всё, что угодно. Я неправ?

– Правы, – тихо ответила Алиса.

Профессор усмехнулся каким-то своим мыслям, глядя в окно.

– Признаться, вы напоминаете мне меня самого в юности, – отрешённо сказал он. – Я был влюблён, полон романтики и желал изменить мир. Как я мечтал, что люди будут воспевать мои подвиги и благодарить за своё спасение! К счастью, когда спасённые мной попытались убить меня в шестой раз, я перестал витать в облаках.

– Но ведь можно и не ждать благодарности. Просто делать добро и двигаться дальше.

– А смысл? – пожал плечами профессор. – Я начал свой путь, как вор и убийца. Можно ли отмыться от этого, совершая добрые дела?

– Крис Мэттсон считает, что можно.

– И когда настанет время для серьёзных испытаний, ваш Крис погибнет первым. – Профессор встал. – Прорицание – опасный дар, мисс Мур. Вы всю жизнь будете видеть смерть и боль, свою и чужую. Проклятие Кассандры постигнет вас, и вам придётся коротать годы в одиночестве. Но вы ещё можете передумать. – Он рассеянно провел рукой по её волосам, как делал это её отец в те редкие дни, когда возвращался домой трезвым. – Почему бы не вернуться к классике, ядам и тёмным ритуалам? Из вас получится прекрасный боевой маг, к примеру.

Алиса посмотрела на него и покачала головой.

– Я восхищаюсь вашим искусством, профессор, – сказала она. – Но я не хочу стать похожей на вас. Я сама выберу свой путь.

– Боитесь однажды пройтись с автоматом по школьным коридорам? Ах, мисс Мур, мисс Мур… Вынужден вас разочаровать: единственный способ для мага подняться по лестнице – убивать. Только убив соперника, вы сможете присвоить часть его сил… и, кстати, ваши товарищи прекрасно об этом знают.

Он обернулся в дверях.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы погибли, – негромко сказал он. – Из вас четверых вы мне наиболее симпатичны, но мой выбор будет диктовать не симпатия. Будьте готовы, мисс Мур. Второго шанса не будет.


Криса она увидела две недели спустя в тренажёрном зале. В чёрной майке и спортивных штанах, он подтягивался так легко, словно его движениями управляла магия, и, скорее всего, так оно и было.

Увидев её, он спрыгнул с тренажёра.

– Привет, – сказала Алиса. – Чем занимаешься, целитель?

– Рэйки и цигун. – Крис тряхнул головой. – Никогда не занимался восточными искусствами, и, похоже, напрасно. А тебя профессор не гоняет почём зря?

Алиса молча подняла руки, украшенные вспухшими уродливыми рубцами. Над левым локтем был выдран кусок плоти.

– Алиса… что это?

– Кормила крокодилов. Дольше, чем мне бы хотелось. – Она не сказала, что не-прорицатель лишился бы рук уже на первой попытке. Или о выражении лица профессора Диррелла, когда полчаса спустя она всё-таки попалась.

Крис шагнул к ней.

– Дай мне посмотреть… сейчас…

От его рук разлился успокаивающий белый свет и секунду спустя исчез, обнажая гладкую нежную кожу. Алиса уважительно покачала головой.

– Ну ты крут.

– Ха. Это ты ещё не видела, что мне пришлось делать на семинаре по регенерации. Моё правое ухо никогда не будет прежним.

– Видел Дебби с Диксоном?

Крис хмыкнул.

– Видел. Неразлучная парочка. Диксон научился становиться невидимым, знаешь? Дебби в восторге. Меня она ненавидит.

– И есть за что.

– Да… я был полным идиотом. Мы ведь такие хрупкие, Алиса. Мы должны спасать друг друга, а не наоборот. Представь, чего бы мы достигли, если бы действовали вместе!

– Надеешься уговорить Дебби работать в тандеме? – усмехнулась Алиса.

– Надеюсь уговорить тебя. Бежим отсюда вместе. К дьяволу профессора! Мы уже достигли первых вершин, продвинемся и ещё. Сами.

Алиса покачала головой.

– Мне ещё многому предстоит научиться.

– Это того не стоит, Алиса. Не стоит, если ценой будут чужие жизни.

Он смотрел на неё жадно и немного смущённо. Полгода назад Алиса бы отдала всё за такой взгляд. Но сейчас…

Сейчас у неё кружилась голова. Слова складывались в паззлы, секунды – в маршруты и пути. Человеку нельзя видеть будущее в стольких вариантах, у него просто отключится сознание…

«… знаешь…»

«… приходи…»

«… обсудим…»

«… всё, что стоит…»

Она решилась.

– Знаешь, где моя комната? Приходи ночью. Обсудим… всё, что стоит обсудить.

Крис медленно кивнул, не отрывая от неё глаз.

– Я приду.

Алиса повернулась и направилась в библиотеку. Она не сказала Крису одного: уже три дня она видела, что скоро наступит конец. Как, где и почему, оставалось скрытым.

Но она знала, что по крайней мере двое из них четверых умрут.


Солнце за окном начало садиться, когда к ней вошёл профессор. Как обычно, без стука.

– Собирайтесь, – отрывисто сказал он.

– Что? Куда?

– Учебная тревога. Я собираюсь вам немного подсудить.

Алиса присвистнула.

– Жульничаете, профессор? Неужели?

Профессор развёл руками.

– Что я могу поделать? Вы мне нравитесь.

Он коснулся её плеча, и Алиса споткнулась, когда ровный пол ушёл из под ног, сменился каменистой крошкой старых скал.

– Землетрясения, – задумчиво сказал профессор Диррелл. Он стоял рядом, одетый в легкую рубашку и бриджи, и выглядел едва ли старше Алисы. – Такие непредсказуемые, не так ли, мисс Мур? Вы прекрасно предсказываете следующую фразу собеседника или движение хищного зверя, но…

Он посмотрел на Алису и поднял бровь.

– … «Пока не можете прогнозировать события планетарного масштаба с должной точностью», – послушно закончила Алиса. – «А я могу».

– Совершенно верно. Я не прорицатель, но природные явления давно уже не являются для меня тайной. Итак, мисс Мур, ваше персональное задание. Нас ждёт совершенно незначительное землетрясение. Относительно бескровное, почти без жертв. Пара рыбаков, быть может. Но вон тот лайнер – видите? – потонет почти наверняка, а там за двести пассажиров. Вы можете позвонить капитану лайнера, представиться работницей сейсмологической службы и потребовать от него сменить курс. Жертв не будет.

Он протянул ей чёрную пластинку телефона.

– Кроме того, вы можете заткнуть очаг катастрофы огромным выплеском силы, скажем, смертью мага – своей или кого-то ещё. Но вы слишком далеко от эпицентра: вы просто не успеете.

Алиса закрыла рукой глаза от тропического солнца и действительно увидела на горизонте маленькую белую полоску.

– Или же, – небрежно продолжил профессор, – вы можете принять мой маленький подарок. Вам требуется всего лишь несколько минут постоять спокойно, и тогда каждая из жертв увеличит ваш дар достаточно, чтобы получить несправедливое преимущество над соперниками. Как вы поступите, мисс Мур? У вас пять минут на размышление.

– Вы можете предсказать землетрясение с точностью до минуты?

– О нет. Но через пять минут я ускорю события, и предупреждать кого-либо будет поздно.

Алиса потёрла лоб.

– Но они погибнут…

– Зато вы победите.

Алиса молчала.

– Три минуты, мисс Мур.

И Алиса увидела яркую солнечную кривую, протянутую в будущее.

Если она не возьмёт телефонную трубку, не предупредит экипаж лайнера…

… Люди погибнут, ей это по большому счёту безразлично, а вот профессор…

… Убедится, что она та, кто ему нужен…

… Не будет дожидаться третьего испытания, и сразу…

… Сделает её своей единственной ученицей…

… Она не увидит Криса и остальных, но они будут живы, это хорошо…

… Но тогда та, другая катастрофа… огонь, тьма, не разглядеть, где…

… Пламя до неба, сотни тысяч жертв…

… Там совершенно точно не будет ни её, ни профессора, ни остальных…

… Некому будет её предотвратить…

… Некому.

Алиса выпрямилась. И, не глядя на дисплей, безошибочно набрала одиннадцать цифр.

На лице профессора явственно читалось разочарование.

– Вы можете быть свободны, мисс Мур, – произнес он, едва Алиса положила трубку. – Мне жаль, что сегодня вы, вероятно, совершили самый глупый поступок в своей жизни.

– Но вы не отмените наше третье испытание, – тихо сказала Алиса. – И то, что грядёт… у нас будет шанс это предотвратить.

Профессор засмеялся.

– Ах, мисс Мур… я порой забываю, как вы молоды и наивны. Вы серьёзно полагаете, что кто-то из ваших коллег захочет это предотвратить? Тысячи таких близких, таких лакомых жертв?

Он протянул ей руку.

– Идёмте. Похоже, сегодня ваша последняя ночь, чтобы спокойно выспаться. Рекомендую этим и заняться.


Не раздеваясь, Алиса рухнула в постель. Узкая кровать, казалось, вот-вот лопнет, не сдержав напора её мыслей.

Она была убийцей. Она была, безо всяких сомнений, чёрствой и жестокой молодой женщиной, и будь аризонское правосудие расторопнее, ей грозила бы камера смертников. И поделом. Лео Уокер не был ни маньяком, ни полным мерзавцем, он всего лишь оказался парнем, который её бросил, и она… она…

Сейчас бы она так не поступила. Значило ли это, что она исправилась? Что слова Криса об искуплении легли на благодатную почву?

Миллиарды путей в её голове, сотни предсказанных фраз, тысячи поступков… Очень трудно поступать, как поступала раньше, когда видишь, сколькими разными способами история может пойти по-другому.

Алиса невесело улыбнулась своему отражению в зеркале.

– Ну что, подруга, – прошептала она. – Попали мы с тобой, а?

В дверь раздался лёгкий стук. Точно такой, каким, как Алиса знала весь вечер, он и будет.

– Привет, – шёпотом сказал Крис. Всклокоченные волосы скрывали лоб, но блеск глаз был заметен даже в темноте. – Надумала бежать?

– Не этой ночью, – честно ответила Алиса. – Что-то должно произойти, и мы будем там. Должны быть.

– Ты это видела?

– Только обрывки. И… – Алиса глубоко вздохнула. – Я боюсь, Крис.

Крис опустился рядом с ней на колени.

– Ты смелая, – прошептал он. – И очень красивая. Я тоже буду там, ты слышишь? Рядом с тобой.

– Я знаю, – прошептала Алиса в ответ. – Поэтому и иду туда. Без тебя я бы не решилась. Без твоих слов, помнишь, тогда в твоей машине…

Крис сжал её руки.

– Мы справимся. Что бы нам ни грозило, мы будем вместе.

Алиса наклонилась к нему, и их губы нашли друг друга.

– Крис, я…

– Шшш. Не говори мне о будущем.

Она закрыла глаза, он обнял её, и ночь продолжала длиться.


Алиса проснулась рывком. Крис мирно спал, закинув руку поперёк её талии.

… рухнет через двадцать секунд…

… только через окно…

… ждёт невидимый ассасин…

… время.

Алиса оттолкнулась от стены, собирая в кулак все свои магические силы. Рядом с ней Крис открыл глаза, но не успел даже повернуть голову: Алиса швырнула в него воздушной волной, вбивая в безопасный угол.

Полторы секунды.

Сгруппировавшись, чтобы защитить глаза от осколков, Алиса вылетела через окно. За её спиной раздался грохот, но она лишь дёрнулась влево. Первый выпад невидимого убийцы пропал зря.

– Поговорим? – тяжело дыша, предложила Алиса. – Диксон, я знаю, что это ты.

Фигура перед ней не сделалась видимой, но каждое движение острым ножом отражалось в мозгу, давая спасительные секунды, чтобы уйти от удара. Крокодилы, она снова кормила крокодилов, но вооружённый убийца куда опаснее, она не продержится и пяти минут…

– Достаточно, – прозвучал сухой голос профессора Диррелла. – Сейчас вы всё равно не убьёте друг друга.

Диксон материализовался в двух шагах от неё.

– Это ещё почему?

– Потому что настало время вашего последнего испытания, – с легкой иронией произнес профессор. – Лучше устранять конкурентов в экстремальных условиях, вы не находите? Хотя ваш трюк с потолком был неплох, мисс Гуд. Примите мои поздравления.

Дебби, вынырнувшая из боковой двери, изящно поклонилась. Её светлые волосы были тщательно уложены, и одета она была со вкусом, в отличие от едва одетой Алисы.

– Мы готовы, – произнесла она, подчеркнув это «мы».

– Превосходно. Мистер Мэттсон?

– Я здесь.

Алиса перевела дыхание: Крис был босиком и в расстегнутой рубашке, но на нём не было ни царапины. Впрочем, напомнила она себе, он же целитель… хотя найдутся раны, неподвластные даже ему. Свались на него потолок, так бы и случилось.

– Итак, – улыбаясь, провозгласил профессор, – позвольте мне пригласить вас четверых на увлекательную экскурсию в…

Вселенная сжалась в точку и развернулась вновь, открывая перед ними залитую рассветными лучами эвкалиптовую рощу на вершине холма. Внизу расстилался массив черепичных крыш и белоснежных многоэтажек.

– … Пало-Альто.

Алисе хватило одного взгляда, чтобы понять.

Эпицентр.

– Признаюсь, к некоторым из вас я успел привязаться, – спокойно сказал профессор. – Не кривя душой, сообщу, что мне будет вас не хватать. Но, как известно, побеждает сильнейший.

Он взглянул вверх, где безоблачное небо обещало сияющий летний день.

– Может быть, есть какие-то последние слова, которые вы хотите сказать друг другу?

– Нет, – твёрдо сказала Дебби Гуд. – Мы уже всё решили.

– Вы? Ах, мисс Гуд, знали бы вы, как хрупки бывают временные альянсы! Впрочем, это ваш выбор. Мистер Мэттсон, вы, кажется, хотите что-то сказать?

Крис решительно кивнул.

– Да. Я хочу попросить прощения у Дебби. Дебора, я не должен был тебя атаковать тогда в аудитории… не должен был. Не знаю, примешь ли ты мои извинения, но, поверь, я сожалею всем сердцем.

Дебби пожала плечами и отвернулась.

– И на этом трогательном признании, – подытожил профессор, – мы начинаем.

Далёкий раскат грома подтвердил его слова.

Не грома, поправила себя Алиса. Начались толчки.

Ей стоило бы разуться, присесть на четвереньки, чтобы опустить ладони на землю, или хотя бы прикрыть глаза, чтобы сосредоточиться. Но тогда она стала бы лёгкой мишенью. Поэтому Алиса напрягла все силы, чтобы внутренним зрением увидеть первые крошечные трещины, заметить их, пока они ещё не зазмеились по земле – и излечить их, закрыть, остановить хотя бы малую долю этого безумия…

Профессор бросил на неё внимательный взгляд, но ничего не сказал.

Крис стоял в полушаге от Алисы, сжимая и разжимая кулаки. На его лице читалась мрачная решимость.

– И что, мы так и будем стоять здесь, пока люди гибнут? – наконец не выдержал он. – Вы не видите, что начинается землетрясение?

– Пока это лишь предварительные толчки, – спокойно возразил Диксон. – Дебби, видишь трещины? Попробуй их расширить. Ускорим процесс.

– Ничего не вижу, – пожаловалась Дебби. – Я дам тебе знать.

Небо над головами потемнело, застланное пепельными облаками. С глухим треском внизу раскололся асфальт, Дебби с триумфальной улыбкой сделала жест, словно разрывая невидимую ткань, и коттеджи по обе стороны от трещины начали сползать вниз, словно осыпающиеся карточные домики. Люди, ещё полусонные, начали выбегать наружу, на целые с виду газоны, которые проглатывали их с головой за доли секунды. Иллюзии Диксона, поняла Алиса.

– Профессор, я бы мечтал, чтобы вы научили нас извлекать силу из смертей, как это умеете вы, – светским тоном заметил Диксон. – Иначе сейчас, увы, люди погибают напрасно.

– Ну что вы, – отозвался профессор. – Я вижу своих учеников в работе, и поверьте, это нехитрое удовольствие стоит всех жертв, на него затраченных. Не так ли, мистер Мэттсон? Я вижу, вы хотите возразить.

Крис стоял у самого края холма, и с его ладоней летели вниз серебристо-белые хлопья. Их было мало, слишком мало, чтобы хватило на всех, но Алиса чувствовала, знала, как количество жертв уменьшается.

Но глубоко под землёй, в гипоцентре землетрясения вот-вот начнётся ударная волна, взлетит вверх, сметая всё на своём пути, и ни один целитель её не предотвратит…

«Вы можете заткнуть очаг катастрофы смертью мага – своей или кого-то ещё».

Профессор предупредил её, и только её. Чтобы увидеть, что она будет делать.

Она могла бы сказать Крису, и он бы пожертвовал собой мгновенно – но она просто не могла. Не после этой ночи, когда они нашли друг друга.

Значит, оставалась только она сама. Точечный магический удар, выплеск силы, одна-единственная смерть – и землетрясению конец.

Лео бы одобрил. Крис – нет, но он переживёт.

Но вот что ещё её смущало: она была провидицей. Прорицателем. И ещё она была девушкой, на которую чуть не обрушился потолок в восемь часов утра.

Сейчас было восемь пятнадцать.

Невозможно, чтобы Диксон и Дебби Гуд, всерьёз настроенные уничтожить их с Крисом ещё четверть часа назад, полностью отказались от своих планов. Это не могло быть правдой по всем законам логики и человеческой природы.

Однако она не видела ни единого признака обратного. Будущее было серостью, туманом и уничтожающим всё живое огнём, до которого остались считанные секунды. Почему? Тот единственный вариант, когда прорицатель не видит будущее, которому суждено свершиться… ну же, Алиса Мур, думай, думай, почему?

Да очень просто. Есть лишь один способ обмануть провидца: принять решение в самую последнюю секунду. Которая, на минуточку, вот-вот наступит.

– Крис!! – изо всех сил закричала она. – Берегись!

Поздно.

Эвкалипты, вырванные с корнем, закружились в воздухе, и Дебби с хохотом обрушила вызванный ей торнадо на голову Криса. В тот же миг Диксон метнулся к Алисе, но она не почувствовала опасности – потому что не долетев до девушки на волосок, он исчез, и в невысокую фигуру профессора Диррелла полетели сотни иллюзорных клинков, лишь один из которых был настоящим.

И в этот же совершенный миг разверзлась земля.

Время остановилось для Алисы. Вселенная расслоилась на картинки. Перед её внутренним взором ветвилась молния, распадаясь на три вероятных будущих…


Остановить землетрясение.


Алиса бросила последний взгляд на Криса и решилась. Она не может спасти ни его, ни себя. Но она спасёт всех остальных.

Последний крик Криса Мэттсона совпал с её последним вздохом.

Под землёй прокатился рокот… и стих.

– Вот забавно, – заметил Диксон, наступив на тело профессора Диррелла, – я думал, что стану лучшим учеником, а стал, по-видимому, учителем. – Он вытер кинжал об мантию профессора. – Хочешь стать моей ученицей, Дебби?

Дебби хихикнула.

– Ещё бы я не хотела, солнышко!

– С чего начать, с чего начать? Так. Землетрясения не случилось, это, я считаю, полное безобразие. Пойдём похулиганим в Сан-Франциско. Городом больше, городом меньше – какая нам, тёмным магам, разница?

Три вероятных будущих.

И одна-единственная, блёклая, невесомая, самая маловероятная ветвь…


Спасти Криса.


Алиса бросила последний взгляд на Криса и решилась. Она не может бросить его на верную гибель. Какой бы ни была цена.

Последний крик Дебби прозвучал музыкой в её ушах. Алиса обняла Криса за плечи и понеслась прочь, прочь от эпицентра, выплёскивая все свои силы, выкладываясь так, как не выкладывалась никогда.

Наконец они приземлились на обочине хайвея, провалившись в сухую жёсткую траву. Вокруг земля ходила ходуном, но Алиса уже не обращала внимания. Она спасла Криса, жертвуя всеми остальными, и это отняло что-то у неё. Что-то очень важное. Или дало ей понять, что этого у неё никогда и не было?

За её спиной Крис сел, обхватив руками голову.

– Я не могу поверить. Мы могли что-то сделать, но мы просто… просто сбежали. Как дальше жить с этим? Как?

Алиса промолчала. Крис коснулся её плеча.

– Прости. Я… я благодарен, что ты меня спасла. Но… столько жертв… Прежним уже ничего не будет, верно?

– Не будет, – эхом отозвалась Алиса. – Никогда.

Три вероятных будущих. Или всё-таки четыре?

В сторону слёзы, прочь сомнения, она должна увидеть всё.


Спасти профессора Диррелла.


Алиса бросила последний взгляд на Криса и решилась. Она не спасёт его, не остановит землетрясение. Но профессор Диррелл сможет сделать и то, и другое.

Чутьё подсказало ей, какой кинжал развернуть в полёте так, чтобы он безукоризненно вошёл в глаз Диксона.

Её однокурсник умер, даже не успев вздохнуть.

В следующий миг до Алисы донесся пронзительный вопль Дебби… и мир вокруг в очередной раз сжался в точку.

Она лежала на тропическом пляже, и две тайки поливали её спину кокосовым маслом.

– Вынужден заметить, – сообщил ей профессор Диррелл с соседнего шезлонга, – я вас недооценивал, мисс Мур. Рад, что вы полностью отбросили глупые предрассудки про спасение людей: признаться, вам это идёт. Что ж, вы готовы продолжить обучение?

Алиса моргнула. Вокруг них продолжалась жизнь, зычно расхваливали свой товар торговцы лимонадом и мороженым, счастливые семьи фотографировались на фоне прибоя, играли дети…

А Пало-Альто больше не было. Профессор не позаботился никого спасти. Никого.

– Продолжить обучение?

– Ну разумеется. – Профессор достал из-под шезлонга автомат Калашникова. – И начнём мы прямо сейчас…

Не три. Четыре вероятных будущих.

Четыре.


Алиса бросила последний взгляд на Криса. Прощай.

Для того, чтобы потушить очаг катастрофы, достаточно одной жизни.

Если бы только она могла достать Дебби и спасти Криса… но та стояла слишком далеко. А Диксон, лучший ученик профессора Диксон, освоивший интригу и предательство Диксон – там, где нужно. И в этот раз Алиса не имела права ошибиться.

Ну же, ради Криса, ради всех, кто просит твоей защиты, соберись…

Она не ошиблась.

Вектор силы был безупречен. Диксон на полной скорости влетел в трещину, и в следующий миг над ним сомкнулась земля. Дебби закричала в бессильной ярости, и тело Криса рухнуло, окружённое павшими эвкалиптами.

Профессор Диррелл поднялся с земли, не обращая ни малейшего внимания на разорённую рощу, убегающую Дебби и труп своего лучшего ученика.

– Что ж, – медленно произнес он, – вы меня удивили. Не сказал бы, что вы превзошли мои ожидания, но вы спасли меня – и весь город. Пусть вы и не соответствуете моему идеальному образу ученицы, того, что вы сделали, достаточно, чтобы я не хотел считаться неблагодарным. Обещаю вам жизнь.

– Обещайте мне больше.

Профессор поднял брови.

– Вы не в том положении, чтобы требовать большего, мисс Мур. Но я вас выслушаю. Чего вы хотите, Алиса?

Настал черёд Алисы поднимать бровь.

– Вы назвали меня по имени?

– Да, вы меня поймали, я чудовищно сентиментален. Так что?

Алиса перевела дыхание. В голове стучали молоты. И Крис, Крис… было всё ещё чудовищно больно, но он бы согласился с ней, она знала. Кроме того, нужно будет остановить разрушения, которые устроит Дебби – а Алиса может и не справиться с этим в одиночку.

– Один год. Один год путешествий со мной в качестве вашей ученицы – и никаких убийств. Ни одного.

– Вы желаете меня перевоспитать? – улыбаясь, спросил профессор. – Перетянуть на светлую сторону?

Алиса развела руками.

– У меня нет другого выбора: открытую схватку с вами я проиграю. Так что я… попытаюсь.

Всё ещё улыбаясь, профессор развёл руками.

– Что ж, не буду вам мешать.

– У меня есть этот год? – недоверчиво переспросила Алиса.

– Вы меня слышали. Так что нас ждёт сегодня, моя верная ученица?

Бывшая убийца и бывший маг-чернокнижник долго смотрели друг на друга. Наконец Алиса заговорила.

– Сегодня, – серьёзно сказала она, – мы будем спасать жизни.


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru