# 2019o Noch pered porazheniem

fancon.ru - осень 2019

Ночь перед поражением


Первые звезды зажглись на ночном небе, суля уставшей земле покой и тишину. Все кругом замирало и засыпало в ожидании утреннего света. Вдруг во тьме, один за другим стали загораться маленькие огоньки. Густой россыпью, покрыли они ночные просторы до самого горизонта, словно искры начинающегося пожара. Это бессчетное множество походных костров зажглось на спящих равнинах в землях Арилан.

Посреди военного лагеря, в шатре главнокомандующего, ярко горели свечи, разгоняя ночной мрак по углам. В центре, стоял большой круглый стол, вокруг которого стояло несколько человек одетые в доспехи. Они напряженно спорили, над разложенными перед ними картами. Иногда разговор прерывался, когда полог шатра откидывался, впуская запыленных вестовых. Те быстро кланяясь, передавали послания и тут же исчезали.

Среди этой суеты готовящегося сражения, единственно кто спокойной сидел, широкоплечий мужчина. На нём вместо доспехов, была одета белая рубаха с золотой вышивкой. Не говоря ни слова он, внимательно слушал спорящих вокруг него сечников.

Главнокомандующему генералу, было за пятьдесят. Среди прочих, его выделяли густые рыжие усы и совсем поседевшие короткие волосы. Уставшие, ввалившиеся глаза, словно два тлеющих уголька, зорко следили за входом в шатер.

Снаружи послышался конский топот и крики стажи. Тяжелый полог откинулся и в шатер заглянул один из стражников.

- Генерал, тут вестовой! Говорит, из Нонгая!

Совещавшиеся в шатре замолчали и переглянувшись, многозначительно посмотрели на главнокомандующего. Тот тоже был слегка озадачен подобным известием и, поразмыслив, сделал знак, чтобы вестового немедленно впустили.

— Вот так вот просто, прибыл из Нонгая? – удивился он. – А может шпион? – сказал кто-то из присутствующих. Генерал провел рукой по усам – Возможно! Но лучше посмотрим сами, - и скользнул глазами по присутствующим. Стоявшие вокруг стола генералы-сечники, расступились по сторонам.

В шатёр, быстрым шагом вошел вестовой в потрепанных и испачканных грязью доспехах простого арата. Ударив звонко кулаком по груди в знак почета, он вынул из сумы свиток и склонив голову, протянул его перед собой.

- Срочное послание из земли Нонгай! – звонким юношеским голосом отчеканил он.

Внимательно осмотрев этого бойкого арата, на лице генерала вдруг мелькнуло недоумение, а затем и тревога. Все, кто был в шатре, замерли, почувствовав напряжение главнокомандующего. Он встал из-за стола и подошел к вестовому. Его строгий взгляд словно задавал вопрос. «Как ты здесь оказался?»

Все присутствующие знали, что пути на север из земель Акелора, ещё два дня назад, перекрыли войска противника. Главнокомандующий обошел солдата кругом, убеждаясь, что тот действительно ему не причудился. Выхватил у гонца из рук послание и, не разворачивая, швырнул на стол.

– Всем выйти! – скомандовал он, - Кроме тебя! – указав на вестового.

Сечники, поспешили к выходу, оставляя генерала наедине с доставившим послание. Как только полог шатра закрылся, он молниеносно обернулся к арату.

- Ты чего тут делаешь? – прошипел генерал, пристально глядя на арата.

Тот звонко отчеканил – Ваше послание было доставлено в Нонгай! Генерал-сечник, пожелал составить вам ответ. Но к тому времени, мэнианские войска уже успели перекрыть основные дороги, до самых «Обережных» гор. И так как послание срочное, я вызвался его доставить.

Генерал, на мгновение был удивлен таким ответом, но тут же в его глазах мелькнуло что-то недоброе. Отвернувшись от вестового, он пошел в дальний угол шатра, где стола скрещенная перекладина с висевшим на ней боевым доспехом. Снял шлем, и осторожно провел ладонью по начищенному до блеска металлу. Тот сверкнул, отбрасывая по стенам, мягкие золотые блики.

Не оборачиваясь, тихо спросил — Зачем вернулся? – Арат не ответил. Генерал задумчиво водил пальцами вдоль узора на шлеме. — Получается, ты один, рискуя жизнью, пересек захваченные врагом земли, чтобы доставить послание из города, который даже не в осаде? – Арат стал, переминаться с ноги на ногу, почувствовав таящуюся ярость в словах главнокомандующего.

- Ну, чего молчишь? – рявкнул генерал, обернувшись – Похвались, отважным делом! – в его голосе прозвучала злая ирония. Вестовой не отвечал. – И что мне теперь с тобой делать? – упавшим голосом спросил он больше себя, чем доставившего письмо и вернулся к столу.

Видя, что арат, все так же молча стоит вытянувшись струной, генерал грустно покачал головой – Я же тебя специально отправил в Нонгай. Так как знал, что менианцы первым делом, перекроют нам путь на север.

- Я доставил вам послание, не попавшись менианцам! – немного дрожащим голосом, ответил вестовой. – Значит виноват! Наверное, должен был погибнуть!

Услышав такой ответ, у генерала, дернулся глаз. – Думаешь, что за проявленное геройство, я должен тебя наградить? – Арата молчал. - Хорошо! – он резко схватил лежащий рядом чистый сверток для письма и достал из-под стола небольшой письменный футляр.

– Будет тебе награда, за проявленное самовольство и дерзость! – зло проговорил главнокомандующий и резкими движениями стал писать. Когда закончил, пробежался взглядом по листу и оставшись доволен, прочитал низким ледяным тоном.

Я - Кайдерай Лисгор. Сечник земли Акелор, генерал объединенных армий западных земель Арилан. Приказываю! Подателю сего, кем бы он ни являлся на тот момент, за проявленную дерзость и неповиновение, назначить. Десять ударов плетьми у позорного столба. Данный приказ не имеет срока давности и отмене, не подлежит.

Затем, свернул послание в трубочку и перевязав веревочкой, откупорил одну из баночек в футляре. Осторожно вылил на узел густую темную жидкость, приложил массивную печать и протянул свиток вестовому.

– Слушай мой приказ! Это послание, передашь лично, в руки арвол северной земли Азбор! Если сумел доставить послание с севера на юг, значит и обратно, то же сможешь!

Арат, нетвердой походкой, подошел к столу и взял послание. В его глазах читалось недоумение. Он все еще не мог поверить в произошедшее хотя, как положено поклонился и спрятал свиток в боковой карман – Будет доставлено, отец! — тихо и с нажимом на последнем слове произнес арат.

Генерал зыркнул на него из-под бровей, задумался, но отменять решения не стал и откинувшись на спинку стула, добавил.

— Не благодари, сын. Ты это честно заслужил, за свою необдуманную попытку лишить себя жизни! – и погладил усы. – Но хвала небесам, безрассудное самовольство, недуг исцелимый и лекарство уже у тебя.

Арат, оправился и сквозь зубы ответил - Я только хотел быть полезным.

Генерал усмехнулся – Полезным? Тебя никто не отправлял из Нонгая. Потому что, в том письме, что ты им доставил, было четко сказано, «Не выпускать из города вестового, доставившего это письмо!» - Так что, я уверен, сюда ты прибыл самовольно! А это, – он кивнул на лежащий рядом свиток – По дороге написал сам. На нем даже печати нет! К тому же чем ты думал, прибыв со стороны захваченных земель? Тебя могли убить свои, приняв за шпиона.

Сын виновато опустил глаза, признавая правоту отца. Он должен был догадаться, что тот, как воин духа, мог легко разгадать его простую хитрость с ненастоящим письмом.

– Почему, ты не хочешь меня видеть? - с горечью и обидой проговорил он. – Мы же, не виделись почти десять лет, пока я учился в военной школе. А ты, как только меня увидел меня в лагере, тут же приказал отправить подальше, с каким-то дурацким посланием!

- На войне, нет дурацких посланий! – ответил генерал – Ты похоже забыл: кто ты и где находишься? Арат не вправе судить о приказах сечника! – он убрал футляр со стола – Моё письмо в Нонгай, было нужно, чтобы сообщить о необходимых приготовлениях к возможной осаде и вместе с тем, сохранить тебе жизнь!

От этих слов арата передернуло – Зачем? Чтобы я как трус, прятался за городскими стенами, пока здесь будут убивать моих друзей? – его рот скривился в презрительной усмешке, и он выкрикнул - Никогда, слышишь!

Генерал сдвинул брови, и открыл было уже рот, чтобы резко ответить зарвавшемуся юнцу, но что-то его остановило.

- Мда, выросла детина – еще не дуб, но уже дубина! – тихо пробурчал он и миролюбиво добавил – Ладно, присаживайся! Будем думать, что с тобой делать? – Сын, снял шлем и уселся на напротив генерала. Под головным доспехом оказался юноша, не старше шестнадцати лет, с угловатыми чертами и взлохмаченной, ярко-рыжей шевелюрой.

Отец задумался, что-то прикидывая в уме. Наконец строго посмотрел на сына – Сейчас слушай, и не перебивай! Завтра, ты будешь участвовать в сражении!

От такой новости, юноша просиял, и чуть было не вскочил с места, но отец остановил его коротким жестом. – Я поставлю тебя арьергард! – Счастливое выражение исчезло с лица юноши и он, потупив взгляд, возмущенно переспросил – В арьергард? Хочешь, чтобы я по тылам отсиделся, пока другие будут сражаться? Отец, ты…

Главнокомандующий оборвал его, резким ударом кулака по столу, от которого подпрыгнули все свитки – Ты опять забылся, сын? – голос генерала стал тихим и ледяным – Кто ты и с кем разговариваешь! То, что сейчас происходит, это не какая-то там стычка, между заскучавшими арвол в пограничных землях за деревеньку или лишний надел. Это война между двумя, совершенно разными народами. И те, кто одержат в ней победу, будут жить, а других уже не станет! – он глубоко вздохнул, успокаиваясь – Пойми, менианцы, не ставят своей целью захватить нас. Они пришли сюда, чтобы убивать, уничтожить всех кто не такие как они.

Глаза юноши сверкнули, он с вызовом посмотрел на отца – Вот поэтому, каждый из Арилан, обязан встать на защиту своего правителя и его земли! Все, как один! Плечом к плечу! Сражаясь вместе - мы победим!

Отец, с нежной грустью посмотрел на сына – Говоришь, победим, если все вместе? - он закрыл глаза и тяжело вздохнул. - Ты так долго учился, но ничего не знаешь! Не понимаешь сути происходящих вещей! – генерал виновато опустил голову – В том, безусловно, моя вина!

- Я хорошо учился и умею сражаться не хуже других! Позволь мне участвовать в сражении и ты увидишь, на что я способен! – голос юноши был тверд, но в глазах стояло отчаяние мольбы - Почему ты не веришь в меня?

- Как раз напротив! Очень даже верю. Поэтому и возлагаю на тебя большие надежды. Но не сейчас, – генерал бросил косой взгляд на вход в шатер и подавшись вперед тихо прошептал – Ты должен выжить ради будущего всего Арилан! – и не отрывая глаз от входа громко добавил - А то, что я все время забочусь и оберегаю, так от того, что люблю и не хочу потерять!

- Но я уже не ребенок! – выкрикнул юноша и, вскочив из-за стола, – Я воин! О каком будущем ты ведешь речь? Если сам только что говорил, что, проиграв эту войну, нас уже не станет.

Генерал хмуро смотрел на взволнованного сына – Одно сражение – не вся война! К тому же, ты ещё молод и многого не знаешь!

- Да что такого мне нужно знать, чтобы ты, позволил мне сражаться? – с обидой выкрикнул юноша.

Генерал резко выпрямил спину - Да хотя-бы то, что ни одного из восьми правителей земель, нет с нами! – и снова бросил нахмуренный взгляд на вход за спиной сына. Ткань полога слегка качнулась, но в шатер никто не вошел. – Я надеюсь, ты понимаешь, что это значит? – Почти шепотом проговорил он. - Один, из великого рода, стоил бы в битве тысячи арат и десятка сечников!

Сын явно был удивлен – Ни одного из арвол, здесь нет? – его взгляд с недоумением стал пустым. - Может, они с войсками идут с востока или севера? Скорее всего, они уже на подходе? – предположил юноша, как бы пытаясь найти оправдание за всех правителей. – Отец, ты не можешь всего знать!

Генерал промолчал. Проведя рукой по стоящему рядом с ним блестящему шлему, он спокойно сказал – Да ты присядь, чего вскочил. – Сам же встал из-за стола и не спеша пошел в сторону, где весели его доспехи.

Сын, поднял опрокинутую скамью и снова сел за стол. Отец тем временем, вынул из-под доспехов две массивные глиняные кружки и пузатый кувшин. Вернувшись за стол, он ловко откупорил пробку и с наслаждением потянул носом возле горлышка. – Чудесный аромат! – с восхищением выдохнул он и разлил вино по кружкам.

— Это, из Нонгая. – сказал он с улыбкой протягивая кружку сыну. – Летнее вино с пряностями.

Сын с удивлением и недоверием посмотрел на отца, не решаясь взять протянутую ему кружку. Тот усмехнулся – Да бери уже. Сегодня, можно. К тому же оно не крепкое. – Юноша, не спеша взял кружку. Генерал поднял свою, и добавил – Давай, за будущую победу! – И залпом выпил. Сын последовал его примеру.

- Как тебе? – спросил отец, ставя кружку на стол. На что сын смущенно и растерянно улыбнулся – Вкусно. Я такого никогда не пробовал!

Генерал хмыкнул - А если бы как должно, остался в Нонгае, то мог бы пить такое, хоть каждый день, – и повторно наполнил кружки.

Улыбка исчезла с лица сына, а взгляд стал колючим. Вздернув нос, юноша отчеканил – Мы не о том говорили! К тому же, завет предков, запрещает пить вино воинам духа!

- Он многое чего запрещает, особенно последние лет двадцать, – пробурчал генерал и протянул ему вновь наполненную кружку. Тот взял, но сразу же поставил на стол, нахмурив брови. Отец сделал короткий глоток, не обращая на это внимания.

– Я знаю, ты должен был в следующем году пройти последние испытания в военной школе и получить белую ленту воина духа. Но, похоже, что дисциплина для тебя, совершенно не знакомое слово. Ну да ладно, зато храбрости, хоть отбавляй. По правде сказать, я предполагал, что ты будешь... – Генерал сделал глоток и помолчав добавил – Другим! А про себя подумал, «Наверное, все дети становятся не теми, кем хотели бы видеть их родители»

Сын недовольно хмыкнул – Что ж прости, что разочаровал.

Отец строго посмотрел на него - Отдавая тебя в военную школу, я не мог предвидеть что за несколько лет, там все так изменится, – и задумчиво добавил - Хотя главное, вам всё ещё рассказывают. – и сделал большой глоток — Как открыть в себе способность использовать «силу духа».

Сын коротко кивнул головой – Я почти уже всему научился! Когда выиграем войну, то снова вернусь в военную школу и пройду последнее испытание.

Отец покивал головой – Всё возможно, если небесам будет так угодно! – и задумчиво посмотрел на свой шлем. – Скажи, ты слышал, что силу духа, можно использовать не только как оружие для разрушения и убийства, но и для созидания или создания чего-либо нового?

Юноша утвердительно кивнул – У нас в школе говорили, что в главном храме духа, на «первом» городском холме, есть целители, заживляющие раны одним касанием рук.

Отец кивнул — Это правда! – и залпом допил своё вино – Исцеление тела, одно из великих и тайных искусств

Сын подозрительно посмотрел на отца – К чему все это?

Генерал прежде, чем ответить на вопрос сына, снова налил себе вина – Для того, чтобы ты мог себе представить, о чем я хочу тебе сейчас рассказать!

- Я думал, у тебя нет для меня времени, да к тому же тебя ждут сечники!

- Пусть подождут – с улыбкой ответил генерал и сделал глоток вина. – Удивительно как вкусно! – почему-то с грустью в голосе проговорил он, глядя на кружку в своих руках.

- Как ты уже знаешь, силу духа можно использовать по-разному. Для неё, нет невозможного, и она бесконечна, как мироздание. Все что сейчас нас окружает, в том же числе и мы сами, произошли из неё. – Генерал, поднял правую руку.

- Смотри! - он обмакнул в вино два пальца и поставил их на макушку шлема. - Боги света и тьмы, создавая человека, наделили его возможностью использовать эту силу. – Шлем, окутало алое зарево. Сын, затаив дыхание, с восхищением смотрел как под пальцами отца железо, заполыхало призрачным пламенем.

– Сила духа, это основа всего! Она есть всегда и везде. Извлекая и управляя ей, мы способны становиться сильнее, быстрее, исцелять раны и продлевать себе жизнь. Изменяя её, мы можем, не касаясь двигать предметы, приручать диких животных или даже управлять целыми стихиями.

Переливаясь ярким светом, шлем оторвался от стола и завис в воздухе. – Глаза юноши полезли на лоб, он приоткрыл рот, пораженный увиденным. – Всё, что ты можешь себе представить, возможно. – На лбу генерала выступили капли пота, он убрал пальцы от шлема и тот, погаснув, с глухим звоном упал на стол.

В глазах сына, загорелось восхищение. – Ты научишь меня этому?

Отец глубоко вздохнул – Я, уже нет! Но тот, кому ты должен передать моё послание, возможно. Если ты, конечно, не выкинешь что-нибудь вроде твоего побега из Нонгая!

Сын, тяжело вздохнул и опустил глаза, когда отец напомнил ему о «награде».

- В Азборе, тебе помогут постичь многие науки, и откроют знания, что не расскажут ни в одной из военных школ к югу от Обережных.

Юноша с грустью смотрел на стоящую перед ним кружку с вином. – Это значит, мы снова не увидимся несколько лет. Арвол земли Азбор потребует, чтобы я ему присягнул?

Отец глотнул вина — Значит присягнешь! Он, мой старый друг и обещал позаботиться о тебе, когда придет время. Там, ты всё поймешь! В том числе и то, почему я сейчас так поступаю!

С грустью и озабоченностью генерал смотрел на сына и думал: Вот он сидит и не понимает, о чем я ему тут говорю. Значит, скорее всего, не послушает приказа. Сбежит тайком из арьергарда лишь бы поучаствовать в сражении. Этого нельзя допустить.

Генерал посмотрел на шлем лежащий перед ним, будто надеясь в его тусклом блеске, увидеть правильные слова. Как объяснить сыну, что сейчас, когда война только началась, он должен выжить? Не ради себя или кого-то там ещё, а ради будущего. Судьбы сотен тысяч людей, будут зависеть всего от одной жизни. Как же это не просто знать будущее и не иметь права изменить предрешенное небесами.

А что, если сейчас он раскроет сыну то, что должно произойти? Правду о правителях земель и всех их великих родах. Заговорах и предательстве среди генералов. О том, чем действительно занимаются в храмах духа. Расскажет о всех победах и поражениях в грядущих войнах. Нет, нельзя! Старик говорил, что это может нарушить равновесие и ход, еще не определенный событий. Значит то, что он делал, окажется напрасным.

Сын задумчиво смотрел себе под ноги. Вдруг резко поднялся, собираясь уходить. – Мне пора. Надо еще найти сотника из арьергарда, – сделал знак почета и направился к выходу.

Генерал закрыл глаза и тяжело вздохнув, положил руку на шлем – Я понимаю твою тягу к сражениям, сам был таким в молодости. Вот только в отличии от меня, тебе придется сражаться, всю оставшуюся жизнь! – он посмотрел на сына с грустью. – Я прошу, выслушать меня в последний раз!

Юноша остановился — Говоришь всю жизнь сражаться? Сейчас я рад что ты отправляешь меня в Азбор! Может хоть там, я буду не в последнем резерве? – пробурчал он.

Генерал встал из-за стола и подошел к нему. – Сейчас, я не могу тебе всё рассказать. Но то, что в прошлом определило мою судьбу, а следовательно, и твою, я открою. Так что давай присядем!

Сын вернулся на прежнее место, а генерал, взяв другую скамью, присел возле него — Это случилось, более сорока лет назад, и до сих пор, я никому об этом не рассказывал.


Мне было лет семь или восемь, точно не могу сказать. Но тогда, наша семья жила в небольшом городке, что стоял выше по течению от столицы, на берегу реки Межевой.

У родителей была лодка, и отец часто рыбачил, а мама, продавала или выменивала пойманную рыбу на рынке. Мы же с младшим братом, целыми днями пропадали на улице, играя с другими мальчишками в воинов духа и наемников. Для меня, это было самое счастливое и беззаботное время, которое неожиданно вдруг закончилось.

В то лето, случилось большое наводнение, которого никто, не мог себе даже и представить. Как я потом узнал, далеко на севере, в Обережных горах, всю весну шли сильные дожди. Вода скопилась в горных озерах и вызвала обвал. Огромный поток хлынул со склонов в долину.

Ночью, река вышла из берегов, и унесла вместе с домами, жизни всех жителей городка. В том числе и наших родителей. Я не помню, каким чудом, нам с братом удалось тогда спастись. Лишь только то, что мы забрались на дерево и просидели там несколько дней, питаясь корой и несколькими незрелыми плодами. Все это время под нами, бурлил грязный нескончаемый поток.

Когда же река, наконец, начала спадать, нам удалось перебраться на берег. Ослабевшие от голода и жажды, мы остались одни. Не зная, куда идти и что делать, мы с братом ходили по берегу и звали родителей, но никто не откликнулся. Все что нам оставалось, это пойти на проходившую недалеко от берега торговую дорогу. Я надеялся что там, мы сможем попросить у кого-нибудь помощи.

На дороге к вечеру, нас подобрал торговый обоз, идущий в Акелор. Его владелец, узнав, откуда мы и что случилось, дал нам поесть, а сам вместе со своими людьми, отправился на берег. Когда они вернулись, я услышал, что в живых, так никого и не нашли. Мы с братом, оказались единственными, кому удалось спастись после наводнения.

Ночь, мы провели в одной из телег торговца, который решил сделать привал, не отъезжая далеко от этого места.

Утром, он спросил, - Остались ли у нас, еще близкие родственники? – Я ответил, что в главном городе земли Акелор, живет наша бабушка, и назвал фамилию Лисгор!

Торговец удивился и сказал, что знает, о ком я говорю. - К завтрашнему вечеру, вы будете уже у неё. – уверенно пообещал он.

Два дня в дороге, прошли как в тумане. Брат неожиданно заболел. У него начался жар, и он закутанный в одеяла, метался в бреду. Я, не зная, как ему помочь мог только сидеть рядом и поить его водой.

Уже глубокой ночью, обоз прибыл в столицу. Мы въехали в спящий город через южные ворота, где торговца встретили люди. Они о чем-то коротко переговорили. Нас с братом, пересадили в двуколку и быстро повезли по темным городским улицам.

Вскоре телега остановилась перед небольшим двухэтажным домом где, не смотря на столь поздний час, в окошке виднелся свет.

Купец сказал, чтобы я скорее шел и разбудил хозяев, а сам тем временем, потихоньку взял на руки спящего брата.

Когда бабушка открыла двери и увидела меня, её лицо побледнело. Она покачнулась и схватилась рукой за дверь, чтобы не упасть, – Так значит, это правда! – чуть слышно прошептав беззвучно зарыдала. Она крепко обняла меня и я не знаю почему, но по моим щекам тоже покатились слезы.

Торговец тем временем, принес из двуколки брата и сказал, что мальчик по дороге сильно заболел и нуждается в лечении. Бабушка поспешила пригласить его в дом. Но когда тот вышел на свет, и бабушка увидела его лицо, она с испугом поклонилась и стала часто благодарить. Торговец, не обращая на это внимание, положил брата на кровать и поспешил обратно к выходу. Сказав на прощание, что для лечения лучше позвать служителя из храма духа.

- А где сейчас твой брат? – перебил генерала удивленный возглас сына.

Тот грустно улыбнулся и покачал головой, – В какой военной школе тебя учили, что арат, может перебивать сечника и главнокомандующего армии? Пожалуй, я тебе еще одну наградное послание напишу!

- Не надо! – виновато пробурчал юноша. – Я буду молчать.

Бабушка отвела меня наверх в комнату, что была под самой крышей, и уложила спать. Но я долго не мог уснуть. Мне было грустно и почему-то обидно за всё, что произошло с нами. Мне хотелось, чтобы родители были рядом, чтобы они как прежде вошли в комнату и пожелали нам с братом сладких снов. Я даже представлял себе, что завтра утром, все будет как прежде. Но в тоже время знал, что это не так. Нельзя обманывать себя! Уже засыпая, мне послышался, доносился снизу бабушкин голос, читавший молитвы.

Рано утром, меня разбудили, громкие крики, доносившиеся из-за окна. Я выглянул, и увидел, как пятеро городских стражников, пытались утихомирить парочку пьянчуг, еле стоящих на ногах.

Спустившись вниз, я увидел, что бабушка задремала сидя возле кровати, на которой лежал закутанный в одеяла брат. Подойдя ближе, подумал тихо позвать её, но она открыла глаза и тяжело вздохнув, посмотрела на брата.

- Кидеро, подойди, – тихо проговорила она. Мне показалось, что за прошедшую ночь, бабушка постарела еще сильнее. – Ты видел из окна в какой стороне храм духа? – почти шепотом спросила она. – Да. Мы ходили туда прошлым летом с отцом, – ответил я.

Было видно, что бабушке очень тяжело, и она очень устала. – Кидеро, сходи в храм и попроси, чтобы кто-нибудь из служителей пришел к нам и помог вылечить твоего брата. Я бы и сама сходила, да только не могу, мне… - она осеклась на полуслове и губы её задрожали – Мне нечего предложить им взамен! – слезы покатились по её щекам - Но ты, все равно сходи. Может, кто из служителей сжалится и придет? - она, закрыв лицо ладонями, она тихо зарыдала.

Я вышел из дома, и направился в сторону, где над крышами виднелась белая башня храма духа. Мне казалось, что раз храм виден из бабушкиного окна, то и дойти до него будет не сложно. Но пройдя несколько извилистых улочек, я понял, что заблудился. Мне тогда ещё ни разу не доводилось ходить одному по улицам в таком большом городе. На мгновение стало страшно. Что если пока я буду здесь искать нужную мне улицу, мой брат уже умереть? Но собравшись с мыслями, я продолжил идти дальше.

Вскоре, я вышел на большую торговую площадь, где заканчивались дома, и начинался подъем на холм. Яркое утреннее солнце, прогоняло ночной мрак с его изумрудно зеленых склонов. Медленно поднимаясь из-за городских крыш и высоких башен оно, наполняя мир светом нового дня.

Найдя место, где начинался подъём, я понял, что он был довольно крутой. Прямо на край площади выходили широкие каменные ступени, уходившие наверх одним большим пролетом. Я поспешил вслед за горожанами, что уже начали подниматься по лестнице к храму. Все время, оглядываясь и озираясь, мне хотелось как можно лучше всё рассмотреть и запомнить, я с жадностью впитывал в себя всю красоту этого чудесного места.

Поднимаясь, можно было увидеть массивные каменные стены из белого гранита, что надежно защищали храм. Из-за них, виднелись крыши некоторых домов. Насколько я мог разглядеть, все они были разными, и имели причудливые цвета и формы.

В этот момент, я споткнулся и упал, очень больно ударив колено.

Я лежал на ступенях и плакал не в силах подняться. Мимо меня, проходили, не обращая внимания спешащие торговцы, выделявшиеся среди прочих своими пестрыми одеяниями. В сопровождении наемной охраны, переваливаясь как гусь, с надменным и брезгливым видом шел кто-то из знати. Следом, держа множество свитков, просеменили какие-то советники. Звонко чеканя шаги, быстро прошли гордые воины духа, позвякивая железными доспехами и оружием. А за ними, словно лодочки по волнам проплыли несколько восхитительно прекрасных девушек, шурша по ступеням дорогими длинными нарядами. Одни из них, просто переступали через меня, другие обходили, но ни кто не остановился, что бы помочь или просто спросить: «Что со мной?»

Я тогда еще не знал, что по какому-то новому закону, все кто шел в храм, должны были сами подняться по ступеням, без кокой-либо помощи. Никто не имел права на чем-либо ехать, или кого-то нести на руках. Все должны были быть равными, поднимаясь к светлым небесам. Возможно, это сначала и представляется справедливым, но только до тех пор, пока не узнаёшь что среди прочих равных, есть те, кто стоял над всеми мерами и законами. К тому же мне, ещё только предстояло узнать, что вход в храм духа, теперь открыт далеко не каждого.

Поднявшись на ноги, я более не заглядывался наверх и, прихрамывая, дошел до конца лестницы. Там я увидел, что перед большими восточными воротами, ведущими в храм, собралось множество людей. Одни тихо стояли в длинной извилистой очереди, другие, шумной толпой, почему-то в стороне.

Я подошел к шумной толпе, стоявшей сбоку от ворот. Здесь по виду, были одни крестьяне и бедные мастеровые, что по какой-то причине не смогли пройти в храм. Отовсюду доносились гневные выкрики – Пустите! Я уже платил за вход! Если вы… она умрет! Нелюди, чтоб вам… Это обман! Грабеж!

Поняв, что из этой толпы никого не пускают в храм, я пошел к очереди, стоявшей в стороне. Там были в основном те, кто переступал через меня на ступенях, богатые купцы, торговцы, чиновники и солдаты. Я встал рядом с одним из них, и когда подошла его очередь, он высыпал в ладони стражнику несколько пластинок и что-то пробормотал. Тот с улыбкой пропустил его, а мне неожиданно, преградил путь деревянным мечом-жалеем и надменно спросил. – А ты куда собрался, грязный щенок? – я испугался и, запинаясь, ответил – Мой брат очень болен и бабушка… - тот недослушал – У тебя есть чем заплатить за вход? – я отрицательно замотал головой. Стражник злобно оскалился и взяв меня за шиворот выволок из очереди, резко повернул и ударил, жалеем ниже спины так, что я кубарем покатился по земле. – Нищим в храме не место! — довольно скалясь, выкрикнул он и вернулся туда, где стоял.

Под одобрительные смешки стоящих в очереди, я поднялся и, вытирая слезы, хромая направился в сторону толпы бедняков. Те молча наблюдали за всем, а когда я приблизился, один из них одетый в грязное рубище тихо сказал мне – Уходи отсюда мальчик. Здесь тебе, ничем не помогут, если у тебя нет денег. Я спросил – А сколько нужно, чтобы пройти в храм? – он задумчиво посмотрел на меня – Десять меди. – и отвернулся, видимо больше не желая продолжать разговор.

Не зная, что дальше делать, я отошел в сторону от толпы и сел на траву возле самого склона. Мне было непонятно, почему все эти люди такие злые и жестокие? С каких пор нуждающимся, нельзя входить в храм духа и просить помощи у служителей? От чего вдруг какие-то десять медных пластинок стали дороже человеческой жизни? Мне было горько и обидно. Где мне достать эти проклятые десять меди, и заплакал.

Неожиданно, не далеко от ворот, я увидел старика, хотя был готов поклясться, что мгновение назад его там точно не было. Сидя возле стены скрестив ноги, он положил раскрытые ладони себе на колени и с каким-то восхищением смотрел на простирающийся перед ним город. Не помню зачем, но я подошел и сел рядом.

Тот, не обращая на меня внимания, довольно щурился, подставляя морщинистое лицо теплым утренним лучам. В его густых белых усах и спадающей до пояса бороде, застыла блаженная улыбка. Старик, просто грелся на утреннем солнышке после прохладной ночи. Наконец потянувшись и сладко зевнув, он зыркнул по сторонам и ловким движением достал из широкого рукава тонкую длинную палочку с отверстиями. Озадаченно почесал затылок, и прищурившись, покрутил её в руках. Наконец сложив пальцы на тонких отверстиях, поднес край палочку к губам.

Я сидел в паре шагов от него и не двигался, смотря во все глаза на этого непонятно откуда взявшегося старика. Вдруг палочка, издала необычайно нежный и мелодичный звук – Так это для музыки! – обрадовано воскликнул старик.

Закрыв глаза, он снова поднес инструмент к губам и заиграл неторопливую и грустную мелодию. Из палочки полилась невероятно красивая музыка, зачаровывавшая своим волшебным звучанием тех, кто её услышал.

Все, кто стоял у восточных ворот, бедняки, стража и богатая знать, стали подходить ближе. Грустная мелодия, будто окутывала людей своим задумчивым мотивом, проникая в самую глубину сердца, уводя за собой, куда-то далеко-далеко. Туда, где бескрайняя синева небес, озарялась чистым белым светом, а уставшие души, могли обрести покой и счастье.

Старик все играл и играл, самозабвенно, не открывая глаз, не замечая ни чего вокруг. Когда же он, наконец, остановился и открыл глаза, то с удивлением обнаружил, что вокруг него стояла большая толпа невольных слушателей. Люди, будто застыли на месте, не смея дышать и шелохнуться. У многих на глазах стояли слезы счастья и восторга. Мелодия, наигранная стариком, оглушила и поразила их до глубины души, и никто не мог понять, что же сейчас с ними произошло.

- Ой – растерянно крякнул старик, виновато озираясь по сторонам. Это разрушило наваждение, и он быстро спрятал музыкальную палочку обратно себе в рукав притворившись спящим.

Как только музыка стихла, горожане стали приходить в себя и расходиться, вспоминая о своих делах. Пара торговцев в дорогих одеждах, видимо в благодарность, бросили старику под ноги медные монеты. Несколько мальчишек из толпы бедняков, тут же кинулись их собирать. Я тоже успел подобрать несколько.

У меня в руках было четыре медные пластинки, но, для того чтобы пройти в храм нужно было ещё. Не знаю, откуда у меня взялась смелость, но я подошел и сел прямо напротив этого старика. Через мгновение он открыл один глаз и посмотрел на меня.

- Чего тебе? – недовольно спросил он, хмуря брови.

Меня охватила оторопь, но я всё же спросил – А вы не могли бы еще так раз сыграть?

Мой вопрос видимо удивил старика и он, открыл второй глаз, смерив меня внимательным взглядом. Ему, по-видимому, стало интересно, с чего бы маленький мальчик вот так запросто, мог подойти к незнакомому человеку и о чем-то попросить?

- Зачем это? – спросил старик, приподняв одну из своих белых бровей. – Тебе что, музыка понравилась?

- Нет. Просто, когда вы будете играть, может кто-нибудь еще деньги бросить! – ответил я честно.

Изумленно выпучив глаза, старик озадаченно посмотрел на меня, а через мгновение громко и от всей души расхохотался. – Значит пока я буду играть, ты будешь собирать деньги?

- Ну да! – ответил я - Вам похоже, они не нужны!

— Это почему же? – продолжая смеяться спросил он.

– Вы не стали собирать брошенное и не побежали за теми мальчишками, чтобы у них отнять.

Старик покачал головой, весело улыбаясь – Да куда мне? Я ведь уже стар. А вы как стрижи пронеслись, только пятки успел заметить.

- Так вы сыграете? – с надеждой спросил я.

Старик, хитро прищурившись, пристально смотрел на меня, поглаживая густые усы – Может и сыграю, если скажешь, зачем тебе нужны деньги?

Я задумался, а что, если старику самому нужно войти в храм духа? Не просто же так он здесь сидит? С чего бы тогда ему помогать? Еще когда все вокруг такие злые!

Старик чему-то грустно усмехнулся и проговорил – Что ж, как знаешь! – наклонился на стену и закрыл глаза.

Меня охватило отчаяние – Эти деньги… они нужны, что бы помогли… – быстро ответил я.

Старик озадачено посмотрел на меня – А с чего ты взял, что кто-то из служителей храма станет тебе помогать?

Я оторопел от такого вопроса – Так же должно быть, по заветам предков! Когда все люди помогают друг другу то, во всем мире будет хорошо жить. Только вместе, мы можем справиться с любой бедой и несчастьем! – эти слова, сами собой возникли в моей памяти из рассказов отца. – Честные люди, не должны проживать свою жизнь, только ради самих себя.

Солнце закрыло набежавшей тучей, и лицо старика стало болезненно бледным – Еще как могут! – с горькой усмешкой проговорил он. – Это хорошо, что твои родители учили тебя заветам. Вот только здесь, в Акелоре, люди уже, совсем позабыли, как им следует жить и поступать.

Немного оробев от странного поведения и непонятного мне ответа старика, я все же снова спросил – Так вы мне поможете? Мне всего-то не хватает …

- Как твоё имя? – неожиданно резко перебил он меня.

- Кайдерай! Но друзья называли просто, Кидеро.

- Сильное имя, - старик посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом – Дай мне свою правую руку! – сказал он и его слова заглушили резкие порывы ветра. Я послушно протянул ему руку. Старик взглянул на мою ладонь, затем стал смотреть куда-то на небо, где серыми валунами катились темные грозовые тучи. Глаза старика закатились, и он стал шептать что-то совсем бессвязное и непонятное о звездах.

– Если сделать все быстро, то может она и не заметит… – тихо и задумчиво пробормотал он, поглаживая усы, - Хорошо Кидеро, я помогу тебе! – неожиданно громко и решительно сказал старик.

- Правда! – обрадовался я.

- Но не так как ты думаешь! Без денег и этих, из служителей храма! – с какой-то брезгливостью ответил он.

- Так вы что, можете исцелять людей? – удивился я.

- Немного. – ответил старик и достал откуда-то из-за спины длинную, слегка изогнутую палку служившей ему опорой.

Опираясь на этот странный посох, он поднялся и с хрустом потянулся, разминая затекшие ноги. Меня охватила оторопь и страх, когда я увидел что старик, оказался просто гигантского роста. Я, стоявший с ним рядом, был немногим выше его колена. Он похоже заметил моё лицо и тут же весь согнулся, сгорбился и присел, стараясь казаться как можно ниже. Но даже так, я доставал ему только чуть выше пояса.

- Идем! – скомандовал он и быстро зашагал в сторону лестницы.

Первые капли дождя, упали на землю, когда мы спустились с холма на площадь. Торговые ряды и улицы опустели. Горожане, спешили как можно скорее укрыться от внезапно налетевшей непогоды. Прямо над нами ярко сверкнула молния, и раздался оглушительный треск гром. Я немного присел, а старик усмехнулся – Иж разбушевался! – и посмотрев вверх, громко крикнул, – Может, подождешь немного?

Ветер стих, как будто послушался его голоса.

- Поспешим, а то передумает! – с улыбкой подмигнул мне старик – Этот друг, порой внезапно переменчив.

Мы быстро зашагали по площади. Я, чтобы не отставать бежал за ним следом. Как ни странно, но мне тогда даже в голову не пришло, откуда старик мог знать, где находился дом, моей бабушки?

Уже задыхаться от бега, я вдруг понял, что мы вышли на знакомую мне улочку. Старик ничего не спрашивая подошел к нужной двери и громко постучал. Бабушка сразу открыла, видимо ожидая на пороге увидеть меня. Но вместо этого перед ней стоял высокий седой старик в длинных мешковатых одеждах, держа в руке посох больше похожий на жердь выдернутый из забора. – Что вы хотели? – с испугом спросила она, глядя на него снизу вверх. Я показался из-за спины старика и пытаясь отдышаться ответил – Бабушка, он поможет нам вылечить брата!

- Кидеро, кто это? – тихо спросила меня бабушка, впуская нас в дом. Как только она закрыла за нами двери, за окном сверкнула молния и дождь часто забарабанил по крыше.

Взглянув на растерянную бабушку, с опаской, поглядывавшей на странного старика пригибавшего голову чтобы не удариться о потолок, я вдруг осознал, что привел в дом, чужого и совершенно не знакомого мне человека.

— Он сказал, что поможет без денег и служителей из храма! – растерянно оправдывался я. Бабушка грустно вздохнула и обратилась к старику – Мой внук ещё совсем мал и много не понимает. Мне жаль…

Старик, не обращая на неё внимания быстро подошел к кровати, где лежал брат и потрогал ему лоб. – У него жар. Тело ослаблено голодом. Долго пробыл в холодной воде. И еще… – старик закрыл глаза и нахмурился. Затем отбросив одеяла, стал внимательно осматривать руки и ноги – Ага! – воскликнул он и показал нам на маленькую ступню, где виднелся небольшой порез с запекшейся кровью. – Грязь попала в рану и отравила кровь! Мальчик действительно может умереть, если не поспешим.

Бабушка умоляюще посмотрела на старика – Пожалуйста, если вы можете, помогите моему внуку! – и на её уставших глазах выступили слезы. – Исцелите его, я отдам всё что угодно.

Старик, почему-то нахмурившись, посмотрел на неё – Хорошо! Но вы никому не расскажите об этом. Бабушка быстро закивала головой вытирая бегущие по щекам слезы.

Он поставил рядом с кроватью свой посох и потер руки – Кидеро! Принеси чистой воды и полотенце – скомандовал он.

Я быстро принес всё, что он просил. Старик вымыл руки и побрызгал водой на ногу брата. Затем, накрыл ладонями рану и, закрыв глаза что-то прошептал. Брат тихонько вскрикнул и открыл глаза, удивленно озираясь по сторонам. Бабушка зарыдала и низко кланяясь, стала часто благодарить старика, в руках у неё была неизвестно откуда взявшаяся единственная медная пластинка. – Возьмите, все что есть! – умоляла она. Но тот недовольно отмахивался от неё и бурчал – Не надо мне ничего! Купите на это еды для детей.

Я хотел было тоже поблагодарить его, но в это время в дверь постучали. Старик резко обернулся и схватился за свой посох двумя руками. По его выражению было видно, что он очень встревожен.

Бабушка подошла к двери – Кого ещё в такую непогоду могло принести? – удивленно спросила она и открыла. На пороге словно тень, стоял высокого роста человек одетый в черный дождевой плащ с капюшоном, полностью скрывавшим его лицо. Не спрашивая разрешения, он быстро прошел мимо бабушки в дом. Осмотревшись, скинул мокрый плащ прямо посреди комнаты и направился к старику.

Под плащом оказалась высокая стройная женщина с длинными черными волосами, собранными в замысловатую прическу. На ней были свободные черные одежды, походившие на те, что обычно носят воины духа под доспехами. Но больше всего меня удивило то, что сбоку на поясе, у неё висел настоящий меч с рукояткой украшенной блестящими камнями.

Когда женщина приблизилась, я увидел что она, была примерно одного роста со стариком и немного не касалась головой потолка. Вот только лица её я так и не могу вспомнить. Оно было какое-то расплывчатое и ослепительно белое, с ярко-алой полоской губ и черными как ночь глазами.

Старик вытянул перед собой посох и направил на неё – Стой, не подходи! – с угрозой крикнул он.

Женщина хохотнула и остановилась – Лучиар, ты не рад меня видеть? – её голос был томным и певучим.

- Нет Меркана, уходи! – резко ответил старик.

- И не подумаю – чарующе промурлыкала она. – Ты тут вмешиваешься в дела людей, нарушаешь равновесие, а я значит «уходи»!

- Ты ошиблась! Здесь нет и доли нарушения равновесия. Их судьбы и жизни ни на что не влияют.

- Возможно! – наигранно грустно сказала она – Но ты сейчас вернул почти угасшую жизнь, тем самым преумножил свет в этом мире! – женщина поправила прическу и осмотрелась кругом.

Старик нахмурился еще сильнее – Меркана, твоих «маленьких» темных дел, куда больше моих светлых!

- Я делаю только то, что должна! – раздраженно фыркнув перебила его женщина – Мне некогда тратить свое время по пустякам, так что давай закончим поскорей, – женщина приложила руку к сердцу словно делая знак почета - Обещаю, возьму только своё и сразу уйду.

- И что же, здесь «твоё»? – голос старика стал похож на раскаты грома.

- Смерть – просто ответила женщина – Всего одна единственная, маленькая смерть – и игриво склонила голову набок – Я даже могу тебе позволить выбрать, чья именно!

Лучиар ухмыльнувшись, оскалился – Нет Меркана, сегодня я не стану играть по твоим правилам! – и не глядя на меня строго сказал – Кидеро, быстро прячься за меня.

- Старый дурак! Ты ещё будешь противиться? – со злостью взвизгнула женщина и вскинула вперед руки, будто хотела что-то бросить в старика. В одно мгновение непроглядная тьма окутала комнату, и я со всех ног бросился к старику.

Мне показалось, что эти несколько шагов, я бежал целую вечность. Окутавший комнату мрак был густой и липкий словно смола. Продираться через него было необычайно тяжело, мне как будто приходилось бежал под водой. Время замедлилось, и я увидел, как старик поднял свой посох и резко ударил им по полу. Яркая вспышка света рассеяла мрак, и неведомая сила заставила черную женщину отступить назад. Но она тут же сделала несколько шагов вперед и оказалась прямо перед стариком. Я успел заметить, как между ними возникла тонкая искрящаяся линия, явно разделяющая тьму и свет.

Наконец, я оказался в безопасности за спиной и выглянул, ища глазами бабушку. Она лежала, не двигаясь возле входной двери. Не знаю как, но я понял, что она была мертва.

Мне стало по-настоящему страшно. Сквозь слезы я видел, как волны света, исходившие от старика, отталкивали нападавшую на него со всех сторон тьму. На какой-то миг мне даже почудилось, что из тьмы возникали какие-то ужасные существа, тянущие к нам со всех сторон черные когтистые лапы.

Свет вокруг старика, становился все тише и слабее. Тьма, приближалась все ближе и ближе уже вот-вот должна была поглотить нас. Я крепче прижался к старику и зажмурился. Он продолжал что-то говорить, но его слов, уже не было слышно. Внезапно, я почувствовал, что кто-то крепко схватил меня за ногу и в ужасе закричал. Раздался оглушительный треск и истошный женский крик. В комнате наступила тишина.

Открыв глаза, я увидел, что всё так же крепко прижимаюсь к старику. На полу, держа меня за ногу, лежал не двигаясь мой младший брат. Глаза его были широко открыты и смотрели в пустоту невидящим взором. Женщина в черном, забившись в дальний угол комнаты, закрывала лицо руками. От охватившего меня ужаса, я не мог говорить и просто пошевелиться.

Но старик тихонько отстранил меня и тяжело дыша, осел на пол. – Посмотри, что ты наделала? – с горечью проговорил он, смотря на женщину в углу. Та с трудом встала и пошатываясь, пошла в сторону выхода.

— Это ты виноват! – низким охрипшим голосом ответила она, подбирая свой плащ.

- Ты забрала две жизни, раньше срока — прошептал старик. – За то, что я вылечил бедного мальчика? Чьей судьбой была жизнь в нищете, ни чего не имея.

- Так верни их! – ухмыльнулась женщина, собираясь уже выйти из дома.

- Нет! Мертвых вернуть нельзя! Их души, уже приняты светлыми небесами. - Старик провел рукой по волосам моего брата и, опираясь на посох, встал на ноги – Меркана, ты нарушила равновесие! – его голос отразился в стенах громовым эхом – Вмешавшись в дела людей, ты приумножила тьму в этом мире. Я призываю…

Женщина резко обернулась, видимо испугавшись – Постой Лучиар! – вскрикнула она, не дав ему договорить. – Ты прав! Я перестаралась, – и виновато разведя руками, предложила – Хорошо! Здесь, ты можешь сделать все, что захочешь, для восстановления равновесия!

Старик задумался – Я забираю себе судьбу этого мальчика! – твердо сказал он. Женщина, скользнула по мне взглядом, презрительно хмыкнула и, отвернувшись, на ходу с пренебрежением бросила – Забирай! – переступила через бабушку и вышла из дома.

Тяжело вздохнув, старик взял меня за руку и присел рядом. – Кидеро – тихо сказал он. – Я не могу вернуть твой брат и бабушка, они уже в другом мире. Понимаешь?

Я плакал, так как в ответ не смог произнести ни слова.

- Но я, буду заботиться о тебе! – и вытер своим рукавом мне слезы. – Идем!

Он взял меня за руку, и мы вышли на улицу. Дождь уже закончился, и воздух наполняла прохладная свежесть.

Мне было все равно, куда он меня ведет, и что со мною будет. Я и не заметил, как мы пришли в военную школу, где я увидел множество детей. Все они были одеты в одинаковую одежду и в руках у каждого был деревянный меч-жалей. К нам подошли двое с железными мечами у пояса. - Это, твои учителя и наставники – сказал старик, указывая на них. – Теперь, у тебя новая судьба. Ты станешь выдающимся воином духа и изменишь уже предначертанное в веках, а твой потомок, одержит самую главную победу в войне между светом и тьмой!

Он поднялся и поцеловав меня в лоб, прошептал – Кидеро, ты меня больше не увидишь, но я всегда буду с тобой! - и ушёл.

Генерал закончил рассказ и внимательно посмотрел на сына. Тот сидел, задумчиво уставившись себе под ноги – Так, мы из крестьян? – в его голосе слышалась досада.

- Многое в этом мире, не то чем, кажется! – спокойно ответил отец.

- А ты стал сечником и главнокомандующим армии, только потому, что так сказал старик? – спросил юноша.

Генерал сдержано вздохнул – Я стал генералом, потому что, всю жизнь к этому стремился.

- Тогда причем здесь твоя и моя судьба, и этот старик?

Отец закатил глаза – А ты попробуй представить, кем бы я стал? Если бы тогда, этот старик, не отвел меня в военную школу, и не указал на путь, которым следует идти! Возможно, что ты вообще бы на свет не появился.

— А твой потомок, что одержит победу, это он тогда меня имел в виду? – с интересом спросил сын.

Генерал прижал палец к губам - Я надеюсь! Теперь ты понимаешь, почему должен выжить? – арат молча кивнул головой.

- Чтобы мы не проиграли в будущем. Не просто же так, «приносящий свет» ходит среди людей и переписывает судьбы, за несколько поколений до грядущего! Уверен, что и «забирающая свет»…

Полог на входе откинулся, не дав ему договорить. В шатер заглянул один из генералов.

– Главнокомандующий, нам ещё многое надо обсудить.

- Верно. Зови остальных, и продолжим! – приказал генерал и, повернувшись к сыну с грустью сказал – Тебе пора.

В шатер входили сечники. Юноша поклонился и взяв шлем, поспешно вышел.

Главнокомандующий дождался пока он выйдет из шатра и скользнул глазами по вошедшим генералам, отыскивая нужного. – Аркай! - негромко позвал он – Тут кое-что изменилось, – к нему подошел один из сечников. Главнокомандующий тихо зашептал ему на ухо – Я к тебе в отряд, определил сына, – подошедший нахмурился – Завтра, как увидишь сигнал, сразу хватай мальчишку, и уводи арьергард с равнины. Затем прорывайтесь на север, за Обережные горы. Мы сколько сможем, будем сдерживать войска Мениан.

— Значит, надежды нет? – тихо спросил Аркай.

— Надежда есть, и она будет с вами! – улыбнулся Кидеро.


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru