# 2018v Lyod i Ogon

Kir

Лёд и Огонь


Луны взошли, озаряя светом темный лес, простирающийся на много километров вокруг вулкана Сулнарэ. Серебристое сияние отражалось от водной глади ручья, подсвечивая снизу по-осеннему золотистые листья молодых кленов, росших по берегам. Луна Терса, начиная свой путь с юго-востока, первая ступила на ночной небосвод, голубым диском следуя к месту пересечения с Нимфадой. Зеленая луна была больше и двигалась с юго-запада на северо-восток, завораживая своим оливковым светом.

Лес был безмолвен, замерев в полуночной тиши. Лишь два силуэта нарушали замершую идиллию, безумно быстро двигаясь между деревьями, но ни единого шороха не было слышно, и ни одна ветка не дрогнула. Плащ развевался на ветру, словно живой огибая кусты и стволы деревьев. Следы на припорошенной листвой земле едва проглядывались. Рубиновая капля крови слетела с кончиков пальцев, оставив след на кленовом листе.

– О, ты ранен. – Насмешливый голос раздался откуда-то позади. Очень хорошо, она не успеет нагнать меня, если кровь собьет ее со следа в этом месте.

Сделав круг вокруг пяти елей, раненый легко забрался на древо, продолжив путь по веткам. До дома было совсем близко, вот бы удалось ускользнуть.

– Сосулечка ты моя! Что же ты убегаешь?

Она издевается! Сосулечка?! Что за отвратительная кличка?! Взмахнув рукой, выпускаю шар ледяной магии в дерево слева, чтобы отвлечь ее от моего маршрута. Ледяная паутина расползается между двумя стволами, формируя неповторимый рисунок.

– О, как мило! Заклинание обледенения. Я его перескочила, ледяной мой. Лучше бы ты написал на своей паутинке любовное послание такой прекрасной мне.

Она невыносима! Пусть уходит с моей территории в свою пещеру!

– Ты не против, если я немножко поатакую тебя? Пожалуйста-пожалуйста. – Умоляющим голосом воркует эта бестия, а крону стоящего на моем пути дерева уже захватило пламя.

Только не это! Куда же мне прыгать, сзади она, спереди пламя, слева и справа деревья уж очень хлипкие, боюсь не выдержат, тем более я ранен и не смогу так далеко прыгнуть.

– Ты украл мой ужин, вот не стыдно?!

Она уже под деревом. Прохаживается по земле, поигрывая кинжалом с горящим лезвием. И глазищи сверкают. У-у, упыриха! Не мог я позволить ей выпить того воина, одиноко прикорнувшего у корней старого дуба. Разбойников и купцов еще ладно, их много, а этот один. Обессилен будет и не сможет отбиться, например, от медведя, а ведь медведей здесь очень много и волков, и рысей, и нечисти.

– Решила заменить человека эльфом? – Интересуюсь я, обдумывая пути отступления. Не хочу я, чтобы она присасывалась к моей шее или запястью. Укус вампира не всегда не приятен, но данная конкретная вампирша меня дико раздражает. Еще с академии она издевается надо мной, а ведь я ничего ей не сделал. И тут я узнаю, что после выпуска она поселилась в пещере совсем рядом с моим домом.

– Несомненно, ты будешь гораздо питательнее. Знал бы ты какой восхитительный аромат у твоей крови. М-м-м…

Она вдохнула, улыбаясь и покачав головой. На мгновение прикрытые глаза открылись, засверкав алым огнем, и вампирша с силой метнула кинжал, пригвоздив меня к дереву. Распоротый бок саднило, я уже потерял достаточно крови, чтобы почувствовать усталость. Кажется, в этот раз она получит то, что хочет.

– Не двигайся, Снежик. – Легко оттолкнувшись от земли, она вскочила на соседнюю ветку, крадучись приближаясь. – О, ну зачем такая мученическая гримаса. – Усмехнулась красноглазая, выдергивая кинжал, за край сапога пришпиливший меня к дереву. Я протянул ей руку, второй зажимая рану.

– Давай уже покончим с этим. – Возведя глаза к небу, чтобы по возможности не видеть и не ощущать этого безобразия, сказал я.

– Ну, если ты настаиваешь… – Она облизнулась, коснувшись холодными пальцами кожи. Резким движением оторвав манжет, она убрала мою руку, придерживающую кровоточащую рану.

– Решила потом «чаек» заварить? – Прошипел я, когда почувствовал, как ткань соприкасается с рваными краями пореза.

– Непременно. – Запустив пальцы в рану, она довольно быстро извлекла металлическую шрапнель, вливая исцеляющую магию огня, от чего меня мгновенно бросило в жар.

– Что ты… – Я почувствовал, как она словно спаяла края раны, прикрывая ее манжетой. Самодовольная ухмылка не сходила с ее лица. Закончив с раной, она облизала пальцы, подмигнув мне, и унеслась прочь.

Как ее можно понять? Сначала она гоняется за мной с целью испить питательной кровушки эльфийской, а потом, оказав помощь, уносится прочь, так и не вонзив клыки в буквально подставленную руку. Покачав головой, поворачиваюсь к пламени, следов которого не осталось. – Иллюзия! Опять обвела меня вокруг пальца! – Усмехнувшись собственной беспомощности, начинаю осторожно продвигаться к дому. Лед и воздух против огня, хаоса, металла… Я на ее фоне выгляжу слабеньким эльфенком. Существенный урон разве что льдом могу нанести, а она вся ходячий организм по нанесению урона, причем не только магического.

***

– И снова ты попал в ловушку, глупый Снежик! – Прошептала Дэрра, обезвреживая гоблинские ловушки, обнаруженные эльфом. Снежный эльф захотел после учебы в академии пожить на общем материке, но совершено не подготовлен к этому. В его родных краях такие ловушки маскируются стихией льда и земли, а здесь навеиваются чары хаоса, которыми Джинваэль совершенно не овладел в академии. Пройдясь по поляне, где еще ощутимо витал запах крови нарвавшегося на металлическую бомбу эльфа, девушка нашла в кустах следы волка. – Похоже, сегодня я отведаю другого серебристого парня. – Пустившись в охоту, усмехнулась она.

***

Рана достаточно быстро затягивалась. Неприятных ощущений не было, значит Дэрра вынула все осколки. Не приятно было осознавать, что она снова спасла меня, но, как ни крути, вампирша гораздо лучше приспособлена к жизни здесь. Не плохо бы у нее поучиться распознавать магию хаоса, но ведь не будет помогать! Ей нравится держать меня должником, посмеиваться с верхушек деревьев над тем, как я попал в капкан и вишу вниз головой или съел ягоды, одурманивающие эльфов и негативно сказывающиеся на нашем пищеварении. И вечные колкости! «Сосулька» меня добило. Что я ей сделал?!

Ну хотя да, было один раз. Пригласил на праздник, а потом «нагло слинял». Но я же не виноват, что меня утащили друзья смотреть танец демонесс! И слинял я не сразу, мы все же прогулялись по ярмарке и постреляли из луков. И между прочим мы там были в кампании, что ей стоило пойти развлекаться дальше? Но нет. Уперлась. Встала в позу и с тех пор (а было это на первом курсе) методично изводила меня подколами и швырялась огнем или иллюзиями, как только завидела в коридоре. И ведь на извинения или попытки разговоров не реагировала. Коварная вампириха! Наверняка она как-то разузнала, что я обосновался здесь, и решила тоже занять пещеру неподалеку, чтобы продолжить издеваться после выпуска из академии. Э-э-эх! Хотел тихой жизни, да не вышло.

***

Рассвет медленно наступал, озолачивая еще держащуюся на деревьях листву. Лес оживал под ярким взглядом солнца. Животные просыпались и выходили на поиски корма. Я люблю гулять на рассвете. Теплые лучи солнца касаются кожи. М-м-м! Какое блаженное тепло! На Северном материке такого не бывает. Даже солнечный свет там колючий и холодный, как вечные льды.

На следы гоблинов я натолкнулся не сразу. Честно сказать, я игнорировал их до последнего, только пока не почувствовал запах паленой кожи и шерсти. В кустах лежал обгорелый труп, недвусмысленно намекая, что отряд вышел на охоту. Кто же станет их жертвой сегодня? Путников не ощущалось на многие километры вокруг, да и бродят они около вулкана не часто. Однозначно ясно было одно, – Дэрра уже «побеседовала» с гоблинами. Поджаренный труп был утыкан иглами. Дело когтистых ручек вампирши. Пройдя по следам, я удивленно заметил, что они ведут к ее пещере, а подобравшись к самому входу, расслышал звуки битвы.

Я впервые вошел в жилище вампира. Мрачная красота была приятна глазу. Дэрра хорошо владеет бытовой магией, а в совокупности с огнем и металлом, она смогла обустроить свое логово достаточно привлекательно для пещеры. В стены были впаяны металлические факелы, горящие магическим пламенем. Пара сверкающих отблесками огня бортиков тянулась вдоль всего пути к жилищу вампирши. Милая композиция из шести впавших в непреодолимую смертельную тоску гоблинов довершала украшение коридора. Очень, очень мило! Аж за душу берет, какая прелесть! Но тут мое созерцание обстановки прервал крик, перешедший в рычание. С одной стороны стоит пойти посмотреть, вдруг нужна помощь, но с другой возникнет куча вопросов и претензий со стороны вампирши. Уж я-то знаю!

– Джинваэль, rkhazar matod! Живо тащи сюда свои любопытные ушишщи! – Послышался раздраженный рык. Ну почему я не прошел мимо?!

– Это кого ты тут ушастым назвала?! – Негодующе воскликнул я, замерев на входе. Около двадцати гоблинов обступили вампиршу, атакуя ее копьями. Главный стоял чуть позади, высоко держа руку с темно-красным камнем и ухмыляясь.

– Камень уничтожь! – Прорычала она, позволив проткнуть себя с двух сторон копьями. Кровь тонкими струями уже исчертила ее лицо. Глаза, уши, нос, рот… она лилась отовсюду. Судорожно вдыхая, девушка упала на колени. Ее руки прошли частичную трансформацию, и она смогла оторвать голову еще одному гоблину, продолжая стоять на коленях, а другим прикрылась, как щитом, впившись клыками в шею, от чего существо завизжало. Я почувствовал волны, исходящие из камня, и осознал, что он блокирует магию. Придется уничтожать его голыми руками. После непродолжительной борьбы, я выхватил кристалл из рук главаря, с силой швырнув его в стену. Какое облегчение, он разлетелся на маленькие кусочки, и я почувствовал, как магию больше ничего не сдерживает. Я хотел уже спустить сковывающее заклятие на гоблинов, но Дэрра оказалась быстрее. Ее огненная волна выжгла до тла всех гоблинов, не задев меня. – Хороший бросок, а теперь будь милашкой, – проваливай!

Хрипя и кашляя кровью, она зажмурилась, вытащив одно копье. Кровь полилась с новой силой, от чего девушка пошатнулась и упала, оперевшись на руку. Я в шоке смотрел на нее, не в силах пошевелиться. От таких ран любая раса скончалась бы на месте, но не вампиры. Они могли регенерировать и не такое, но смотреть на это было ужасно.

– O, shaki`tza perrots! Pombitta pasquarrtos! – Выругалась девушка, застонав. – Уйди же, elfathorinhas! – Рыкнула она, подняв на меня снова кровоточащие и оттого пугающие алые глаза.

– Я помогу. – Игнорируя ее язвительно-ругательное «эльфийское чудище», осторожно поднимаю ее, облокотив на себя, и вытаскиваю второе копье.

– Ashkasstt!!! – Она сжала меня так, что я едва мог дышать. Когти прорвали куртку, протыкая кожу.

– Почему ты не уничтожила камень первым делом? – Спрашиваю я, применяя лечебную магию.

– Морозец, не лезь со своими ледышками в обитель огня! – Простонала она, выжигая мое заклинание и накладывая собственное, куда более сильное. – Потому что камень был подобран не случайно. Рядом с ним вампиров разрывает на части от внутренней боли, словно раскаленным металлом напоили. Только получив сильные раны можно ослабить это действие, что я, как ты заметил, сделала. Должна признать, что в одиночку вряд ли бы справилась, так что спасибо. Видишь, я умею благодарить, в отличие от некоторых. – Она все еще не вставала, навалившись на меня и судорожно и хрипло вздыхая. – А теперь прости… – Быстрый укус я даже не почувствовал. По телу от плеча разливалось тепло. Перед глазами все поплыло, а общее ощущение было будто парю в облаках. – Спасибо еще раз. М-м, все же ты вкусный. – Облизнувшись, она встала, осмотрев прижженные раны. – Не плохо! Жить буду. Ей, Снежик, ты чего завис? – Усмехнувшись, она помахала перед моим лицом рукой. Я слышал ее, но как-то отдаленно. Ощущения ее близости и слабости захватили меня. Вот уж не думал, что укус вампира может доставлять приятные ощущения. Они ведь это сами контролируют, насколько я знаю. Этакий отвлекающий маневр, чтобы жертва-донор не страдала особо. – Неужели кайфуешь? – Усмехнулась она, скрестив руки на груди. Наслала на меня ощущения… всякие… а теперь издевательски смеется. Упыриха!

– Никогда, никогда больше не делай этого! – Хмуро уточняю я, поднимаясь, а самому хочется схватить ее и заставить повторить. Но ведь это только ее насланные, не мои настоящие желания.

– Даже если сам попросишь? – Все еще смеясь, спрашивает она, умываясь в вырубленной в стене раковине.

– Тогда будешь уверена, что я не в себе, отравишься еще! – Саркастически отвечаю я, уходя из пещеры этой коварной клыкастой бестии.

– А лучше бы попросил… – Вздохнув, с улыбкой прошептала она, когда я уже не мог ее услышать.

***

Честное слово, эта вампирша меня выводит из себя так, как никто!

Пробралась вечером ко мне в дом, стащила из холодильного шкафа приличный кусок мяса и несколько фруктов. Уговорила бутылку моего любимого медово-яблочного нектара. Повалялась на кровати, смяв покрывало… Совести у нее нет! И главное так мило улыбалась, когда я ее застукал на выходе с места преступления. Заявила, что у меня в доме «кто-то похозяйничал», а сама ускакала посмеиваясь. Помогай ей после этого!

***

Хорошо, что эльфы спят по ночам. Ничто не мешает мне пробираться в его комнату и наблюдать, как серебристый лунный свет сверкает на платиновых волосах. Перебирать этот шелк пальцами – истинное удовольствие. Если бы он не оставил меня на том празднике, я бы его точно в себя влюбила без лишних воздействий. А так, приходится издеваться над ним, чтобы хоть немного выяснить, что же он из себя представляет. А укус-то ему ох как понравился! Вон как зачарованно сидел, боясь пошевелиться!!!

– Никогда-а-а не куса-а-ай, бу-бу-бу! – На грани звука передразнивая Джинваэля, заплетаю ему уже наверное тысячную по счету косичку. – Себе-то уж мог бы не врать! Понравилось тебе. Шевельнулось так тщательно спрятанное чувство в глубине твоей ледяной души, уж я-то видела!

Едва коснувшись губами лба эльфа, оставляю ему прямо в центре иллюзорный след поцелуя. Будет слегка сиять розовым еще сутки, а исчезнет через три дня. «Поглядим, как ты будешь весь такой красивый щеголять по лесу с розовым следом на лбу! Хе-хе-хе! Вот хоть и нравишься ты мне, но не перестану издеваться! Ты меня обидел, свалив смотреть на демонесс, а мог бы смотреть на свою ничем не худшую вампирэссу». Усмехнувшись, и доплетя последнюю косичку, я покинула дом на дереве через окно.

***

«Странный сон мне снился. Будто Дэрра сидела ночью рядом со мной, заплетая косички. В лоб еще поцеловала… Не иначе, как ее внушение послеукусное!». Встав с кровати, я с удивлением обнаружил, что мои волосы действительно заплетены в косы и с помощью магии растопырены в разные стороны, словно в них вставлены проволоки. А на лбу сверкает розовый отпечаток губ. Какой кошмар! Это был не сон!!! Она была здесь и страшно мстила непонятно за что. И как теперь это все убрать? Допустим, волосы должны размокнуть в воде (я очень надеюсь), а след на лбу?! Я сегодня в город на праздник собирался. Придется идти к ней и требовать снять заклятие.

***

– Дэрра!!! – О, явился не запылился! Красавчик-то какой, м-м-м, закачаешься! «Платиновый водопад волос. Прекрасные сапфирово-синие глаза…». Помнится, так его описывали все подружки. Ну платиновые. Ну синие. Вот и я влюбилась! – Убери это немедленно!!! – И как рычит… Ох!

– Здравствуй чудо лесное! Ой, Снежик, это ты!!! Ха! Лосиху соблазнять собрался? Ой, красавец, ничего не скажешь! Даже я бы повелась! Совет вам да любовь! – Хихикаю. Ничего не могу с собой поделать, он похож на лося в брачный период со всеми своими косами.

– Я знаю, что это ты! Что я тебе сделал, что ты вечно цепляешься?! Развей иллюзию и заклинание с волос убери! – У, как он глазами-то сверкает. Почти боюсь.

– С чего ты взял, что это я? – Усевшись в кресло спрашиваю я, рассматривая диво-дивное, сотворенное мной-коварной.

– Знаю! Кто еще мог?! – Хмуро заявляет он.

– М-м, а может ты ХОТЕЛ бы, чтобы это было моих рук дело?

– Нет! Но это ты, я точно знаю. – Слегка порозовели вечно бледные щечки! Слов нет, какой стесняшка!

– Ну так это не я. Или есть чем доказать? – Улыбаясь, спрашиваю я.

– Не чем. – Вздохнул он, направляясь к выходу из моей пещеры. Грусть, раздражение и досада на его лице неприятно кольнули мое сердце. Бросив ему вслед заклинание развеевания, отворачиваюсь, собираясь позавтракать. Эльф замер, ощупывая свои вновь мягкие и свободно лежащие волосы.

– Знаю-знаю: упыриха, клыкастая гарпия, красноглазая… – Все же с улыбкой повторяю все его оскорбления. Неожиданно он подходит, садится в кресло напротив и пристально смотрит на меня. Невозмутимо продолжаю нагуливать аппетит, потягивая сок.

– Почему ты делаешь это? – Предельно серьезно и спокойно спрашивает он.

– Все рано или поздно должны есть. Это, дорогой мой, естественный процесс.

– Почему. Ты. Вечно. Издеваешься надо мной? – Едва сдерживая рычание, произносит он.

– Так уж повелось. Между прочим, в академии это помогало даже! Вспомни, как отлично ты сдавал боевую магию против непарной стихии.

– Я бы и без этого обошелся!

– Хорошо. Ты хочешь, чтобы я прекратила? – «А смогу ли я остановиться?» промелькнуло у меня в голове.

– Да, буду премного благодарен. – Бросил он, вставая.

– Как пожелаешь. – С сожалением ответила я.

***

Две недели от Дэрры не было никаких подколов.

В реальности не было. А в голове у меня постоянно мелькал ее черноволосый образ. То смеющийся надо мной, то отвечающий «как пожелаешь», эхом ледяных осколков рассыпавшееся по сознанию.

Мне было скучно.

Я соскучился по вампирше! С ума сойти! Скажи мне кто-нибудь, что я буду тосковать по ее неиссякаемым колкостям, по этому саркастическому смеху, по насмешливым темно-карим глазам…

«Как пожелаешь»…

Какой я идиот! Да пусть продолжает свои штучки, ведь они… нравятся мне.

И вот как раз в этот момент перед глазами всплыла картина, на которой Дэрра лежит в своей пещере, истекая кровью и пронзенная не двумя, а пятью копьями и сотней отравленных гоблинских стрел.

Мгновенно похолодев от ужаса, я бросился к пещере.

***

– О, Сне… Джинваэль. – Радость в ее глазах мгновенно сменилась холодной отстраненностью.

«Назови же меня Снежиком… да хоть Сосулькой, только не этот безжизненный тон!».

– Дэрра, я… зашел узнать… как ты? Как дела? – Наколдовав в руке ледяной букет цветов, протягиваю шокировано-удивленной вампирше, сам до конца не осознавая – что творю.

– Это что? – Скептически уточняет она, подходя ближе.

– Цветы. Тебе. – Гениально-содержательный ответ. Протягиваю ей букет.

– Э-э-э, спасибо. – Стоило ей едва коснуться цветов, как они водой стекли на пол. Идиот! Она же владеет первичной стихией огня!

– Э-э, это ничего, я еще создам. – Снова создаю цветы, на этот раз в вазе, и ставлю на стол.

– Спасибо. – Все еще ошарашено смотрит на меня.

– У меня есть вопрос. – Не двигаясь с места, смотрю ей в глаза. Какие же они красивые! Как шоколад!

– Внушила ли я что-нибудь тогда? – Усмехнувшись, вдруг сказала она, отходя от меня. – Нет, не до того было. Только стандартное обезболивание и отвлечение, кажется, полет среди облаков.

– Но как же… – Я совсем растерялся. Откуда все это влечение? Почему я скучал по ней эти две недели? Почему так испугался собственной мысли, что она может быть ранена, и примчался сюда?!

– Что? – Не поворачиваясь, спрашивает она. В голосе чувствуется улыбка. Снова ехидничает! Все ведь поняла наверняка, опять издевается, вытягивая слова! У-у, коварная клыкастая!

Стремительно подхожу к ней со спины и целую шею. От неожиданности она вздрагивает. Вот так-то! Что, холодные у меня губы, да?!

Не то, что ее кожа.

Горячая. Нежная. Пахнет цветами…

***

Наконец-то до него дошло! Видения не пробуждаются просто так, в ком нет хоть малейшего влечения. Глупый Снежик! Могли бы давно уже быть вместе, счастливо поживая в Свободных Землях.

***

В общем, я не особо понимал, что делаю. Она просто стояла неподвижно следующие несколько секунд, а потом стремительно развернулась и стала меня целовать. Я почему-то ей не без удовольствия отвечал, а про то, как мы оказались в кровати, я вообще промолчу.

Эта вампирша сводит меня с ума!

Во всех смыслах!


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru