# 2019o Karnaval

fancon.ru - осень 2019

Карнавал


Ночное небо пронзали разноцветные лучи софитов. Они пересекались, создавая новые оттенки спектра. Из колонок гремела музыка, заставляя вибрировать грудную клетку. Блестящие конфетти дождём сыпались на пританцовывающих зрителей. Многие из них были одеты в карнавальные костюмы. И, чем более нелепа и смешна одежда, тем более подходила она для праздника. Через толпу проталкивались продавцы, с подвешенными на шею лотками. Одни предлагали купить специальные карнавальные печенья – бюнь, или арахисовые орешки в сахарной глазури. У других на лотках выставлены пакеты с конфетти и баллончики с жидким серпантином.

По проезжей части медленно двигалась платформа под музыку «La copa de la vida» в исполнении Рики Мартина. Она была разукрашена в цвета местной футбольной команды. На нескольких площадках платформы весело отплясывали бородатые мужчины в черных колготках, мини-юбках и спортивных бутсах. На их футболках красовались имена знаменитых игроков. Впереди платформы такие же футболисты разыгрывали между собой мяч. Особый восторг зрителей вызывал один толстый мужчина. Он то и дело поправлял огромный накладной бюст и кокетливо закладывал за уши длинные волосы парика.

Следом шли итальянцы в старинных костюмах. Они двигались неторопливо и с достоинством. Под оглушительную барабанную дробь молодые люди размахивали флагами с изображением гербов городов и деревень Ломбардии. Потом рассекали воздух длинными древками, закручивали полотна вокруг них и подбрасывали высоко вверх. Перевернувшись несколько раз в воздухе, флаги падали им точно в руки.

За ними шествовала платформа с движущимися куклами-политиками. Они вертели головами во все стороны, а на лицах, не меняясь, застыла одна из эмоций: радость, злость или высокомерие. Ведь куклам чужд калейдоскоп переживаний. На платформе стояла симпатичная девушка в декольтированной белой блузке, короткой, в красно-белую полоску юбке и широкополой соломенной шляпке с чёрной лентой. Она улыбалась зрителям и бросала конфетти.

Четверо парней стояли на обочине дороги, по которой двигалось шествие. Они были одеты в одинаковые костюмы средневековых рыцарей крестоносцев: шлемы «собачий капюшон» с откидывающимся забралом, рубашки с рукавами а-ля кольчуга, белые длинные туники с красными крестами, белые плащи, так же с крестами. И, конечно, какой рыцарь может обойтись без меча на поясе.

– Мишель, ты – высокий. Сможешь до неё добросить? – громким голосом, стараясь перекричать музыку, спросил Серж у своего товарища.

– Попробую.

Особым шиком было обрызгать из баллончика так, чтобы длинный цветной серпантин зацепился за одежду.

Мишель подпрыгнул и повесил на девицу ярко-жёлтую спагетину. Похожая на огромного дождевого червя, она свесилась со шляпки девушки и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Девица тут же, со смехом, отомстила Мишелю – бросила ему в лицо пригоршню конфетти.

Огромный надувной Годзилла, ведомая двумя парнями поплыла следом. Порыв ветра запутал верёвки у одного из них и туша начала заваливаться на бок, прямо на зрителей. Дети визжали от восторга и страха. Мягкое тело чудовища накрыло людей. Поводыри пытались выровнять тушу, но Годзилла решила ещё поразвлечься. Ветер сдул её к ближайшему дому, где на балконе стояли девушки. Ко всеобщему восторгу, чудовище ткнулось мордой прямо в них. Девицы стучали по ней руками и заливались хохотом.

– Ничего себе, – сказал Мишель, посмотрев на часы. – Мне ехать надо.

– Оставайся сегодня у меня. Завтра с утра поедешь. Сейчас девчонки подойдут. Будет круто, – прокричал ему Серж.

– Если я останусь, то завтра в колледж точно не попаду, – с сожалением ответил ему парень.

– Ну, как хочешь.

Мишель махнул рукой друзьям на прощание.

– Смотри, меч не потеряй по дороге! – крикнул ему вслед кто-то из приятелей.


В середине февраля всегда холодно. А ночью тем более. Ветер дул беспрерывно, не прекращаясь ни на секунду. Платаны по обочинам дороги клонили ветви, не имея сил ему сопротивляться. Желтоватый свет фонарей освещал дома, выхватывая из темноты элементы причудливых орнаментов. Львиные морды скалились над входными дверями. Уродливые горгульи с высунутыми языками неохотно поддерживали изящные белые балконы.

Мишель бежал что было сил на вокзал. Синтетический костюм совсем не согревал, а по ногам беспрерывно стучал деревянный меч. Его электричка отходила через несколько минут. Надо было послушаться друзей и заночевать у них. Мишель усмехнулся. Как же глупо он выглядит в своём наряде. На карнавале все одеваются, чтобы повеселить себя и других. А когда по современному городу несётся рыцарь крестоносец – это выглядит нелепо.

На последнем издыхании Мишель забежал в здание вокзала. На табло высветилась надпись, его электричка ушла. Придется ждать следующую. Зашибись! Он вышел на перрон. Несколько человек сидели на скамейках. Постепенно стали подходить такие же странно одетые личности.

Вот появились два китайца, переодетые драконами. Зелёные морды масок раскачивались в такт разговора. Поролоновые хвосты тащились позади них. Они постоянно трещали что-то на своём языке и хихикали.

Потом подтянулись двое здоровенных парней, одетые в розовые балетные пачки и спортивные кеды. Они тут же достали из рюкзаков бутылки с пивом и сигареты. Рослые и светловолосые мужчины, им бы больше подошли костюмы викингов. Хотя в качестве балерин они выглядели забавнее.

Следом подошли две девушки. Одна в костюме эльфа, с приделанными остроконечными ушками. На её спине два прозрачных крылышка трепетали на ветру. Другая – в костюме рыцаря.

С воплями и хохотом притащилась группа подростков в масках гоблинов. Более сильные парни задирали и толкали слабых. И те, зная законы «стаи», позволяли себя дразнить.

Мишель поёжился и попытался завернуться в тонкий плащ. Толку, разумеется, никакого.

Вскоре раздался гудок электрички. Странная компания сгрудилась возле остановившегося напротив вагона.

Мишель выбрал место возле окна, подальше от двери. Тёплое мягкое кресло располагало ко сну.

– Я хочу есть, – услышал он позади себя детский голос.

– Подожди, скоро приедем, – ответила женщина.

– Мама, я хочу спать, – опять занудно пропищал ребёнок.

– Спи.

– Нет. Пусть они попрыгают!

– Дай дедушке отдохнуть. Я всю дорогу тебя на руках тащил, – ответил скрипучий мужской голос.

– Пусть прыгают! – ребёнок протяжно заорал.

– Хорошо, хорошо. Угомонись только, – согласился мужчина.

Электричка тронулась. Мишель слегка вдавился спиной в кресло. Послышался скрип и равномерный стук колес. Не проспать бы. Нужно будильник поставить. Напротив него сидели китайцы, и под их непрерывное бормотание Мишель стал засыпать. Вот глаза на поролоновых драконьих мордах зажглись красноватым светом, и сил бороться со сном не осталось.


– Проснитесь, рыцарь! Они вас сейчас растерзают! – услышал Мишель пронзительный женский возглас.

Тут же он получил сильный удар в плечо, разбивший остатки сна. Мишель открыл глаза и уставился на двух зелёных драконов. Чешуйчатые твари, чуть выше полутора метров, шипели и тянули к нему морды. Мишель открыл рот, но закричать не смог. Он оцепенел от ужаса и не мог пошевелиться. Неожиданно появилась девушка в рыцарском костюме, которую он заметил ещё на перроне. Она начала бесстрашно размахивать мечом перед чудовищами. Мишель пригнулся и ползком стал пробираться ближе к выходу.

– Займитесь гоблинами, рыцарь! – закричала ему вслед девушка.

Мишель повернулся к ней и увидел в другом конце вагона юнцов в костюмах гоблинов, превращающихся в настоящих монстров. Они клыками и когтями разрывали кресла и с визгом бросали куски, пытаясь попасть в воительницу.

Драконы нападали, и девушка была вынуждена отступить назад.

– Достаньте меч! Вы так и будете столбом стоять?! – в негодовании прокричала девица.

Только Мишель хотел сказать, что от его деревянного оружия толку мало, как с удивлением заметил на себе железные доспехи. На голове он ощутил что-то более тяжёлое, чем его пластиковый шлем. Прикоснувшись, Мишель понял, что шлем из металла. В левой руке болтался увесистый чёрно-белый щит. Он с сомнением вытащил меч, ожидая выставить себя в глупом виде, но оружие было самое что ни на есть настоящее. Мишель поднял его острием вверх, и посмотрел с недоумением на клинок, всё ещё не веря в происходящее.

– Наконец-то, – презрительно процедила девушка.

Мишель постарался прийти в себя, понимая, что опасность реальна. Он тут же встал плечом к плечу со своей спасительницей и размахнулся мечом так, что едва не полоснул её по голове. Во второй замах ему повезло – удалось слегка задеть дракона. Чудовище зарычало и выпустило из горла фонтан пламени.

– Отступаем! – скомандовала девица, прикрываясь щитом.

Драконы тут же оживились и стали нападать более уверенно.

– Слушай, подруга, – обратился Мишель к девушке-войну. – Здесь ерунда какая-то происходит. Что вообще за дела?

Девушка мрачно сверкнула глазами.

– Во-первых, вы мне не настолько близкий человек, чтобы на «ты» называть. Во-вторых, мы должны защитить принцессу!

– Какую ещё принцессу?

Девушка на секунду обернулась. По выражению лица воительницы было ясно, что подобного остолопа ей видеть ещё не приходилось. Она показала Мишелю в конец вагона за их спиной. Его взгляду предстала удивительная картина. Парни в балетных пачках поставили ноги в пятую позицию. Они беспрестанно приседали и кланялись. Руки их плавно изгибались и хлопали, словно птичьи крылья.

– Эй, вы, балерины! Нам нужна помощь! – закричал Мишель парням.

Но те, казалось, не услышали его и продолжали выделывать свои па с выражением полного блаженства на лицах.

– Развели тут лебединое озеро! – Мишель чертыхнулся.

Девушка в костюме эльфа летала возле верхнего окна, безуспешно пытаясь его открыть.

– Выпустите меня! Здесь нет цветов! Я задыхаюсь! У меня пыльца с крыльев падает! – мелодично причитала она.

Старик в костюме пилигрима сидел в кресле, и прикрыв веки, что-то беззвучно шептал. Знатная дама прижимала к себе испуганную девятилетнюю девочку с короной на голове.

– Вот эта пигалица принцесса? Я здесь один нормальный? – спросил себя вслух Мишель.

– Мы защитим вас, ваше высочество! – услышал он голос неутомимой воительницы.

В тот же миг девушка-воин одним ударом снесла голову одному из драконов. Рогатая башка зверюги покатилась к ногам победительницы. Окровавленное тело в судорогах корчилось и извивалось на полу.

Второй дракон зашипел и попятился назад.

– Оставайтесь здесь, рыцарь. Я пойду посмотрю, что происходит в другом вагоне! – прокричала девушка и выскочила в тамбур.

– На пол ложитесь! Вы что, не понимаете? Они в вас попасть могут! – заорал Мишель людям.

Но только старик и мать с дочкой послушались его и заползли под кресла. Мишель поудобнее взял тяжёлое оружие и взглянул на противников.

Видя, что рыцарь остался в меньшинстве, гоблины пошли атаку. Вооружившись выломанными креслами, они попытались сбить Мишеля с ног. Подоспевший дракон выпустил струю огня и поджег их оружие. Гоблины закричали и бросили горящие кресла в людей, а сами убежали в дальний конец вагона.

Повезло, что в обмундировании рыцарей есть кожаные перчатки с железными пластинами. Мишель начал кидать обратно полыхающие куски. Запах от горелого пластика стоял невыносимый.

– Здесь должен быть огнетушитель! Кто-нибудь, найдите его! – закричал он прерывающимся голосом.

Мишель не ожидал, что хоть кто-то из людей откликнется на его призыв. Но он ошибся. Из-за его спины появился старик с огнетушителем и забрызгал пожар густой пеной. Дракону тоже досталось. В густом облаке белой пены он напоминал злобного снеговика.

Мишелю почувствовал, что поезд пошел быстрее. Стук колес слышался всё реже, а уши начало закладывать. Вагон стал раскачиваться из стороны в сторону, и всех болтало, как сахар в чашке с чаем. Из-за дыма дышать было тяжело. Мишель ударил несколько раз по стеклу и выбил его. Вместо свежести в вагон ворвался сквозняк, пропитанный запахом прогорклого масла. Дышать стало не намного легче. Мишель точно знал, что на пути есть тоннели. Поезд проскакивал их за считанные секунды. Но за окнами уже несколько минут мелькали тёмные стены. Туннель казался бесконечным. Мишель ухватился за кресло, пытаясь сохранить равновесие. Гоблины сначала испугались пены, но потом поняли, что она безопасна, и начали с удовольствием её есть. А дракону не слишком понравилось угощение. Он плевался и пытался очистить себя от прилипчивой гадости. Мишель воткнул меч в пол. У него ломило спину, и руки болели от непривычных упражнений с оружием. В вагоне наступила относительная тишина. Было слышно только, как чавкают гоблины, и причитает девушка-эльф возле окна.

– Вы справились с ними, доблестный рыцарь! – услышал он рядом с собой голос воительницы. – В соседнем вагоне дверь заклинило, и я не смогла её открыть. У них воды по пояс. Люди на спинках кресел стоят. Там белая акула и гигантский осьминог дерутся между собой. Хорошо, что людей пока не трогают.

Девушка облегченно вздохнула.

– Да, повезло им, – сказал Мишель с иронией.

– Надо было и второго дракона убить, – оглянувшись на врагов, добавила она.

– Извини. Не догадался, – Мишеля уже достали её замечания.

– Прикончим этих уродов! – воскликнула неугомонная воительница и ринулась в бой.

Мишелю пришлось последовать её примеру. Но сделав пару шагов, девушка поскользнулась и упала на пол. Дракон воспользовался моментом и устремился к девушке. Он зубами вцепился ей в ногу. Мишель воткнул несколько раз меч в бок дракона. Белая пена вокруг них тут же окрасилась кровью. Схватка была в самом разгаре, когда раздалась переливчатая трель и приятный женский голос сообщил:

– Уважаемые пассажиры! Поезд прибывает на третью платформу. Будьте внимательны при выходе из вагонов. Приятного вечера.

И тут Мишель получил креслом по голове.


– Да вставай же, – услышал он знакомый голос.

Мишель посмотрел прищуренными глазами на девушку в костюме рыцаря. Голова у него гудела. Шлем смягчил удар, но в ушах шумело.

– Это – конечная! Закроют тебя в вагоне и забудут до завтра, – продолжала она.

– Ты жива? – удивлённо спросил Мишель.

Девушка схватила его за рукав и поволокла к выходу. За другую руку ухватилась эльфийка и так дёрнула, что чуть плечо не вывихнула.

– Поаккуратней, – со злостью сказал Мишель. – А то пыльцу с крылышек стряхнёшь!

Девушка в рыцарской одежде хмыкнула.

– Хоть бы спасибо сказал, – огрызнулась эльфийка и вышла из вагона.

– Ладно, бывай. Дальше уж сам разбирайся, – и воительница ушла вслед за подругой.

Мишель медленно побрёл к выходу. В вагоне всё было на своих местах. Никаких разрушений и беспорядков. Он осмотрел свою одежду: от железных доспехов не осталось и следа. На трясущихся ногах он вышел на платформу. Паники на перроне тоже не было. Никто не кричал. Мимо проходили самые обычные люди. Мишель с недоумением огляделся. Ему нужно как можно быстрее сориентироваться в новой реальности. Наверное, он действительно задремал. Но какой яркий и правдоподобный был сон.

Мишель заметил двух китайцев-драконов. Один из них снял поролоновую морду и пытался что-то объяснить своему другу, показывая на шею. Судя по всему, второй китаец не видел причин для беспокойства.

Справа от него, из дверей соседнего вагона, потоком выливалась вода. В луже сидел мужчина с плавниками вместо рук и акульим хвостом. Человек хаотично размахивал конечностями. Брызги разлетелись во все стороны.

– Русалочка возвращается – ужасы, – не смог удержаться от улыбки Мишель.

Неожиданно плавники превратились в руки, хвост раздвоился, сформировались ноги. Мужчина поднялся и с недоумением стал отряхивать мокрую одежду.

Одна мысль, с кристальной ясностью, озарила Мишеля. Он зашатался и ухватился за ближайший столб. Значит, это было на самом деле. Он провёл рукой по голове и снял пластмассовый шлем. Его волосы на ощупь оказались липкими и мокрыми от пота.

«Люди что, ничего не видят? А эти – всё забыли?» – удивлялся молодой человек.

Он неуверенной походкой зашагал в сторону перехода. Впереди шла знакомая троица: старик-пилигрим, женщина в пышном платье и девочка в короне.

– Деда! Ну, пожалуйста!

Девочка старалась заглянуть старику в глаза и молитвенно сложила ручки.

– Прошу! Прошу! Пусть ещё попрыгают!

В голове у Мишеля что-то завертелось. Где он мог уже это слышать?

– Последний раз! – сказал старик.

Девочка в восторге запрыгала на месте. Старик вытащил из кармана двух кукол бибабо1 и надел их на руки.

У Мишеля озноб пошёл по телу. Всё началось именно с этого! «Пусть они попрыгают!» Мишель метнулся от них в сторону и опрометью бросился к выходу из вокзала. «Сколько ещё секунд у меня есть? На какое расстояние это действует?» – стучали у него в голове вопросы, на которые он хотел и боялся получить ответ.

Старик тем временем потряс одну из кукол и сказал писклявым голосом:

– А кто сейчас начнет играть? Кто нас будет развлекать?

– Не дадим вам заскучать. Мир начнем мы изменять! – грубым голосом ответила ему вторая кукла.

Возле игрушек образовался темный переливающийся серыми полосами круг, который стал постепенно разрастаться. Потом вдруг брызнули чёрно-серебристые искры во все стороны, преображая всё вокруг себя.

***

Мишель открыл глаза и тут же зажмурился. Постепенно он привык к ослепительному свету и увидел, что находится в большом белом зале. Толстые колонны поднимались к высокому потолку. Вокруг располагались ступени, на которых сидели мужчины в простынях. Они что-то горячо обсуждали и посматривали на него. Мишель поёжился и заметил на себе такой же покрывало с красными полосами.

Со своего места не спеша поднялся высокий старик с лицом землистого оттенка.

– Почтеннейшие сенаторы! Пизон2 был легатом и другом моего отца. По совету сената я дал его в помощь Германику для устроения дел на Востоке.

Старик говорил долго и нудно о каком-то Гнее Пизоне. То обвиняя, то защищая его. Мишель решил, что старик выкручивается и старается остаться не при делах.

Молодой человек огляделся вокруг.

«Похоже на Древний Рим. И люди не в простынях, а в как их называют… тогах, – размышлял он про себя. – Судя по всему Пизон конкретный перец. В чём его только не обвиняют: и в убийстве, и подстрекательстве к бунту и в колдовстве».

Мишелю осточертело слушать разглагольствования. Он считал минуты, когда всё закончится. Ему нестерпимо хотелось выйти из зала.

Тут старик сел на место и встал следующий сенатор. Он обвинил Пизона в заносчивости и корысти в управлении Испанией.

«Почему здесь нет столов? Можно было бы облокотиться», – возмущался тихо Мишель.

Но демонстративно выйти из зала он не решался. Когда-нибудь должно закончиться заседание!

Его вывел из задумчивости громкий голос. Мрачный старик, выступавший первым, глядя на Мишеля сказал:

– Гней Пизон, отвечай – признаешь ли ты себя виновным?

Мишель испуганно обвёл взглядом сенаторов. Все присутствующие кто с гневом, кто с сосредоточенным выражением лица, смотрели на него.

Сосед толкнул его локтем в бок.

– Вставай, Пизон. Или ты хочешь выказать неуважение к Тиберию3?

Мишель неуклюже поднялся.

– Я… – он безуспешно пытался найти подходящие слова.

Раздался недовольный шёпот.

– Можешь сказать что-либо в своё оправдание? – продолжал допрашивать Тиберий.

«Как в колледже. Оказалось, я единственный не выучил уроки», – мелькнуло в голове у Мишеля.

Сидевший рядом сенатор встал и, многозначительно откашлявшись, сказал:

– Уважаемые сенаторы! Прошу предоставить Гнею Пизону три дня для подготовки защиты.

Присутствующие согласились. Тиберий объявил заседание законченным. Мишель облегченно вздохнул и направился к выходу. Его остановили трое сенаторов.

– Не волнуйся, Гней. Мы сумеем выгородить тебя, – тихо сказал один из них.

– Уж постарайся, Луций. Своим убийственным красноречием ты многих довёл до могилы, – ехидно добавил второй.

– Мы знаем в чём дело, – с серьёзным видом прервал их третий. – Многие зависит от Планцины. Что она говорит?

«Я что – Пизон? Вот повезло! Да когда же это кончится!? – проклиная всё на свете думал Мишель.

Они шли по широким коридорам. В тишине их сандалии щёлкали по мраморному полу.

– Заставь Планцину пойти к матери Тиберия. Пусть плачет, просит. Делает что угодно. В конце концов ты её муж. У вас двое сыновей. Это многое значит.

– Да? – не удержался от восклицания Мишель.

Сенаторы быстро переглянулись между собой.

– Тебе нужно хорошо отдохнуть, – сказал Луций и взял молодого человека под руку.

Они услышали громовые раскаты.

– Гроза будет. Наконец-то! Жара меня доконала, – сказал серьёзный.

– Ты ошибаешься. Это народ кричит на улице, – разочаровал его Луций.

Они вышли во внутренний двор и увидели нескольких сенаторов. Мишель с тремя сенаторами встали в отдалении от них.

– Пизон, твои статуи народ потащил к Гемониям 4. Там им самое место, – крикнул кто-то из них.

– Иногда мне кажется, что народ более прозорлив, чем мы хотим в том признаться, – поддержал его другой.

– Давать несколько дней убийце, чтобы он нашёл слова оправдание своим поступкам? По-моему, это оскорбление для памяти покойного и унижение для его несчастный жены!

– Пусть он вспоминает свои преступления. Вдруг у зверя найдутся чувства.

За стенами слышались выкройки:

– Отдайте нам Пизона!

– Он не уйдет живым, если его оправдали!

Мишель стоял как оплёванный. Солнце палило неимоверно. На голову словно горячую сковороду поставили. Какая-то мысль не давала ему покоя. Он вспомнил! Старик с куклами, девчонка и женщина. Наверняка, они это сделали! Их нужно срочно найти! Он стал оглядываться. Негодяи стоят где-нибудь здесь и наслаждаются его страданиями!

К Мишелю подошёл человек с коротким мечом на поясе.

– Гней Пизон, трибун преторианской когорты будет сопровождать тебя до дома. Садись в носилки, – бесстрастно произнес он и показал на шкаф с занавесками.

Недавние друзья Мишеля отшатнулись от него как от прокаженного. Молча, под осуждающий взглядами сенаторов, он побрел к носилкам. Сидеть в них было неудобно, тогда молодой человек лёг словно в гроб и задернул занавески. Потом почувствовал как носилки подняли и понесли. Послышался звук открывающихся ворот. Шум и крики усилились.

– Мы сами накажем Пизона!

– Смерть убийце!

Неожиданно чья-то рука показалось из-за занавески и попыталась схватить Мишеля. Молодой человек отшатнулся и рука, дернув за подушку исчезла вместе с ней.

Крики превратились в сплошной гул. Мишель увидел как к нему залетел камень. Руки со всех сторон тянулись к нему пытаясь вытащить. Тут носилки начали раскачиваться из стороны в сторону. Видимо рабам пришлось бежать для спасения господина.

Тут он услышал скрип ворот и носилки поставили на землю. Мишель приоткрыл занавеску и к нему подбежал мужчина, услужливо подставляя лесенку, чтобы он мог спуститься.

Мишель заметил женщину лет сорока со скрещенными на груди руками. Она медленно подошла к нему.

– Верная Планцина ждала тебя, – сказала она Мишелю. – Пойдем в дом.

Они вместе пошли по выложенной камнями дорожке. Зонтикообразные кроны пиний скрыли их от беспощадного солнца. Перед самым домом был разбит сад с цветниками и фонтанами. Поднявшись по широкой лестница они попали в просторной холл, где повсюду их окружали колонны настоящие и декоративные.

– Ты с утра ничего не ел. Я ждала, чтобы мы пообедали вместе. Муж и жена должны поддерживать друг друга, – грустным голосом произнесла она.

В одной из комнат стояло два ложа. Возле каждого располагался низкий столик. Планцина, изящно подобрав одежду, возлегла на одно из них. Она взмахнула рукой и к ним подбежали две девушки с чашами в руках. Они низко склонили головы и встали на колени, чтобы Мишелю и Планцине было удобно мыть руки. Несколько рабов расставили на столах блюда с едой.

– Я распорядилась приготовить твою любимую рыбу, – сказала Планцина.

«Мало того что у меня старая жена, так ещё и дети есть» – Мишель искоса посматривал на супругу.

– Ты чем-то не доволен? Я тебе не угодила? – спросила Планцина.

– Всё нормально. Почему дети не едят с нами?

Супруга с удивлением распахнула сильно подкрашенные глаза.

– Марк остался с твоим войском в Сирии. А у Гнея недавно родилась дочка. Ему лучше побыть с семьёй.

«Значит они старше меня и я дедушка», – подумал Мишель.

Он попробовал своё «любимое» блюдо. Рыба оказалась вкусной, но соус был пересолёный и отдавал тухлятиной.

– Прокисло, – сказал Мишель отодвигая от себя блюдо.

Планцина попробовала.

– Нет. Это с тобой что-то не так. Сам на себя не похож и я понимаю почему.

– Ты даже не представляешь как люди могут измениться за один день, – ответил ей Мишель.

Планцина взмахнула рукой и рабы вышли из комнаты.

– Нам не стоит бояться Мартины. Я послала к ней человека заказать быстродействующий яд, который не оставлял бы следов. Им он её и отравил, – Планцина хохотнула.

Мишель с подозрением посмотрел на супругу, не понимая шутит она или говорит правду.

– Пойду распоряжусь насчет ванны для тебя, – сказала Планцина и вышла из-за стола.

– Та ещё зараза,– тихо произнес Мишель, когда супруга скрылась из виду.

Есть ему расхотелось. И тут он вспомнил как читал и видел в фильмах, что происходило в давние времена в бассейне. Купаться он тут же передумал.

– Я сделаю тебе массаж, – сказала Планцина стоя в дверях.

На ней была надета тонкая туника, едва прикрывавшая её прелести.

– Я пойду отдыхать. Так устал за сегодняшний день, – нервно проговорил Мишель.

Планцина выглядела разочарованной.

– Ну, раз ты желаешь. Пусть боги берегут твой сон.

Мишель встал с ложа. Вот только куда ему идти он не знал.

– Спина болит. Пусть мне помогут, – сказал он.

– Аристей, проводи господина в спальню.

Мишель прихрамывая, и опираясь на плечо раба, побрел в свои покои. Там он сделал вид, что прилег. Стоило рабу выйти как Мишель вскочил на ноги и вышел из комнаты.

– Где они могут быть? Покажитесь, мерзавцы, – шептал он, пробираясь на полусогнутых ногах по коридору.

Не успел он сделать и десяти шагов как услышал голос Планцины:

– Милый, ты не спишь?

– Решил прогуляться, дорогая,– еле сдерживая досаду, ответил Мишель.

– Сеян пришёл. Говорит, ты его ждешь.

– Конечно жду, – ответил Мишель и стал возвращаться.

Первое, на что он наткнулся в своей комнате был холодный взгляд мужчины средних лет с аккуратной стрижкой и в добротный тоге. Мишелю он сразу не понравился.

– Друг мой! Рад видеть тебя в добром здравии, – сказал Сеян.

– Какое тут здоровье,– Мишель догадывался что нужно отвечать.

– Верно, – Сеян изобразил на лице сочувствие. – Мы живём в страшное время. Думаешь, что поступаешь правильно, а оказываешься под судом.

Сеян многозначительно посмотрел на Мишеля.

– Я не знаю как мне выпутаться?

– Давай поговорим начистоту, – продолжил Сеян и уселся за стол. – Скажем так: никто хочет избавиться от ненавистного человека и просит об услуге верного сторонника. Всё складывается удачно, но потом соратник начинает вести себя слишком неосмотрительно. Надеясь на поддержку – он забывает об осторожности.

Мишель закивал головой начиная понимать, что никто – это высокопоставленный заказчик, а он, Пизон – исполнитель.

– И получается, что защищать соратника, у всех на глазах радующегося выполнению своего задания, становится тяжело.

– Против меня и сенаторы, и народ. У кого искать защиты?

– Дело трудное, но выполнимое, – Сеян мягко улыбнулся. – Хотя есть одна проблема. Ты хранишь несколько писем для своей безопасности.

Сеян сделал многозначительную паузу.

– Сегодня жарко. Прикажи принести вина, – добавил он как бы между прочим.

Мишель сел напротив собеседника и в задумчивости позвал раба.

– Видишь ли, эти письма не обеспечивают безопасность. Они сами по себе угроза.

Сеян наклонился к Мишелю и зашептал:

– Тиберий не слишком популярен в народе, и если узнают о чём он тебя просил, то Риму грозят заговоры, бунты, волнения. Ты же не хочешь навредить себе и государству?

В комнату вошёл раб и поставил на стол вино и фрукты. Стоило ему выйти и разговор возобновился.

– Ты предлагаешь вернуть письма, – спросил молодой человек.

– Так будет лучше для тебя и твоей семьи. Поверь старому другу. Это единственный выход, – Сеян печально прикрыл глаза.

– Я отдам письма, – сказал Мишель. – Но завтра.

– Зачем тебе время? Чем быстрее ты от них избавишься, тем лучше. Я могу дать слово, что отдам письма кому следует.

– Нет, приходи завтра.

Сеян поднялся из-за стола.

– Мне жаль тебя, Пизон. Я понимаю ты мне не доверяешь. Но поверь – он не встретиться с тобой лично. Не надейся.

– Какие гарантии можешь мне дать что сделаешь как говоришь? Разве ты не нарушал клятвы?

Сеян бросил на него взгляд полный ненависти.

– Отдай письма или придется применить силу, – зашептал он.

– Не надо угрожать.

– Прощай, Пизон. Вполне возможно, что мы больше не увидимся,– сказал Сеян и вышел из комнаты.

Мишель подошёл к столу, завальному бумагами.

– Где Пизон хранит какие-то документы. Явно не на видном месте, – прошептал он.

На столе валялась скульптура девушки, держащей над собой диск. Мишель поднял его и заметил чей-то взгляд. Он нерешительно посмотрел в диск. На него смотрело лицо совершенно незнакомого человека. Длинный узкий нос, слегка обвисшие щеки и оттопыренная нижняя губа дополняли портрет.

– Это я!? Старик! Не удивительно что у меня есть внуки! – воскликнул Мишель.

В комнату вплыла Планцина.

– Я видела Сеяна. Он выглядит расстроенным. Я понимаю почему.

– Значит, ты в курсе.

– Мы одна семья. Ты правильно сделал, что не отдал ему документы. Сеян хочет выслужиться перед Тиберием. Ему нет дела до нас.

– Я так и понял.

– Где ты хранишь документы?

– В надежном месте.

Планцина закрыла лицо ладонями и заплакала. Мишель растерялся.

– Перестань. Я сегодня в таком состояние и говорю не пойми что, – принялся утешать «жену» молодой человек.

Планцина бросилась на пол и обняла его колени.

– Я твоя жена. Разве и мне не веришь?

– Конечно верю,– обескуражена проговорил Мишель.

– Я добьюсь встречи с матерью Тиберия. Отдам ей бумаги. Буду умолять заступиться за нас, – сквозь слёзы проговорила Планцина.

– Успокойся. Мне надо подумать, – ответил Мишель, помогая ей встать.

– Я боюсь, что мы опоздаем. Они могут прийти за тобой. Мы лишимся всего имущества. Наши сыновья не смогут получать высших должностей и станут изгоями. Ты не можешь так поступить с нами!

– Действительно проблема.

– Прошу, подумай о нас! – с рыданием закричала Планцина.

– О нас?

– О детях и обо мне, – вытирая мокрые щёки сказала Планцина.

– А я? – Мишель и сам понимал как по-детски звучит его вопрос.

– Дорогой, любимый супруг. Я постараюсь сделать для тебя...

– Постой! Значит для меня всё кончено!?

– Если за нас заступиться, а за тебя нет, то остается единственный выход: достойно покинуть этот мир. Но я буду всю оставшуюся жизнь оплакивать тебя, – добавила Планцина в качестве утешения.

– Мне не очень хочется кончать жизнь самоубийством! – воскликнул Мишель.

– Есть много способов уйти из жизни. Я считаю, самое достойное – вскрыть вены. Хочешь помогу?

– Не надо.

– Подумай о детях! – Планцина снова зарыдала.

Мишель подошёл к окну и отдернул занавеску. Раскалённый воздух, смешанный с терпким ароматом сосен, попал ему в легкие. Несмотря на жару деревья стояли зелёные. Пёстрые цветы на лужайке также не испытывали недостатка влаги.

«Круто. Я, значит, порежу себе вены, а она поплачет? Обалденные у них тут законы», – Мишель в себя не мог прийти от негодования.

Он заметил старика-садовника аккуратно подстригающего увядшие розы. Что-то показалось знакомым в его лице. Кроткий взгляд, осторожные движения напомнили Мишелю пилигрима из поезда. В ту же секунду, молодой человек перескочил преграду и бросился в сад. Старик с недоумением уставился на него.

– Господин, что случилось? – еле внятно пролепетал он.

– Что случилось?! Как у вас совести хватает спрашивать?! – взревел Мишель.

– Я не понимаю.

– Доставай своих чёртовых кукол! – и он ухватил старика за тунику и стал трясти. – Считайте, всё позволено? Возвращайте меня назад или я вас придушу!

Старик ухватил Мишеля за руки, пытаясь остановить его.

– Перестаньте нервничать, молодой человек. И не кричите, – сдался старик.

– Ага. Я уже стал молодым человеком? Ничего, что я выгляжу на шестьдесят?

– Послушайте. Мы вернёмся и вы бы всё забудете, – сказал старик примирительным тоном.

– Я должен перенести смерть, а потом, как ни в чём ни бывало, вернуться в своё время?

– Да. Так просто.

– Вы что не видите?! Я всё помню!

– Небольшой сбой.

– Дорогой, что случилось? – раздался взволнованный голос Планцины.

– Этот садовник срезал все цветы подряд! – прокричал ей в ответ Мишель.

– Оставь. Прикажи слугам наказать его.

– Я сам справлюсь, – и Мишель потащил старика в дом.

– Постойте. Моя дочь и внучка остались в саду. Их тоже нужно забрать, – начал умолять старик.

– Где они?

К ним подбежала испуганная женщина с девочкой.

– Папа, ты в порядке? – спросила женщина.

– Он помнит, – ответил старик.

– Ты же говорил – люди забывают.

– Вот и ошибся, – недовольно проворчал старик.

Молодой человек и старик с семьёй зашли в дом.

– Надо найти пустую комнату. Нельзя чтобы кто-то попал в наш мир, – старик принялся рыться в складках своего одеяния. – Сейчас я их найду.

– Я знаю одно место, – сказала женщина и пошла впереди.

– Извините меня, молодой человек. Хотел внучке показать Древний Рим, а ей неинтересно. Маленькая ещё, – старик уныло брёл рядом с Мишелем.

– Нашли что показать. Вы бы ей лучше мультики включили.

– Наверное, вы правы, – старик совсем приуныл.

– Я нашла документы!

На их пути неожиданно возникла Планцина с бумагами в руках. Рядом с ней стояли два огромных раба.

– Если ты не хочешь по-хорошему, тогда будет по моему, – супруга торжественно помахала документами в воздухе. – Не хотела говорить, Пизон, но ты оказался слабаком.

И она развернулась, чтобы уйти.

– Госпожа, а с этими что делать? – спросил её один из рабов.

Планцина бросила короткий взгляд на спутников Мишеля.

– Скормите их свиньям. Моего мужа отведите в комнату. Пусть выглядит как самоубийство.

Планцина вышла на террасу.

– Подайте носилки! Торопитесь вы – растяпы! – услышали они её звонкий голос.

Первый раб схватил старика с женщиной и поволок их по коридору.

– Господин, вы слышали приказ, – сказал Мишелю другой раб.

– Стойте! Подождите! – закричал молодой человек. – Сколько она вам заплатила? Я могу дать намного больше.

Рабы переглянулись.

– Заплачено. Не слушай его, Эвтик, – сказал своему товарищу первый раб.

– Тогда выполните последнее моё желание и я отдам вам все деньги, которые у меня есть. Моя жена ничего о них не знает. А потом можете нас убить.

Рабы снова обменялись взглядами.

– Чего желаете, господин?

– Я хочу написать вольную для его сына, – Мишель указал на старика.

– Ладно. Госпожа уехала. Время есть, – сказал Эвтик.

Они пошли в кабинет Пизона. Мишель сделал вид, что роется в бумагах. Рабы ушли в другой угол комнаты и развалились на мягких ложах.

– Вот они, – старик наконец-то нашёл кукол. – Встаньте поближе ко мне.

– Мы их не прихватим? – спросил Мишель.

– По идее, не должны.

Старик явно нервничал. Его знобило как при болезни. Вскоре ему удалось одеть кукол на руки.

– Чего вы там делаете? – спросил один из рабов.

– Время, поворачивайся вспять. Рим нам нужно покидать, – зашептал старик.

И снова одна из кукол ожила:

– Мы готовы исполнять. Начинаем всё менять.

Тут же вокруг них образовалась белое кольцо и Мишелю показалось, что его отбросило взрывной волной.


Они стояли посреди платформы на вокзале, плотно прижавшись друг к другу. Их обходили, толкали, спешащие по своим делам люди.

Мишель огляделся.

– Слова Богу! – воскликнул он и толпа начало обходить его, подозрительно поглядывая.

– Вы спасли нас, молодой человек,– сказала женщина прижимая к себе девочку. – Я не знаю, папа, что, если бы нас убили?

Старик прокряхтел что-то невразумительное.

– Перестаньте играть с этими штуками. Разве не понимаете как они опасны? И кстати, стихи – отвратительные, – сказал Мишель старику.

– Вы должны быть мне благодарны. Я показал вам Древний Рим, – насупившись ответил старик. – Не каждому такое даётся.

– Не всякого человека съедает лев и я не хочу пережить подобный опыт. Даже, если буду уверен что выживу.

Мишель круто развернулся и скрылся в толпе.

– Папа, может и правда достаточно?

– Оставь. Один единственный раз вышла накладка. Неужели ты думаешь это повод бросить путешествия?

Старик обнял дочь и внучку.

– А с тобой, моя маленькая, мы будем путешествовать только по сказкам, – добродушно сказал старик девочке.

– Хочу! Хочу! – заверещала она.

– Папа! – попыталась возмутиться женщина.

– Что? Ребёнку надо развиваться. И мои путешествия лучше, чем всеми засельфенные достопримечательности. Правда, внучка?

– Но, папа!

– Классно, дедушка! – закричала перебивая мать девочка.


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru