# 2019o Igra umov

fancon.ru - осень 2019

Игра умов


1

- Ты видел эти трупы! Это явно не грабители. Плачу двойную ставку!

- Деньги меня не интересуют. Меня интересует собственное здоровье. Посмотри на моё плечо, я даже не могу поднять руку…

- Я бы не спорил с тобой, будь у меня альтернатива. Остальные разбросаны по Центральным землям, мне не к кому больше обратиться.

- Я не меняю свою жизнь на золото.

- Гибнут люди, чёрт возьми! – Взорвался градоправитель. - Я уже чувствую волнение в народе. Это может перейти в не контролируемые масштабы! Я не прошу тебя убить гадину, - он перехватил слова Веленира, уже собиравшегося что-то ответить. – Найди её! Выследи! Я приставлю к тебе людей.

- Слушай, Ксаркс, - на выдохе ответил колдун. - Я здесь проездом и о проблеме этого города не знал. Это слишком опасно, вызови того, кто сможет.

- Я не успею… Царь скоро приедет и что я ему скажу? Простите государь, я знаю, что кто-то убивает людей, но не могу ничего поделать. Даже при намёке на эти слова, мне отрубят голову!

- Так это страх перед царём? А если бы он не приезжал, ты бы так волновался? Убийства приобретают по настоящему страшный и ужасающий вид, когда родня становится жертвой… или ты сам. Я уеду завтра. Ты запустил эту ситуацию слишком далеко! Градоправитель обязан заботиться о городе и о его жителях, а ты забылся с выпивкой и шлюхами! Откуда тебе их прислали? С Триана? Я знаю цену тем наложницам… за такие деньги ты бы мог нанять дружину!

- Откуда ты знаешь, - лицо Ксаркса смялось в недоумении.

- Я вижу таких как ты насквозь, - наклонившись через стол ответил Веленир. – Мне хватило одного лишь твоего запаха.

- Вонь выпивки позволит тебе уйти и оставить невинных людей этой твари?

Веленир поднялся со стула.

- Я пришлю человека. – Сказал он и развернулся чтобы уйти, но следующая просьба заставила его остановиться.

- Убей царя. Плевать на бестию, если ты его убьёшь, я сделаю тебя своей правой рукой. Я знаю, колдуны беспристрастны, ты можешь, - прошептал Ксаркс. - Многие в его свите за меня.

Веленир встал в ступоре. Ещё никогда ему не предлагали ничего подобного, но не смотря на это ответ не заставил себя долго ждать.

- Сколько?

- Тройная ставка!

- Двойная сейчас и двойная после. И ещё место в этом городе, в этом зале, на этом троне.

- Я всегда знал, что у всего есть своя цена! Отлично, как только я захвачу власть, это место твоё, - градоправитель постукал ладонью по подлокотнику и тут-же протянул руку для рукопожатия.

Веленир это проигнорировал и опёрся руками на стол.

- Его голова приедет через пару дней.

2

Бам-бам-бам!

Удары в дверь вывели его из сна. Бам-бам-бам-бам!

Нарастающий раскат грома пронёсся где-то сверху, давя на крышу. Послышался оглушающий треск и комната осветилась на несколько мгновений. Грохот ударил в уши и в окна часто забили крупные (по звуку) капли дождя.

Бам-бам-бам-бам-бам! Железные петли плотной двери задребезжали и запрыгали.

Веленир уже соскочил с кровати, нащупал и зажёг свечу, подхватил посох и направился к двери. Он с настороженностью открыл её.

- А-а! Помогите! – Девушка с криками влетела в дом, отпихнула колдуна и забежала за дверь.

Сонливость пропала сама собой.

- Стой! Там стулья!

Сначала раздался жуткий треск пронзающий комнату – это был табурет… и ещё один. Следом глухой грохот, заставивший пол вздрогнуть; зазвенела посуда и Веленир вбежал в комнату.

Молния сверкнула где-то за окном и на секунду осветила кухню.

Первый табурет лежал на полу с двумя выдернутыми ножками, одна из которых треснута и переломлена пополам. Второй лежал дальше, перевёрнутый, но целый. Девушка распласталась на полу за ним. Недалеко от её задницы холодно сверкали осколки. Она пыталась встать хватаясь рукой за тумбочку, но нащупала огромную железную кастрюлю и схватилась за неё, думая, что это опора.

- Нет! Нет! – Крикнул Веленир и бросился на помощь.

Огромная посудина уже почти на половину съехала на край тумбочки и каждую секунду смещалась всё больше. Он не успевал. Девушка похоже не осознавала, что стягивает громадину прямо себе на голову, но это не мешало ей стаскивать посудину быстро. Веленир метнул посох и серебряный наконечник врезался в посудину прямо перед носом девушки, и пролетел дальше, вонзившись в стену.

Девушка застонала и Веленир наклонился к ней.

- Помогите, - вымолвила она и потеряла сознание.

3

Он просматривал страницы большой, старой книги, окованной железом. Плотные серые страницы полностью исписаны средним, ровным подчерком. В начале каждой были небольшие зарисовки. Через каждые несколько страниц зарисовки менялись и небыли похожи друг на друга.

Удельница – демоница.

На зарисовке изображена молодая стройная девушка с распущенными, длинными до пояса, чёрными волосами. Лицо белое до странной болезненности. Глаза скрыты чёлкой.

При жизни это беременная девушка, но покончившая с собой из-за измены мужа. Удельница приходит к мужьям, беременных женщин. Это происходит как только у жены появляется живот. Среди других бестий и тварей находиться на уровне ниже среднего, ступени иерархии. Я лично сталкивался с ней.

Удельница пытается совратить мужчину любыми способами. Глаза скрытые под чёлкой начинают поблёскивать, завораживая и заманивая. Примечательно, что её видят и другие люди, но она их не интересует, а даже наоборот.

Существует поверье, что если удельница заберёт ребёнка, то выносит его сама. Не знаю, как может такое сработать, но... Мы знаем, что после своей суицидной смерти, беременная девушка теряет ребёнка и потом восстаёт в качестве удельницы, так вот при похищении чужого ребёнка, она думает, что он – её! Но после родов каким-то образом, удельница осознаёт, что дитя чужое и вскоре съедает его.

У меня есть неподтверждённая теория. Что если найти тварь и дождаться родов, а сразу после отнять дитя. Возможно это сохранит ребёнку жизнь.

Если мужчина не поддался на искушение, она уйдёт. Но. Если муж поцелует её, удельница сочтёт это за “прощаемую” измену. Если всё кончится только этим, она придёт ночью к жене мужа, возьмёт нож и распорет живот беременной. Достанет оттуда дитя и заберёт с собой. Примечательно, что на утро у жертвы нет никаких швов и беременность внезапно пропадает. На мои расспросы, девушки говорили о ночной режущей боли в животе, но проснуться не могли.

Если муж поддастся на искушение, то удельница придёт к его жене, распорет живот, но ребёнка не заберёт. Она изуродует его ножом и вложит обратно в утробе к будущей матери.

Я заметил, что ни мужчин ни женщин удельница не убивает…

Не то. Перелистнул несколько десятков страниц.

Кумо - паук оборотень.

На зарисовке с одной стороны стоит статная девушка, в тёмном сарафане и холодной красотой. С другой стороны, тоже самое красивое лицо, но сейчас в её глазах зияют по два зрачка. Отвратительное мохнатое паучье пузико, от которого отходят четыре мохнатые ножки и четыре ручки, заменяет тело. На спине выделяется странный горб-нарост.

Очень редки и чрезвычайно опасны! Особенно мужские особи. В иерархии кумо занимает высокие позиции.

Женские особи превращаются в красивых молодых девушек и обволакивая мужчин своими чарами, заманивают их в ловушку.

Я находил огромные коконы, замотанные в толще паутины. Разрезав один из таких, внутри я обнаружил высушенное тело и много слизи. Она обволакивала мёртвого мужчину с головы до ног. Единственное, что я смог найти на его теле, это две колотые раны на груди. Видимо, через них кумо и впрыснула яд.

Я выследил её.

После встречи с этой тварью, я заработал сломанные рёбра и её голову. В драке она постоянно доставала паутину из нароста на спине, пока я его не отрубил. На конце лапок, она имеет острые, как лезвие, жала. Всё усложнилось ещё и потому, что она знала кто я.

Я сжёг её голову и отвратное мохнатое тельце.

Эти существа очень хитры, если бы я не знал, что оно такое, то возможно поддался бы на чары этой бестии. Свои чары и силу они получают доживая до 101 года…

- Где я? – Простонала девушка.

Веленир захлопнул книгу и повернулся к кровати.

- У меня дома, - ответил он. – Ты забежала вчера ночью с криками о помощи.

- А, точно, - протянула она, ощупывая руками голову. – Ох, уже утро… что произошло? У меня сейчас голова пополам расколется…

- Ты тарабанила мне в дверь, я открыл. Ты влетела в дом и побежала на кухню, дальше я услышал треск и шум, а когда я вбежал в комнату, ты лежала на полу среди разломанных стульев и тарелок. В следующий раз предлагаю тебе больше так не делать. Всё могло быть хуже. Ты стягивала на себя огромную кастрюлю и боюсь тебе повезло, что я не промахнулся… Левая рука не такая… меткая.

- Какая кастрюля? – недоумевающе спросила она. – Какая рука? Ты кто?

- Я Веленир, а кастрюля в углу. К сожалению в ней больше ничего не сваришь… Придётся объясниться хозяйке. А как зовут тебя?

- Касандра.

- Итак, - он подставил стул к кровати, и сел наклонившись к собеседнице. - Кто тебя преследовал?

- Я не знаю, - уныло ответила она.

Веленир задумался. Касандра приподнялась на локтях и села облокотившись на подушку.

- Хм. Ты рвалась ко мне в дом и звала на помощь, - медленно произнёс он. – Не видя преследователя? Хотя бы очертания?

- Я не видела, было очень темно. – Она понурила голову, волосы сошли с плеч и завесой закрыли её лицо.

- Почему тогда испугалась? Ты что-то услышала?

- Да, - она подняла голову и посмотрела Велениру в глаза. - Быстрый-быстрый шорох, как будто огромная сороконожка ползла по моим пятам.

Веленир нахмурился.

- Ты уверена?

- Я слышала эти звуки… Если бы не эти смерти по всему городу… я бы могла пропустить это мимо ушей.

- Ты была одна?

- Да, конечно, а что…

- Как ты смогла убежать?

Она недоверчиво посмотрела на Веленира.

- Я петляла по переулкам, пока не выдохлась. Потом, когда я уже не могла бежать, начала стучать в первую попавшуюся дверь… Это было не выносимо, я помню всё отрывками.

Петляла по переулкам? Ха-ха, неудачная шутка! Даже днём на улицах нужно смотреть под ноги. А ты прекрасно пробегала пол ночи и ни одного ушиба, а потом забежала ко мне в дом и шарахнулась об первый же стул.

- Да, - произнёс Веленир. – Знаю, как бурлит кровь в такие моменты. Мне и самому приходилось убегать. Адреналин бьёт в голову, никаких здравых мыслей и обдумываний, только бессознательные быстрые действия и никаких ощущений, кроме ритма сердцебиения по всему телу. Обычно, люди в такие моменты бегут домой. Почему ты не побежала?

- Лачугу у слива сложно назвать домом. Вряд-ли я бы смогла там спастись, да и защитить меня некому…

- Прости за такой допрос, - Веленир дружелюбно положил руку ей на плечо. – Я хочу помочь тебе.

- Да, я понимаю, - закивала она улыбнувшись.

- К сожалению я уезжаю сегодня вечером и место меня скоро приедет человек. Но ты можешь остаться пока я в городе.

Он подошёл к столу. Пропустил цепи оковывающие книгу через замок и защёлкнул его. Ключ отложил рядом, аккуратно подровняв его по краю книги.

Наступила тишина. Веленир прошёл по комнате.

- Я схожу за едой, это ненадолго, - сказал он, отворив входную дверь.

4

Дверь захлопнулась, убрав Веленира из видимости.

Она сразу перевела взгляд на окна. В них отчётливо виднелась дорога, пересекающая переулок и сердитый дом напротив.

Веленир быстро мелькнул в первом окне, потом на миг во втором и похоже повернул за угол. Касандра уставилась на стол. Его очертания тенью упали на мгновение на книгу. Она повернула глаза правее и увидела его в ближнем просвете, как он проходит дальше ничего не подозревая… глупец.

Она подождала какое-то время вслушиваясь. Никого... Всё, пора. Касандра встала с кровати и подошла к столу.

Осторожно взяла странный ключ и осматривая повертела его в руках. Очень необычный, таких она ещё не видела. У обычных ключей круглое ушко, через которое без труда можно продеть ключницу. У этого, ушко пронизывали острия, как иголки, и торчали они как лучики из солнца. Касандра удивлённо положила его на ладонь. Три острия. Три сверкающих, заточенных острия.

Она вставила ключ в замок и провернула. Щёлк. Открылся. Девушка ослабила цепи и отложила замок в сторону. На твёрдой, серой книжной обложке сверху и снизу выделялись расписные железные пластины. Роспись сильно стёрлась, так что, понять рисунок мог только хозяин. На пластинах были причудливые впалые отверстия, через которые и проходили цепи. Всё сделано таким образом, чтобы цепь никак не соскочила и книгу нельзя было открыть, не отварив замок.

Касандра поставила книгу корешком вниз, обхватив руками переплетение - крышки.

- Сезам, откройся! – С улыбкой на лице произнесла она. Пальцы упёрлись в твёрдую обложку и побледнели от усилия.

Она не открывается! Девушка опёрлась ладонью, а другой рукой начала тянуть. Что за... Попыталась снова, не открывается. Рванула со всей силы… не поддаётся. Только ободрала кожу с пальца, о железную пластину.

Касандра начала искать что-то тонкое и прочное. Обшарила стол, посмотрела под каждой бумажечкой и ничего, что могло бы помочь. Принялась выдвигать полки, уже дошла до нижней, как услышала шаги.

- Дерьмо!

Быстро подхватила замок и пропустила через него цепи, надавила, но он не щёлкнул! Руки оледенели и не слушались. Надавила ещё раз. Ну! Щёлк. Положила ключ рядом, нервно подровняла и бросилась в кровать. Сердце колотилось как бешенное.

Затаила дыхание и прислушалась. Всё тихо.

Кинула взгляд на окна. Никого.

Пора уходить. Она сплыла с кровати и кинулась к двери. Достала пару отмычек и вставив в замок одну над другой медленно провернула. Клац. Дверь открылась.

5

Она шла по людной улице и постоянно оглядывалась. Множество лиц: счастливые, радостные, улыбающиеся, грустные, печальные, уродливые и бешенные. Все шли ей на встречу и ещё столько же подхватывало её сзади и людским потоком несло вперёд, не давая толком оглядеться. Касандра пыталась всматриваться, но в ответ не получала ничего, лишь иногда противные гримасы в свою сторону.

Беспокойное чувство слежки преследовало и не давало покоя ни на секунду. Это ощущение щекотало нервы и не давало здраво думать. Главное не подать виду и невзначай зайти в безлюдный маленький переулочек. Там то и будет понятно, что происходит и кто за ней следит.

Касандра свернула с набитого людьми проспекта в узкий проход. Прошла прямо, спускаясь по грязному холмику. С боков её сопровождали ветхие, перекошенные деревянные избы, готовые вот-вот завалиться. Грязь огромными наростами прилипала к подошве и сильно утяжеляла шаг.

Дальше вышла на перекрёсток. В обе стороны простирались тупиковые переулки, окаймлённые лачугами. Она юркнула в правый и тут-же зашла за стенку первого попавшегося дома и прижалась к ней, смотря на переулок.

Стена оказалась очень влажной.

- Зараза…

Её рубашка прилипла к спине и начала причинять неудобства. Мало того, что за ней кто-то следит, так ещё и рука сама тянется поправить рубашку и почесать спину.

Она внезапно вжалась в стену: кто-то шлёпает по грязному месиву - дороге. Глухие шлепки приближались всё ближе и ближе и вдруг затихли.

Кровь бурлила и застывала в теле. Выпрыгнуть сейчас и выцарапать уроду глаза, или подождать пока он пройдёт, запрыгнуть на спину и придушить? Она стояла как вкопанная, затаив дыхание и выжидая момента.

Тишина. Убийственная тишина.

Возможно, неприятель сейчас стоит прямо за углом… и знает, что она здесь? Тогда нужно действовать. Бездействие сейчас – смерть.

Её позвоночник вытянулся и сгорбился, на спине появился мерзкий нарост с дырочкой в верхней точке. Юбка натянулась, из под неё виднелись четыре мохнатые, длинные ноги. Руки вытягивались в ширь и по рукавам рубашки пошли стрелки. Через несколько мгновений рукава разорвались на тряпичные полоски и явили на свет четыре когтистые руки.

Не прошла и минута, как она стала тем, кем стала.

Касандра выпрыгнула из-за угла и проткнула когтями воздух. Переулок был пуст. Следы сапог дуговой линией выходили из-за перекрёстка и заканчивались как раз там, где стояла она. Больше следов не было.

Как он ушёл? Следы мужские, это точно, но как, чёрт возьми он ушёл?


Убедившись, что улица пуста, она постучала три раза в дверь и вошла. В покрытом огромной паутиной углу, на гамаке из больших белых нитей полулёжа сидела беременная женщина с внушительно выпирающим животом. В центре единственной комнаты стоял стол и два стула. Касандра взяла один и подставила поближе к женщине.

- Доченька, почему так долго? Я волновалась.

- Мамуль, всё хорошо, - отвечала Касандра. – В твоём положении нельзя волноваться. Я уже предупредила Мерика. Сейчас я тебе всё расскажу…

6

Солнце уже скрылось за крышами домов, а Веленир только подъезжал к воротам. Окованные сталью, они держались на массивных железных петлях. Прямо из ворот в обе стороны простиралась величавая стена, высотой в десять шагов. Неподалёку стояла толпа солдат.

Тот, что стоял по центру заметил Веленира и отдал приказы. Двое сразу полезли на верх, на стену, а другие разошлись по сторонам и встали у колец. Кольца крепились вдоль ворот на уровне человеческого плеча.

- Приветствую! – Крикнул тот, что отдавал приказы.

Веленир подъехал поближе и остановил Ворта в нескольких шагах от ратника.

- Здравствуй.

- Я начальник городской стражи, Мерик. Господин, как ваше имя?

- Веленир.

- Великодушно простите, - он почесал шрам пересекающий губы от носа до подбородка. – Похоже, запамятовал ваше имя. Будем знакомы! А вы имеете почёт! Не каждому мы по ночам отворяем ворота. Далеко не каждому, я бы сказал.

Веленир улыбнулся.

- Для меня градоправитель сделал исключение.

- О да, я об этом и говорю. Вы явно не крестьянин. Куда направляетесь, если не секрет?

- Пока не решил, но оставаться не хочу. Здесь слишком опасно.

- Хм, - Мерик почесал щетину. – Вас нельзя за это винить, я бы сказал, это – никого нельзя. Как говориться: у страха глаза велики. Да я бы тоже уехал, но работы много, и надо же кому-то поймать этого сраного убийцу!

- Откуда вы? У вас не здешняя манера речи, - угадал Веленир.

- Я с Востока.

- Как воина с Востока занесло сюда? От сюда до Востока, мягко сказать - не близко.

- Я был предан одной из семей, а они решили переехать на Север. Как телохранитель, я поехал с ними, но они умерли и теперь я сам по себе. А у вас есть семья?

Ворота приоткрылись ровно на столько, чтобы проехать смог только всадник.

- Знаешь, что я тебе скажу, - Веленир наклонился в седле, - Зря ты с этим связался.

Он тронул коня и выехал из города.

7

Петухи пропели, тёплые лучи солнца только-только начали прогревать сырую землю, а город уже кишел людьми, словно улей пчёлами. Со всех окраин и деревень стекался народ на большое событие. Все находились в предвкушении увидеть царя, дотянуться до чего-то очень высокого, заоблачного. Это люди живущие в столице царства могут себе позволить видеть его чаще. Но здесь не так и поэтому сама мысль о таком событии пробирала дрожью.

Все знали, что приедет он не просто так и ждали перемен с опаской и болезненной неотвратимостью. На кой хрен нам что-то менять? И так хорошо, а вдруг станет хуже? Но было в этом нечто притягивающее, как глоток свежего утреннего воздуха.

Народ пил, гулял и веселился. Не то что мысли о убийствах, не было даже намёка на мыслишку в похожем направлении. Пиво и медовуха текли рекой. Крики, шум, гам, вопли, возгласы – всё это смешалось воедино до определённого момента.

Мелодичный звон колоколов утихомирил город. Многочисленная стража отгородила народ с Главного проспекта и сделала проезд, своеобразную ковровую дорожку, облепленную людьми. Но это не мешало им позалезать на крыши каменных домов. Все ждали затаив дыхание.

- Солнце встаёт и царя нам везёт! – Выкрикнул кто-то.

Загремели фанфары, протрубили рога. В город въехали богатыри на массивных конях, габаритнее обычных в несколько раз. Рысаки шли шагом, все в блестящих панцирях и у каждого посеребрённая упряжь. За ездоком, сбоку, к седлу прикреплён расписной железный щит, из-за него торчала рукоять меча с золотым круглым навершием.

Богатыри выглядят одинаково – плотные, собранные и дисциплинированные, в сияющих шлемах. На каждом сверкающая кольчуга, а по верх неё блестящие прямоугольные щитки на груди. В одной руке навострённое копьё, в другой вожжи.

За ними ехал царь.

На его коне блистал золотой панцирь, сбруя и шоры. На голове государя, в центре головного обруча переливался ценный камень, меняющий свой окрас. Его белоснежная, обшитая мехами мантия цеплялась к массивной плечевой броне и её края сползали аж за хвост рысаку,

Народ взорвался овациями и криками. Буря гама пронеслась по городу и содрогнула его крыши. Люди мгновенно закидали дорогу цветами. Но рядом с любимчиком, плечо в плечо ехал кто-то ещё. В белом плаще, капюшоне и маске с каменным лицом, не выражающим ничего. Возможно телохранитель. Народу это не мешало ликовать и радоваться, им было всё равно на этого незнакомца, всё внимание было приковано к царю всего Иргендела.

- Итак, ты уверен в этом, - спросил царь у незнакомца, попутно махая рукой людям и улыбаясь.

- Да, Давид, - ответил тот, в маске. – Никто не должен знать, что я вернулся. Я не знаю сколько их, но одна скоро родит и возможно покормиться перед родами.

- Я ещё не отошёл от вида аюстала, а тут ещё и кумо... Хорошо, я даю добро, но я не могу сказать людям об этом. Я соберу город на центральной площади и постарайся, чтобы они её там не увидели.

- Сделаю всё возможное.

Конвой вместе с царём повернул и выехал к площади. Толпа взорвалась овациями увидев государя.

- Спасибо! Спасибо! – кричал Давид, ловя дождь из цветов. – Вы, верные подданные, моё всё! Веленир, - продолжил он, но уже тихо. – Народ встревожен и я не хочу, чтобы они увидели эту срань. Я выделю тебе десять отборных воинов из моей личной охраны! Эти дружинники лучшие из лучших, так что я надеюсь на гарантии. Надеюсь ты меня понял.

Голова, скрытая под маской и капюшоном еле заметно кивнула.

- Что будешь делать с Ксарксом?

- Казню, - ответил Давид. – Этот ублюдок просил тебя убить меня, за это он ответит более чем жёстко. Тем более, люд будет доволен видеть его на площади… А со свитой разберусь после этого.

- Он мог подстраховаться и нанять кого-то ещё.

- Я думал об этом. Тебе не стоит волноваться по этому поводу, на тебе висит бестия, этого более чем хватит. Мы сейчас подъедем ко дворцу, я хочу, чтобы ты был рядом. Посмотришь на лицо этого крысёныша.

8

- Сукин сын! – Ладонь Давида скользнула за голову Ксаркса. Его лицо с глухим стуком вмялось в столешницу. Ксаркс застонал и медленно поднялся. – Ты приехал бедным в богатый регион, а скоро уйдёшь богатым из бедного! Ты думал я не замечу? Отвечай! Тебя спрашивает сам царь! – Бам! После сильного удара о стом, голова Ксаркса поднялась как неваляшка, которую положили на пол. Его глаза сузились, их заливала кровь капающая из рассечённых бровей, а лицо просто превратилось в месиво.

- А-а-а-э-э-а, - простонал тот.

- Молчишь? Я сам, лично буду орудовать твоей казнью. К слову, она случиться очень скоро. Ты просил Веленира убить меня? Ну и сколько ты ему предложил? – Лицо Ксаркса снова с грохотом врезалось в стол. Его голова продолжила лежать и под ней медленно образовывалась лужица крови. – А ты знаешь, что он мой верный помощник?

Веленир стоял неподалёку. Оперевшись о одну из колонн в чертоге, он, собрав руки на груди, наблюдал как из носа Ксаркса надуваются кровяные пузырьки и тут-же лопаются, при образовании новых. Возможно лучше не дышать вовсе, чем так, как он.

- Ладно, можешь идти, - сказал Давид обращаясь к колдуну. Тот был в маске. – К вечеру площадь будет полна, а окраины пусты. А кстати, мне доложили есть новый труп, на этот раз тварь зашла слишком далеко. Поезжай на угол Фарго и Растительной, я сказал, чтоб ничего без тебя не трогали.

9

Угол деревянного дома тщательно закрывали собой стражники, став живой стеной. Увидев человека в маске они расступились, а когда он прошёл, вновь сомкнули ряд.

Под стеной валялось бледное тело. Веленир подошёл поближе и осмотрел его голые ступни. Носки слиплись вместе и смотрели вверх. Веленир кончиками пальцев ухватил его большие пальцы и попытался отвести ступни друг от друга. Слизь, склеивающая конечности, не дала этого сделать и они снова сомкнулись, как намагниченные.

Веленир осмотрел лицо покойника. Он узнал беднягу по выделяющемуся шраму поперёк губ. На широко раскрытых глазах застыло посмертное выражение ужаса. На оголённой груди, у сердца красовались две глубокие колотые раны, похожие на ножевые, но колдун знал, что эти раны от клыков.

Последнее, на что он обратил внимание, это на руки, прижатые к телу по швам.

Больше здесь делать нечего.

10

Касандра вышла за крыльцо и обомлела. В центре улицы стоял незнакомец в белом плаще и пугающей, без эмоциональной маске; его лёгкие сапоги по щиколотки увязли в грязи и дерьме. Касандра чуть присела, отвела руки в стороны, и начала медленно пятиться. Шаг за шагом она приближалась к дому.

Рука Веленира распахнула плащ и скользнула за спину. Белая мантия взметнулась вверх. Посох вынырнул из под её трепещущих краёв.

Девушка увидела это и быстро рванула к дому. Она резво перепрыгнула крыльцо, влетела в дом и захлопнула дверь. Колдун поставил посох перед собой. Глазницы орла набирались светом, словно печка набирается жаром, и вспыхнули ярким сиянием.

Веленир раскрутил посох до невероятной скорости. Воздух гудел и свистел, заставлял отдаляться, закрываться руками и щуриться. Ошмётки грязи разлетались в разные стороны. Казалось, в его руках сконцентрировался большой пучок бело-жёлтого сияния, излучающего лучики света.

У колдуна тряслись руки; его глаза вспыхнули как этот пучок. Веленир закружился и швырнул слепящий шар в след Касандре. Он разнёс забаррикадированную дверь в щепки и врезался в заднюю стену дома. Деревянная лачуга задрожала и затрещала, на её стене разразилась жуткая трещина. Зияющий раскол в мгновение перешёл на крышу. Центральная часть потолка с грохотом рухнула и дом окончательно разделился на две части.

Веленир уверенно пошлёпал к дому.

Через входной проём, где некогда стояла дверь, прослеживалась такая картина. Сквозь клубящиеся облака пыли виднелась торчащая из бревенчатой стены рукоять посоха, от которой по брёвнам вверх отходила огромная трещина до потолка, и дальше перекидывалась на него. Свет, проливался вытянутой белой плешью из разлома на то, что называлось полом: разломанные доски, торчащие острыми обломанными частями прямиком из под развороченных брёвен.

Колдун шагнул через порог. Слева послышался треск соломы. Он доносился из второй, тёмной комнаты. При всём обилии дневного света, он туда не доходил. Как только Веленир шагнёт через этот проём, в чёрную завесу темноты, то вряд ли уже выйдет назад. Тем более, боковые стенки этого проёма плотно окутывала паутина, словно плющ. По видимому, это были всего лишь огрызки огромной сети.

Колдун начал осторожно пробираться через упавшие балки к своему посоху. Перешагнул несколько наваленных друг на друга бревен и ниспуская глаз с шуршащей тёмноты, уже почти прошёл половину большой комнаты.

Что-то звякнуло сзади. Веленир обернулся. Ничего, только паутина. Сено быстро захрустело, словно по нему начал кто-то бежать.

Она врезалась в него со всей мощи.

Веленир отлетел на несколько шагов. Со скрежетом проехался по деревяшкам. Плечо воспламенилось адской болью, от которой хотелось кричать и кривить лицо.

Паучиха уже оказалась над ним.

Двумя руками она принялась его душить, двумя другими держала его руки. Веленир начал задыхаться. Её двойные зрачки в глазах, блестели чернотой и смертью.

Он ударил её коленом по брюшку. Хватка у горла ослабла, тварь пошатнулась и отпустила его руки. Колдун вцепился ей в лицо и вогнал большие пальцы в глаза. Его руки засияли.

Вспышка.

Касандра неистово взвыла. Попятилась, крича и закрывая всеми четырьмя руками глаза. Невольно запнулась о торчащую деревяшку; пол выскользнул из под её ног.

Веленир поднялся и скинул маску на пол, разразившись жутким кашлем.

- Я ничего не вижу! – всхлипывая крикнула Касандра.

Она попыталась встать, нащупывая ручками опору. Но колдун уже вытянулся в прыжке и повалил её.

Он насел на неё, засыпая ударами светящихся кулаков. Его костяшки раз за разом врезались ей в лицо, пока она не перестала сопротивляться.

Её разбитая морда не подавала признаков жизни. Веленир поднялся, вытирая рукавом пот со лба и пошёл за посохом.

Он торчал из стены, как топор не до конца разрубивший пень. Колдун выдернул жезл и подошёл к Касандре. Она уже приняла человеческий облик, но глаза у неё теперь были белые.

- Стой, - простонала она. Слёзы клубились на её грязных, окровавленных щёках.

Веленир занёс посох над головой.

- Я беременна, - Она ощупывала всё во круг и нервно крутила головой, не понимая, что произойдёт.

Веленир задумался и опустил посох.

- Они спасли тебе жизнь.

- Это ты… - Она узнала его по голосу. - За что? Что я сделала? Где справедливость? Почему мы не можем жить как все… - Она зарыдала, катаясь по полу.

- Парни!

В дом вбежало пятеро рослых солдат.

- Вяжите её, и в той комнате, - он показал на тёмный проём. – Есть ещё одна беременная - не опасна, но будьте осторожнее. Их нужно доставить в чертог, к царю! Тебе ли говорить о справедливости, - Веленир обратился к Касандре. – Ты жива только благодаря милости. Начнёшь судить всех по справедливости и обнаружишь, что у самой рыльце в крови. Так что я бы подумал, перед тем как такое говорить, - он сел на корточки рядом с ней. - Кто тебя оплодотворил? – Молчание в ответ. Колдун подал знак стражнику и тот потуже затянул верёвку на её руках.

- А-а, брат!

- Твой?

- Да!

- Кто оплодотворил твою мать?

- Брат!

- Имя брата!

- Он убьёт нас с матерью!

Верёвка стягивалась всё туже и её запястья щёлкнули.

- Ксаркс!

От удивления у Веленира подпрыгнули брови и округлились глаза. Он вскочил с места и подхватив маску выбежал из дома.

11

- Дорогие мои, верные подданные! – Кричал Давид с деревянной сцены. Городская площадь кишела людьми. – Этот изменник, - он рукой показал на рядом стоящего на коленях Ксаркса. Его руки были туго заломаны и связанны цепью за спиной, а щиколотки оковывали кандалы. Лицо бывшего наместника полностью опухло, словно его накусала стая пчёл. – Отравлял этот славный город! Он плёл гнусные заговоры и тиранил вас, обдирая до нитки. Но! От вашего царя ничего невозможно скрыть, ничего не выйдет из под моего внимания! – Давид выдержал паузу. - За собрание заговора против царя и вынашивания планов по узурпаторству трона, я приговариваю Ксаркса к смерти. Но, я знаю, сколько бед он причинил вам… Перед возвращением жизни в этом славном городе на круги своя, я дарую вам выбор казни! – Толпа взвыла и зашумела. Это им явно нравилось. – Он причинил вам боль, поэтому он предстанет перед страшным судом – вашим судом. Вам, моим верным подданным, решать, как будет казнён он и все те, кто был с ним в сговоре!

- Да! Да! – кричал кто-то впереди. – Повесить!

- Утопить!

- Разорвать! Коней сюда! Разорвать на четыре части!

- Но перед этим, - продолжил царь. – Он скажет своё последнее слово!

Все стихли. Последнее слово – это традиция, а традиции нужно чтить и выполнять. Все ждали, чтобы он по скорей уже что-нибудь ляпнул и они приступили к выбору казни. Тишина стояла такая, что стоя на сцене можно было слышать дыхание впереди стоящих людей.

За всей процессией следили лучники, стоящие на крышах ближних высоких домов, а также копейщики, выстроенные стеной на сцене, позади царя.

- Ты думаешь, я дам себя убить? – усмехнулся Ксаркс. Он поднял голову и окинул взглядом море изумлённых лиц. – Я ждал этого момента. – После этих слов, Давид задумался, смотря словно поверх приговорённого. – Убийство царя на глазах у всего города. Кучка стражи тут не поможет, - цепь на его руках зазвенела и сильно натянулась. – Народа слишком много и остальные силы подоспеть не успеют, а при виде происходящего увязнут в опасной, наполненной страхом, убегающей в разные стороны толпе.

- Довольно! – Давид махнул рукой и на сцену взошли с десяток крепких, могучих воинов, облачённых в тяжёлый доспех. Их левую руку на половину закрывал диск щита, а правая расслабленно лежала на рукояти боевого топора.

Цепь на руках Ксаркса звякнула и железные колечки со звоном разлетелись по сцене. Он внезапно ударил руками о доски, и с треском провалился под сцену.

- Ах, - удивлённый возглас толпы волной пронёсся по площади.

Воины быстро выстроились стеной перед царём, пока тот спешно спускался со сцены.

Только его нога коснулась земли, как из центра сцены с грохотом вылетели сломанные доски, словно изверженные вулканом. Вместе с ними вылетело белое лассо, и стянулось на горле одного из стражников. Ловкий товарищ рассёк прочную нить своим топором.

Но из дыры вылетело ещё два белых кнута. Они обвязали ноги двум другим стражникам и потянули их в дыру. Остальные солдаты кинулись на помощь; схватили бедняг за руки, вытягивая в противоположную сторону. Те, кого пытались затащить, кричали, и вытянулись как струнки. Странные белоснежные верёвки разрубили, и они, вместе с вытягивающими солдатами, по инерции вылетели со сцены.

Две новые верёвки захлестнули тех, кто только что отрубил прочные нити. Пол из под ног воинов выскользнул.

Их потянуло к дыре. Но помочь уже было некому.

Они скреблись о доски, ломали ногти и кричали. В один миг их затянуло в большую дыру, как в трясину.

Оттуда слышались неистовые крики и вопли.

Собравшийся народ запаниковал, но не убегал. Все ждали момента, когда смогут увидеть чудище. Лучники на крышах уже прицелились и стояли наготове. Стоит твари хоть чуть-чуть показаться, ей конец. Никто не может пережить град стрел.

Всё стихло, крики закончились. В воздухе повисло адское напряжение.

Такого не ожидал никто.

Большое множество верёвочек стремительно вылетело из тёмной дыры в разные стороны. Навострившись вверх, они долетели до крыш на которых стояли лучники. Обвязав их ноги, внезапно рванули… Заставили срываться в низ каждого.

Оглушающие крики обрывались глухими шлепками. И вскоре кричать было некому, кроме наполненной страхом толпы.

Из дыры выпрыгнула огромная четырёхрукая, четырёхногая, отвратительная тварь. Она закружилась, часто перебирая своими мохнатыми ножками и выпустила из рук несколько тел.

Они как валуны, сбили стражников с ног.

Те кто остался стоять на ногах, понёсся на врага с копьём на перевес. Из нароста на спине твари, вылезла белая извивающаяся змейка. Существо подцепило её когтями и хлыстнула солдат. Нить устремилась к их лицам.

Но один из ратников нырнул под неё и кувырком добрался к кумо. Топор сверкнул в солнечном свете.

Бестия взвыла.

Из её руки торчала рукоять кровавого топора. Тварь схватила ратника за горло. Его руки вцепились в пальцы бестии и пытались их разжать. Глаза наливались кровью, всё вокруг темнело. Он махал ногами, ища опору, но месил лишь воздух.

Тварь рванула топор из руки. Неистовый рык лавиной прокатился по площади.

Люди наконец поняли. Что нужно делать… Бежать.

Топор вознёсся над головой солдата.

Светящийся диск вылетел откуда-то из толпы. Волчком пронёсся перед лицом задыхающегося ратника. Ослепил его и вернулся бумерангом обратно.

Бестия отпрянула и неистово взвыла. Доски на сцене пошли ходуном.

Солдат распластался на полу, но хватка его не отпускала. Он с трудом разжал когтистые чёрные пальцы и выкинул обрубленную кисть подальше.

Человек в белом плаще запрыгнул на сцену. В его руках был посох, с светящимся наконечником.

Он повернул голову. Странная маска.

Из глазных щёлок вырывалось тёплое сияние. Ратник словно застыл на месте. От страха, или от непонимания происходящего - он не мог пошевельнуться.

- Беги! – Крик из маски словно привёл его в чувство. – Бегите!

Ратник судорожно вытянул трясущийся указательный палец, показывая за спину незнакомцу.


Веленир снова не успел обернуться.

Ксаркс обхватил его щиколотку и дёрнул с огромной силой. Веленир сделал собой дугу над головой бестии. И всем телом врезался в пол сцены, оставив вмятину и множество трещин.

Однако посох не выпустил.

Не ослабляя хватки, Ксаркс подхватил руку Веленира. С лютой яростью швырнул его со сцены, как куклу. Колдун кубарем прокатился по полупустой площади, но вставать не решился.

Ксаркс раскрутил белое лассо. И кинул его, метя на голову колдуну. Верёвка вытягивалась сама собой из нароста на спине бестии. Будто её там больше, чем огромное количество… или бестия вырабатывает её на ходу.

Веленир увернулся. Он вскочил на ноги и схватив верёвку, резко дёрнул. Тварь подалась вперёд и соскочила со сцены.

Они стояли какое-то время друг напротив друга. У колдуна была тяжёлая отдышка и маска не могла этого скрыть. Из обрубка Ксаркса сочилась кровь и капала, окропляя гладкую каменную кладку.

Веленир раскрутил посох и метнул сияющий клубок. Ксаркс побежал ему на встречу и прыгнул. Жезл просвистел у него под ногами.

Посох вернулся к хозяину и Веленир побежал на встречу противнику.

Ксаркс сделал выпад. Его длинные когти проткнули воздух.

Веленир отбивал град ударов. Увернувшись от пронзающего тычка, нырнул под режущие воздух когти и сделал посохом подсечку. Ксаркс пошатнулся, но подставил руки. И тут-же выкинул несколько ног с разворота. Колдун пригнулся и перекрутившись, резко рубанул по обводившим воздух ногам.

Посох всколыхнул воздух. Ксаркс успел их увести.

Колдун перекатом ушёл от очередного удара. Он закрутил жезл над головой и сделал выпад. Светящийся диск со свистом и хрустом проскользил по рукам Ксаркса. Он взвыл и пошатнулся, пятясь назад.

У него осталась лишь одна рука.

Веленир с размаха ударил по ногам противника. Посох с лёгкостью перебил колени, какие-то массивные красные куски отлетели в сторону.

Ксаркс упал, теперь у него осталось только две ноги.

Он орал и бился в агонии. Веленир подошёл к нему и занёс посох над головой.

- Tum somnum.

Глаза Ксаркса наполнились удивлением, двойные зрачки подпрыгнули… и через миг застыли.

12

- И что мне делать с телом и… с этой отделённой головой? – сказал Давид, заглядывая в мешок. - Это всё человеческое, понимаешь насколько трудно мне будет объяснить произошедшее людям?

- Не понимаю, - ответил Веленир, уставши откидывая голову назад. Он развалился в кресле и вытянул ноющие ноги. – Я ведь не царь. Знаешь, если человек верит в Бога, то он верит и в нечто противоположное. Необязательно поддерживает, но по крайне мере допускает возможность существования. Поэтому ты можешь позвать священника, который подтвердит твои слова, насчёт бесов. Думаю не стоит углублять людей в происходящее, просто скажи, что он был одержим.

- Неплохая идея. Заодно я упрочу связи с церковью и смогу не опасаться удара с их стороны. Царь должен быть властен в своём государстве над всем, даже над церковью! И это будет первый шаг на пути к большому сотрудничеству. – Давид откинул мешок в сторону и сел напротив Веленира, поставив локоть на стол. - Но мы обманываем людей.

- О, нет. Я бы сказал не совсем. Не буду вдаваться в подробности…

- Да уж, мне хватило семейки кумо.

- Так вот раньше, - продолжал колдун. – Люди были более… подвержены совращению. Я бы не сказал, что сейчас всё намного лучше, но люди уже могут сами противостоять искушениям. Знаешь, у них образовался некий духовный стержень, - Веленир наклонился к царю и показал сильно сжатый кулак. – Но раньше было не так, - он снова откинулся на спинку кресла, готовясь к рассказу. – Тогда то и появились черчаги, ну да сейчас немного о другом. В людей пачками вселялись демоны. О том, что “демоны” довольно обобщённое слово, я промолчу. Всё в мире взаимосвязано, как только начнёшь говорить об одном, невольно затронешь второе, третье, пятое… десятое. В общем, демонов разных мастей было пруд пруди. И появились бестии. Конечно, это произошло не за один век. Осквернённая душа человека изменила его разум, а разум изменил плоть и восприятие мира – это всё вытекает одно из другого. Вот поэтому, я не убиваю детей, кем бы они ни были. Их можно воспитать по человечески и отшелушить чёрный налёт со светлого нутра.

- И что ты предлагаешь? – спросил Давид, словно затронули его больную тему. – Что мне с ними делать? – Он показал на Касандру. Она сидела неподалёку, обвязанная цепями. Они заходили за колонну и плотно прижимали девушку к стволу. Железный ошейник выделялся больше всего. – Или с той, которая вот-вот родит.

- После родов дети пожирают матерей. Я бы сказал: “высасывают все соки”. У меня есть теория. Попробуй воспитать их детей, как нормальных. Главное, чтобы не было намёков на нечто звериное, до поры да времени. Корми их как обычных, одевай, как одевал бы обычных. Думаю они тебе пригодятся, - колдун сделал паузу. - Но ты должен будешь иметь у этих детей уважение.

- Да, - выдохнул Давид. Он задумчиво смотрел остекленевшими глазами на стол. – У меча два лезвия: одно защищает, второе убивает и ты не знаешь, что задумал тот, в чьих руках меч. Я подумаю над твоими словами. Но почему ты хочешь остаться в тени?

- Не многие цари готовы разделить драгоценное внимание народа, - улыбнулся Веленир. –Кто знает, сколько существ в этом городе… Они могут маскироваться. Если узнают кто я, то соберутся в месте, и у меня будут проблемы.

Неожиданно в разговор вклинилась Касандра.

- Ты дурак. Нельзя идти против жизни, против природы. Сильный пожирает слабого и этого не изменить.

- Результат всегда на половину собирается из мелочей. Сегодня знающие увидели, что я сделал с тем, кто вышел из тени и начал убивать людей. Слухи будут разноситься, и тот самый страх слабости заставит всех сдерживаться. А если нет, я приду, и пожру тех, кто противиться. Жизнь полностью состоит из правил. Не подчиняешься правилам – сидишь в цепях и кандалах, пригвождённый к колонне. Я хочу, чтобы ты знала. Человек не откроет замок, существо не откроет книгу.

- Сукин сын со своей сучьей книгой… М-м-м, - стражник, по отмашке царя, завязал ей рот. Касандра задёргалась, звеня цепями и мыча как коровка. Стражник натянул свою тугую кожаную перчатку и сжав кулак, резко ударил её по лицу. Голова Касандры бессильно свесилась, из носа закапала кровь, смачивая её юбку.

- Этот город нужно поставить на ноги, Веленир. Место градоправителя свободно, - намекнул Давид.

- Благодарю царь, - кивнул колдун. – Но я вынужден отказаться.

- Как знаешь. Я уверен у тебя есть на то причины.

- Да, думаю ты в курсе. Я уеду завтра, - выдохнул Веленир и закрыл глаза, полностью расслабившись в кресле.


Как вам рассказ в целом? Какие ощущения вы испытали при прочтении и после? Поняли-ли вы, почему Касандра не смогла открыть книгу? Было ли вам очевидно, что это Веленир следил за Касандрой? Легко ли читалось? Приятен ли язык написания? Было ли интересно и на сколько(по 10-й шкале)? Понятны ли вам мотивы персонажей, нет ли вопросов: “почему так, это не логично, я не понимаю…”? Как вам сцены 10 и 11, чувствуется ли динамика в сражениях, или всё происходит как-то вяло, или рвано? Почувствовали ли вы законченность, или концовка не дала законченности?


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru