# 2019o Nedokormysh Liz

fancon.ru - осень 2019

Недокормыш Лиз


Лиз достала из сундука шубку и встряхнула, пытаясь оценить, как та дожила до осени. Полетели клочья тусклой шерсти, и стало ясно – моль всё-таки до неё добралась. Мамина шуба, верно спасавшая девушку последние три года, окончательно погибла в битве со временем и прожорливым насекомым.

За окном в серой промозглости осеннего вечера с деревьев срывало последние листья. «Эту зиму я не переживу», - поняла Лиз. Денег нет не то что на шубу, но даже на дрова. Весна и лето были холодными, урожай плохим, всё стоило дорого, и сделать запасы из скромных заработков девушке не удалось. Зимой же без шубы и вовсе не поработаешь.

Девушка отвернулась от окна и в тщетной надежде обвела взглядом комнату. В неё уже заполз сумрак, и слабый огонёк в камине разогнать его был не в силах. Но Лиз и так знала, что ничего для продажи здесь нет.

Всё самое ценное продала ещё мать после смерти отца. Это вместе с её заработком позволяло им как-то держаться. Лиз даже ходила в школу. Теперь Лиз жалела о напрасно потраченном времени. Лучше бы она тогда училась у матери её мастерству вышивальщицы! Глядишь, сейчас бы шила в мастерской у модистки, а не перебивалась случайной работой за кусок хлеба. Лиз понимала, что и ту соседи находят ей больше из жалости.

«Может, сходить к мадам Берг, попроситься к ней на зиму?», - мелькнуло в голове Лиз. Прошлой осенью прачка Дарин почти пристроила девушку туда:

– Это лучший бордель города и хозяйка хорошая, - убеждала Дарин. – Она своих девочек в обиду не даёт. К ней так просто не попасть, тем более с такой внешностью, как у тебя, недокормыш. Знаешь, как я её уговаривала, чтоб тебя пристроить.

Лиз на неё не обижалась. Что выглядит она как уличный бездомный котёнок, девушка и сама знала. Потому и не удивилась, что мадам, посмотрев на её тусклые волосы, тени под глазами и тощую фигуру, поморщилась.

– Дарин, я возьму твою знакомую, но только из-за наших хороших отношений. Сама понимаешь, класс у неё совсем не тот. Единственное достоинство девственность, но это ненадолго. Придётся помучиться, чтобы привести в порядок.

Продержалась там Лиз всего три дня. Хорошо было – тепло и сытно, и работать не заставляли. Ей дали время, чтобы «чуть-чуть отъестся», сказала Мадам. И когда поймала Лиз на кухне, помогающей поварихе, отругала:

– Я тебе для чего дала время? Чтобы хоть немного округлилась, с рук мозоли сошли. Дополнительные поломойки, кухарки мне здесь не нужны. Так что выбирай – или, или.

Но даже трёх ночей наблюдений и разговоров с девочками мадам хватило Лиз, чтобы понять: она здесь не сможет.

Замужество сироте и бесприданнице тоже не светило. Единственный, кто готов был жениться на бедных девушках, это мясник Бригер. Недавно он овдовел в седьмой раз и сейчас присматривал очередную невесту. Но Лиз была не в его вкусе. Он предпочитал девушек помоложе и покруглее.

Вспомнив его волосатые руки и синяки у последней из его жён, Лиз передёрнулась: «Чем за такого, лучше уж за Чёрного Фудока замуж пойти!»

Глаза Лиз расширились от внезапно пришедшей мысли: «А и правда! Чем медленно умирать этой зимой, пойду я лучше к Чёрному Фудоку и выйду за него замуж».

Утром Лиз не передумала. Быстро собралась, завязав в вышитый мамой платок её пяльцы и шкатулку с памятными вещицами, положила в холщовую сумку всё, что могло пригодиться в дороге. Подумав, накинула свою расползающуюся шубейку. Всё равно другой тёплой одежды не было. Подвязала её платком. Засмеялась, бросив взгляд в растрескавшееся зеркало:

– Ну и чучело! Напугаю страшного Фудока! – и отправилась в путь.

Место, откуда начиналась волшебная тропа, ведущая в зачарованный замок, знало всё женское население здешних мест. Лиз впервые показала его подруга, когда им было лет девять:

– Вот от того камня начинается дорога к Чёрному Фудоку. Кто пойдёт по ней или умрёт, или станет хозяйкой Замка над Озером. Моя сестра даже сделала по ней пять шагов!

Такую малышню, какой тогда были подружки, тропа не пропускала. Можно было хоть полдня ходить вокруг камня, но так и останешься всё на той же поляне в роще на берегу озера. Только те, кому исполнилось пятнадцать лет, могли пойти по тропе. И многие пробовали. Большинство быстро возвращались, но ничего не рассказывали. Другие же исчезали навсегда.

Вот и сейчас у начала тропы Лиз столкнулась с другой желающей отправиться в зачарованный замок. Нарядная красавица окинула Лиз презрительным взглядом и так толкнула плечом, проходя мимо, что та покачнулась и чуть не упала. Красавица сделала пару шагов мимо камня и исчезла.

– Ну и ладно! Подожду, - сказала Лиз, потирая плечо. – Не особо хочется локтями толкаться.

Она решила дать время красавице пройти подальше, чтобы не раздражать своим видом, и присела на камень. Только с этого места можно было увидеть дом Чёрного Фудока, точнее, его отражение. Это было странно. Если просто смотреть на тот берег, там ничего кроме деревьев, скал и холмов не было. Это же видно было в воде, если смотреть на неё в любом другом месте. И только если посмотреть от этого камня, то вид открывался совсем другой.

Тёмным силуэтом отражался замок в глади озера, возвышаясь над городом, так похожий на знакомый Лиз. Только никогда, говорят, там не видели отражений людей, светящихся окон, даже цвет листвы у деревьев всегда был осенним, смотри хоть весной, хоть летом.

За рассматриванием отражения заколдованного города полчаса, отведённые для соперницы, пролетели незаметно. Лиз встала и решительно зашагала по тропе. Она выглядела хорошо утоптанной, так что девушка не боялась потерять дорогу. Лиз шла и напевала. На душе было легко. Решение принято и будь что будет!

Вдруг навстречу из-за поворота выбежала обогнавшая её девушка. Она была такой же красивой и нарядной, но уже не такой гордой. Увидев Лиз, красавица немного сбилась, замедлила шаг и попыталась принять надменный вид. На приветливую улыбку Лиз смущённо и сердито посмотрела на неё и бросила:

– Иди, дура! Там только таким и место.

– Вот и хорошо! Я тоже так думаю, - добродушно поддержала её Лиз и пошла вперёд.

Вот вывела её тропинка к небольшой речке, что впадала в озеро. Река была неширокой и неглубокой, но сейчас, поздней осенью, перебраться через неё будет непросто. Так что, увидев впереди мостик, Лиз обрадовалась.

У входа на мостик стояли три женщины. Старшая из них спросила Лиз:

– Куда ты идёшь, недокормыш?

– Замуж за Фудока выходить!

– Плати нам монетку за проход по мосту, а лучше назад возвращайся.

– Посмотри, что с нами Фудок сделал, - поддержала её вторая. – Видишь шрамы, проплешины. Чудовище нас так мучило, что теперь одна горбатая, другая хромая, третья кривая. Возвращайся лучше домой.

– Но вы ведь живы, что уже хорошо. Все думают, что не вернувшиеся девушки умерли. Я рада, что это не так. А мучил он вас, потому что вы его боялись. Он как пёс, чует страх и пьянеет от него. А я Фудока не боюсь и замуж за него выйду! Мне терять нечего. Только у меня монетки нет.

– Проходи, - расступились женщины, освобождая дорогу. – Монетку за тебя красавица, что шла первой, заплатила. Так и сказала «Чучело, что идёт сзади, пропустите», а сама, нас послушав, назад повернула.

– Надо же, какая добрая! Никогда бы не подумала, - улыбнулась Лиз, и перешла мостик.

Долго ли коротко она шла, Лиз не знала. Небо здесь было затянуто серыми тучами, солнца не видно, рассеянный свет не становился ярче или слабее, оттого определить, сколько прошло времени, было сложно. Вокруг тропинки пейзаж тоже не менялся – сухая трава, кусты и почти голые деревья, которые то подступали к дорожке, то расступались полянами. Казалось, что ты идёшь по бесконечному кругу. Чтобы подбодрить себя и скоротать время Лиз пела, старательно вспоминая всё, что когда-то слышала.

Но вот стал подниматься ветер, закруживший вокруг девушки сухие листья вперемешку с туманом. Он дул ей прямо в лицо, так что песням пришёл конец. Порывы усиливались, и иногда Лиз казалось, что ветер вот-вот сдует и её, поднимет и закружит, как лист. Но она не отступала, шла, почти ложась на ветер, медленно продвигаясь вперёд, и радовалась, что надела свою облезлую шубу. Так она была хоть чуть-чуть тяжелее, и ветру труднее было отобрать последние крохи тепла.

Из-за борьбы с ветром и клубов тумана Лиз не замечала ничего вокруг, и когда порывы стали стихать, она вдруг обнаружила, что стоит на пустой городской площади. Дома, окружавшие её, выглядели совсем обычно, только какими-то тихими. Из труб не тянулся дымок, окна не светились, не видно было никого живого, даже вездесущих голубей и кошек.

Потому Лиз даже вздрогнула, когда заметила приближающегося высокого старика, кутающегося в тёплый плащ. Одет он был богато и выглядел величественно, как хозяин здешних мест.

– Куда ты идёшь, девушка? – приблизившись к Лиз, спросил он.

– Иду в замок Чёрного Фудока, - честно ответила та.

– Судя по твоим лохмотьям, надеешься найти там сокровища и разбогатеть.

– А там и сокровища есть? – с искренним удивлением спросила Лиз. – Нет, я выйду замуж за Фудока.

– Ты, такая страшненькая? – с насмешкой спросил старик.

– Он-то, говорят, и вовсе чудовище. Так что мы вполне подходящая пара, - рассмеялась Лиз.

Старик даже поперхнулся от неожиданности. Вначале нахмурился, а потом тоже захохотал.

– Да уж, подходящая пара – воробей и ястреб, - просмеявшись, сказал он. – Не боишься?

–Ничего, воробей птичка умная и шустрая, не то что голубь. Глядишь, и уцелеет. Если воробью всех, кто больше, бояться, то лучше сразу умирать при рождении.

Важный старик пристально всмотрелся в девушку и кивнул своим мыслям.

– Ладно, помогу воробушку. Возьми это колечко, - протянул старик медное колечко с сердоликом.

– Спасибо! – Лиз надела и повертела рукой, любуясь тёплым свечением камушка. – Красивое!

– Да уж, для тебя и такое сойдёт. Главное, помни, что оно один раз тебя спасёт, один – послужит, и один раз поможет. А потом превратится в простую медную побрякушку. А теперь шагай, тропа тебя сама к Фудоку выведет.

Поблагодарила Лиз и отправилась дальше.

Наконец, когда серый воздух стал наливаться сумеречной синевой, вышла Лиз к стенам замка. Слышит девушка стоны, видит – между камней железные колья вбиты, а на тех кольях женские тела висят. От одних только скелеты в лохмотьях плоти остались, другие гниют, третьи ещё живые, стонут.

Обмерла Лиз. Вдруг одна из девушек глаза открыла и прямо на неё посмотрела.

– Чем тебе помочь? – спросила её Лиз. Подошла ближе, достала флягу и смочила губы страдалицы.

– Ничем ты не поможешь. Лучше сама спасайся. Уходи, пока Фудок тебя не видел.

– Нет, не вернусь! Семи смертям не бывать, а одной не миновать. Раз сюда дошла, уже не отступлю. Выйду замуж за Фудока!

– Там в комнате лопата лежит. Ты Фудоку еду на лопате подай. Иначе он тебя схватит и растерзает.

– Если накормишь, то даст он тебе задание камыш у озера срезать, не выполнишь – растерзает, - вступила в их разговор другая.

– Нет, не про камыш задание будет, - возразил ей другой слабый голос. – Задания он разные даёт. Главное, их три будет. Если выполнишь все, то женится. Если нет – убьёт или как нас замучит.

– Спасибо, подруги, за совет. Может, мне повезёт больше, - сказала Лиз и вошла в ворота. Идёт, не видит нигде ни стражников, ни слуг, никого живого. Только каменный двор и стены.

Поднялась на крыльцо, толкнула тяжёлую дверь, вошла, и даже пары шагов сделать не успела. Кинулось к ней из темноты чудовище с горящими глазами, когтистые лапы схватили, разрывая шубу. «Колечко, колечко, спаси!», - только и успела подумать Лиз. Тут же обернулась стальной иголкой и выпала из когтистых лап.

Заревело чудовище гневно. Вспыхнул в зале свет, но не увидел дракон маленькую иголку, упавшую в щель между каменных плит, затерявшуюся в мусоре, что покрывал пол. Бьёт хвостом дракон, огнём пышет, когтями то пол, то стены царапает, но найти Лиз не может.

Расправил крылья Фудок, поднялся под высокий потолок и вылетел в огромное окно в наступающую ночь.

Подождала Лиз и вновь обернулась девушкой. Осмотрелась вокруг. В странном магическом свете, оставшемся после Фудока, виден был огромный холл, напоминавший колодец. Внизу которого видны были тёмные проёмы арок уходящих вдаль коридоров, а лестницы в противоположных концах вели на верхние этажи и галереи.

Пол огромного холла был усыпан мусором, а стены и лестница покрыты пятнами запёкшейся крови.

– Да уж! Среди такого любой превратиться в зверя, - произнесла Лиз и задумалась. Одной ей с уборкой не справиться.

– Колечко, колечко, послужи мне! Сделай этот зал таким, как он был раньше.

Сверкнул сердолик тёплым огоньком и в один миг всё преобразилось. Исчезли грязь, кровь, следы зубов и когтей. В камине загорелся огонь, на полу появился мягкий ковёр, на стенах гобелены.

Хотела Лиз выйти из зала, посмотреть, что там прячут тёмные коридоры, кухню поискать, но обнаружила, что хоть дверей нет, сделать это она не может. Словно невидимый барьер её не пропускает. Обернулась к входной двери, попыталась её из любопытства открыть – не смогла. Зато увидела лопату, что стояла рядом с ней.

– Лопату я нашла, а вот чем хозяина кормить? – вспомнила Лиз совет девушки.

Словно в ответ на это у стены появился низенький столик, на котором стояло блюдо с большими кусками жареного мяса. Вздохнула Лиз, глотнула слюнки, но ни кусочка не взяла. Достала из своей сумки краюху хлеба.

– Буду вприглядку с мясом есть, - пошутила она.

Только и успела кусочек откусить, как услышала шум драконьих крыльев. И вот уже в центре зала стоит Фудок. Чёрная чешуя сверкает, глаза светятся, хвост из стороны в сторону бьёт. Вдруг хвост задел какую-то полочку и она рухнула. Фудок завертел головой на длинной шее и, разглядев изменения в зале, замер. Потом открыл пасть, и вместо рёва Лиз услышала человеческие слова:

– Накорми меня!

Открыв пасть, дракон двинулся к Лиз и ей показалось, что именно в ней он видит главное блюдо. Не позволяя страху взять над собой верх, девушка поскорее подхватила на лопату куски мяса и ловко бросила в открытую пасть. Клыки клацнули, захлопываясь, дракон остановился.

На месте исчезнувших кусков на блюде тотчас появились новые. Дракон вновь открыл пасть, и ближайшие минут двадцать Лиз чувствовала себя кочегаром, бросающим уголь в топку.

Но вот мясо перестало появляться, глаза дракона уже не горели огнём, и Лиз поняла, что он наелся. Вдруг ноздри на драконьей морде затрепетали, принюхиваясь.

– Дай!

– Что?

Дракон помолчал, будто вспоминая слово, и, вспомнив, произнёс:

–Хлеб!

Лиз вздохнула. «Что же, не первый раз останусь голодной», - подумала она и бросила в открывшуюся пасть свою краюху.

– Спи! Не бойся! Я тебя не съем, а завтра поговорим.

Дракон улёгся на ковре посреди зала, а Лиз устроилась на широкой лавке в самом дальнем от него углу, подложив сумку под голову.

Утром Лиз проснулась от чувства, что на неё кто-то смотрит. Открыла глаза и увидела драконью морду в опасной близости. Ноздри принюхивались, золотые глаза с вертикальными зрачками смотрели холодно и брезгливо:

– Пахнешь ты приятно. А вот на вид не радуешь. Какая-то ты худая. Одни косточки, да и тех мало. Тебя что, дома не кормили?

– Кормили, да недокормили. Захочешь съесть – подавишься! А у тебя в гостях я и вовсе от голода умру. Последнюю краюху вчера тебе скормила.

Дракон моргнул и поднял голову. Теперь, когда она возвышалась над Лиз, той стало легче и она шустро спрыгнула с лавки.

– Когда я улечу, тебя накормят. Просто скажи об этом. Ответь – зачем ты сюда пришла?

– Хочу замуж за Фудока выйти.

– За меня?

Лиз вздохнула. Была у неё надежда, что дракон – это не Фудок, а его охрана, например.

– За тебя! – решительно подтвердила она.

– Не боишься?

– Не боюсь!

– Что же, дам я тебе три задания. Выполнишь – женюсь. Вчера ты этот зал хорошо убрала. Первое задание будет: убери до заката весь замок. Он у меня небольшой.

Сказал и улетел. Позавтракала Лиз и отправилась осматриваться. Теперь вход везде был свободный, только выйти из замка по-прежнему было невозможно.

Может быть, замок Фудока и был небольшим, Лиз не знала. Других замков она не видела. Но такую грязь и запущенность ей одной не то что за день, за месяц не убрать.

Достала она из своей шкатулки набор маминых иголок, поднесла к ним кольцо и попросила:

– Колечко, колечко, помоги! Как меня в иголочку превратила, так сделай из них верных помощников.

Вспыхнул сердолик и погас, а иголки так и лежат. Вздохнула Лиз, вспомнила, как ловко они сновали в маминых пальцах. Взяла одну иголочку и нечаянно палец уколола. Как только кровь на сталь попала, стала игла горячей, выскользнула из пальцев и на землю уже почти человеком встала.

Не жалея пальцев, Лиз все иголки своей кровью накормила и обратились они в слуг железных.

– Чем, хозяйка, помочь?

– Нужно замок до заката убрать

И работа закипела. На закате замок был очищен от пыли, паутины, мусора и стал похож на обычный, хоть и большой, дом. Не хватало только жителей. В пустых коридорах и залах Лиз было немного не по себе. После того как её волшебные помощники закончили свою работу и вновь обратились в иголки, стало совсем тихо.

Девушка была на обнаруженной раньше кухне, когда услышала чьи-то шаги. Она разожгла здесь очаг и готовила из обнаруженных припасов обычную кашу и лепёшки. Замок и правда по команде кормил её, но это было только жареное мясо, и Лиз захотелось чего-нибудь более привычного.

В кухню вошёл высокий черноволосый мужчина. На фоне чёрной одежды белое пятно лица особенно выделялось. Молча мужчина подошёл к Лиз и она по золотым глазам с вертикальными зрачками узнала в нём Фудока.

– Вижу, что ты выполнила моё первое задание, - может быть он хотел сказать что-то ещё, но сбился. – Чем это тут пахнет?

– Это я кашу сварила и лепёшек напекла, поужинать собиралась.

– Что же, поужинаем, - и Фудок решительно уселся за стол на деревянную лавку.

Лиз спорить не стала и быстро накрыла на двоих, не удивившись появившемуся в центре уже знакомому блюду с мясом. Ужинать с Фудоком в облике человека намного приятней, чем с драконом. Аппетит у него оставался хорошим, но хоть лопатой пользоваться не пришлось. Мужчина вполне самостоятельно и аккуратно обращался со столовыми приборами. Правда, каша очень быстро подошла к концу. Да и из лепёшек с мёдом, что Лиз напекла к чаю, она едва успела ухватить две, так стремительно они исчезали в, так и хочется сказать, пасти Фудока. Хотя сейчас это был вполне симпатичный рот с крепкими зубами, но работал так же энергично, как у вчерашнего дракона.

– Давно я человеческой еды не пробовал, - Фудок осмотрелся и вдруг улыбнулся. – А здесь и вовсе последний раз в детстве перекусывал. Наша кухарка такие вкусные булочки пекла.

– Я могу и завтрак приготовить, - предложила Лиз.

– Приготовь. За ним я тебе о втором задании скажу. А сейчас можешь выбрать себе любую комнату и отдыхай.

Фудок ушёл, и Лиз перевела дух. В таком виде он нравился ей больше, так в замужество как-то легче верилось.

Утром, за завтраком они ни о чём не говорили. Фудок молча ел, и Лиз тоже предпочла не высказываться. Только когда стол опустел, он пристально посмотрел на девушку и спросил:

– Ты не передумала? Если хочешь, я тебя сейчас отпущу, домой отправлю. Никому раньше я этого не предлагал. Если останешься и с моими заданиями не справишься, то умрёшь.

– Нет, я не отступлю.

– Что же, это твой выбор, - Фудок встал. – В кладовой ты увидишь шкуры зверей, что я добыл – медвежьи, оленьи, сохатых. Может, и коровьи найдёшь. Твоим вторым заданием будет за три дня их выделать и мне, моей жене будущей, слугам нашить из них шубы, шапки и всё прочее, на что кожа годится.

Ушёл Фудок, а Лиз пошла кладовую искать. Огромное помещение было забито до потолка шкурами со следами ран от когтей и зубов, местами даже опалённые огнём. «Что же, придётся вновь своих волшебных помощников звать», - поняла девушка. Достала мамины иголки, уколола пальцы и обратились они в слуг верных. Принялись шкуры скоблить, колотить, кожемялкой выделывать. А Лиз обработанные сортировала: какие целые – на шубы пойдут, которые от когтей больше пострадали, на шапки или что другое. Так до самого заката. На закате превратились помощники вновь в иголки, а Лиз отправилась на кухню, ужин готовить.

Так и прошло три дня. Утром и вечером Лиз встречалась за едой с Фудоком, он её о задании не расспрашивал, а днём с помощниками шкуры обрабатывали. Лиз решала, что делать, а помощницы кроили, шили, на перчатках, куртках из тонкой кожи даже вышивали.

Посмотрел Фудок вечером третьего дня на развешенные и разложенные вещи, погладил рукой чёрный мех сшитой для него шубы и удивлённо сказал:

– Какая ты, оказывается, мастерица, Лиз! Справилась с моим заданием. Если ты также хорошо и третье исполнишь – женюсь на тебе. Есть у меня ткани разные, шелка и бархат, камни драгоценные. Твоим третьим заданием будет сшить из них одежду для меня, для моей будущей хозяйки, для слуг. Праздничные наряды для меня и жены будущей нужно расшить вышивкой, украсить каменьями. Даю тебе на это неделю.

Эта работа была Лиз ближе и радостней, вспоминала она, чему мать её в детстве учила. Всю неделю она с помощницами трудилась, а для вышивок образцом стал расшитый мамой платок, с него помощницы узоры брали. Так занята была, что даже с Фудоком всю неделю не виделась. Ела то, что замок давал.

Когда на закате последнего дня Фудок пришёл работу проверять, то просто окаменел на пороге. Помолчал, а потом сказал:

– Вижу, что и с третьим заданием ты справилась. Теперь женюсь на тебе.

А Лиз отвечает:

– Не торопись, Фудок. Сейчас моя очередь условия ставить.

Удивился Фудок, но потом кивнул:

– Что же, честно. Какие же условия у тебя будут? Золото, драгоценные камни тебе подарить?

– Нет, не нужны мне такие подарки. У тебя на стене замка девушки висят. Никогда я в доме с такой оградой жить не смогу. Если сможешь их оживить и вылечить, то выйду за тебя замуж.

Ничего не ответил Фудок. Повернулся и вышел. А Лиз к себе пошла. Долго в кровати ворочалась, всё уснуть никак не могла. А когда она уснула, вышел Фудок во двор замка, обернулся драконом, облетел трижды стены, опустился вновь во двор и десять раз ударил по земле хвостом, что-то приговаривая. Вспыхнули стены синим светом и девушки мёртвые и полуживые на землю встали живые, такие же, как и прежде.

От этой синей вспышки Лиз проснулась, подошла к окну спальни и прислушалась. Показалось, что с улицы слышны какие-то голоса. Накинула плащ, выданный Фудоком из сшитых ею одежд, и побежала к выходу. На этот раз дверь открылась и она первый раз с тех пор, как вошла в замок, смогла из него выйти. Но далеко не пошла, на крыльце остановилась. Видит, двор постепенно наполняется девушками и женщинами. Одни из них плачут, другие смеются, третьи просто молча улыбаются. Увидели они Лиз и поклонились в пояс.

– Спасибо тебе, госпожа! Ты спасла нас, победила Фудока, распоряжайся нами, как хочешь. Наша жизнь принадлежит тебе.

Поняла Лиз, что Фудок выполнил её условие, оживил и вылечил замученных им красавиц.

– Нет, девушки, я не победила Фудока. Только выполнила его задания, а он за это освободил вас. Не буду я вашей хозяйкой, возвращайтесь домой, туда, откуда пришли.

Ещё раз поклонились ей девушки и ушли. Вернулась Лиз в замок и задумалась. Достигла она своей цели и теперь придётся замуж за Фудока выходить. А хочется ли? Лиз до сих пор об этом даже не думала.

Утром вышла она завтрак готовить бледная и невыспавшаяся. Как всё готово было и Фудок появился. По его красивому лицу понять, что он думает о женитьбе, понять было нельзя. Как обычно, портить себе завтрак разговорами он не стал. Правда, аппетит и у него был не таким хорошим, как раньше. Лиз же и вовсе кусок в горло не шёл. Так что завтрак быстро подошёл к концу.

Посмотрел Фудок на Лиз своими жёлтыми глазами и сказал:

– Ты выполнила мои задания, я выполнил твоё. Теперь я могу жениться на тебе.

– Как, прямо сегодня?

Посмотрел на Лиз Фудок, на её заношенное платье, лохматые волосы, бледное личико и тени под глазами. Вздохнул и ответил:

– Если хочешь, то сегодня.

– Не то чтобы не хочу, - заблеяла Лиз, не зная, как и что сказать, чтобы Фудока не разозлить. Потом собралась с духом и сказала, как думала. – Замуж за тебя выходить я не передумала, но мне кажется лучше сделать это не сегодня. Давай дадим друг другу время, чтобы подготовиться. Всё-таки наша жизнь переменится.

Улыбнулся Фудок:

– Согласен!

Встал, поклонился Лиз, взял её руку и поцеловал. Потом надел ей на палец перстень:

– Теперь, Лиз, мы жених и невеста. Чувствуй себя хозяйкой замка. Выбери наряды красивые, найми слуг, привыкай к новой жизни. И я буду привыкать к тому, что теперь не один.

– А откуда слуги здесь возьмутся?

– Сегодня придут наниматься. Ты решай, кого взять, кого оставить.

– А откуда они придут? – продолжала интересоваться девушка.

– Из города, что рядом с замком.

– Но там же никого нет!

– Теперь, когда заклятье спало, есть.

Довольные, что достигли согласия, они разошлись каждый по своим делам.

Скоро замок стал похож на обычный, полный жизни дом. Сновали слуги, приводя его в порядок, на стенах перекликались часовые, лаяли псы и норовили броситься под ноги кошки. Лиз старательно училась быть хозяйкой большого замка и даже попросила о помощи Фудока. Теперь они встречались не на кухне, где всегда были повар и слуги, а в столовой и библиотеке. В столовой уже привычно делили совместную трапезу, а в библиотеке Фудок учил Лиз тому, что, по его мнению, должна знать такая важная особа, как хозяйка Замка у Озера.

Время от времени Фудок превращался в дракона и улетал на охоту. Лиз его и в таком облике не боялась. Смотрела из окна, как чёрный силуэт взмывает высоко в небо, и думала: «Какой он красивый!»

Однажды улетел так Фудок ясным зимним днём, а к вечеру поднялась вьюга. С каждым часом тьма становилась всё гуще, ветер завывал, кружа снег и разглядеть даже в двух шагах, говорили стражники на стенах, ничего было невозможно. Фудок всё не возвращался. Все легли спать, только Лиз беспокоилась. Вдруг с женихом что случится? Хоть он и дракон, но и дракон в беду попасть может.

Взяла она свечу и поднялась к широкому окну на галерее, куда обычно влетал дракон. Смотрела на темноту и снежную круговерть и ждала. Чтобы отвлечься от тревоги, напевала песни и вспоминала Фудока. Как он говорит с ней, как смотрит, прикасается к пальцам, передавая кружку с чаем или сопровождая куда-нибудь. Она уже давно привыкла к жёлтым глазам с вертикальными зрачками, и лицо его казалось ей прекрасным.

Вдруг порыв холодного ветра задул свечу. Это исчезло стекло на окне, и в проём влетел Фудок. Лиз счастливо улыбнулась, вновь зажгла огонёк и стала осторожно спускаться по лестнице вниз, где на дне колодца-холла приземлился дракон.

Фудок обернулся человеком и посмотрел вверх, где по ступенькам лестницы осторожно шла Лиз. Огонёк свечи давал немного света и Фудок щёлкнул пальцами, зажигая свет там, где она шла. Теперь волна света сопровождала девушку, и казалось, что это она сама светится. Тёплые блики играли на блестящих волосах, нежное лицо смотрелось белым фарфором, чернели длинные ресницы и тонкие брови. Изящная фигурка двигалась грациозно, словно в танце.

Почти спустившись, Лиз замерла на ступеньке, наткнувшись на взгляд Фудока. Они словно застыли в золотом тягучем безвременье янтаря. Но вот Лиз встрепенулась, опустила глаза, и сделала последние шаги по лестнице. Оперлась на протянутую руку жениха и улыбнулась ему.

– Почему ты не спишь, Лиз?

– Тебя ждала. Смешно, но я боялась, что ты не найдёшь дорогу домой из-за этой бури.

– Мне было не смешно. Я и правда едва не заблудился. Вначале долго кружил, ища замок, а потом никак не мог увидеть что-то кроме чёрного силуэта. Не знал, где влететь, пока не увидел огонёк свечи.

Фудок прикоснулся к выбившейся из косы прядке, нежно тронул её щеку, обвёл пальцем губы.

– Знаешь, Лиз, ты превратилась в красавицу, а я уже не чудовище. Может быть, пора нам сыграть свадьбу?

– Да, пора!

– Познакомимся с родителями..

– У меня их нет, я сирота.

– У меня есть, и завтра я тебя им представлю. А послезавтра устроим праздник.

Так всё и сделали. Оказалось, что отцом Фудока был тот высокий старик, который дал Лиз кольцо с сердоликом. Мать Фудока так радовалась женитьбе сына, что ей было всё-равно, кто невестка. На свадьбу в замок Лиз позвала своих соседей, помогавших сироте. И велела им сказать горожанам, что теперь у зачарованного Замка есть хозяйка, а у Фудока жена.


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru