# 2019o Poisk

fancon.ru - осень 2019

Поиск


Камень, вымощенный по дороге, знал лучшие времена. О том, что здесь всё же есть путь, напоминали повозки, да крики: «Ну, живей, старая кляча! Мы должны быть до темноты!»

Мир клонился к закату. Редкие деревья и люди превратились в неясные тени на фоне этого зарева.

Там, на холме, высилось строение – единственное пристанище на долгом, изнурительном пути в Старый Град.

Шёл и он. Юноша, имени которого никто не знал. Да и кому какое дело? Обычный человек; лишь бы добраться до ночлега.

Голову скрывал старый балахон с капюшоном, тени ложились на лицо, справа болталась старая походная сумка. Казалось, что он – обычный путник, уставший от изнурительной ходьбы.

Наконец, дорога привела к трактиру. Внутри - несколько десятков комнат, как для люда попроще, - так и побогаче. А вокруг зачем-то рассыпали соль, - по кругу, с особым старанием и тщательностью. Как раз дверь хлопнула, - и выскочил человек: подсыпать ещё.

- О, а вот и ты. Проходи скорей, через час двери запрут. Роджер уже спрашивал тебя, беспокоился, что по дороге ты наткнулся на какую-нибудь тварь.

Незнакомец ничего не ответил. Лишь коротко кивнул, и со скрипом отворил вход в заведение.

Внутри было накурено так сильно, что невольно щипало глаза. С разных уголков слышались обрывки фраз, возгласов; всё это смешивалось в бессмысленный галдёж.

Как только он вошёл, шум притих. Все взглянули на него, как делали обычно с любым вошедшим. Те, кто был здесь недавно, вскоре опустили взгляд в свою кружку с добротным пенистым напитком. Иные же, кто ездил из Старого Света в Новый, с интересом наблюдали. Взоры их даже не стеснялись, вопрошая один-единственный вопрос.

Но в целом, шум возобновился снова. Он прошел к стойке, сел, как всегда, в самом крайнем правом углу.

Человек, справившись с клиентом, неторопливо подошёл к нему. И, протирая кружки, заговорил:

- Ну вот ты снова здесь, Странник. Здравствуй.

- И тебе не хворать. Получил письмо?

- Разумеется. Комната готова. Она на третьем этаже, двадцатый номер. – говорил он, протягивая ключ. – Тебе налить чего-нибудь?

Незнакомец усмехнулся.

- Ты же знаешь мои вкусы, так к чему каждый раз спрашивать?

- Понял. Значит, вино.

- Да про год не забудь. Вот, - он протянул монеты, - держи.

Трактирщик ушёл. Через несколько минут он вернулся снова, держа в руке бутылку, стирая многолетнюю пыль простой матерчатой тканью.

Уже скоро глиняная кружка наполнилась обжигающим напитком. Рука с ней протянулась к губам, скрылась под балахоном.

- Да, это оно. Благодарю.

- Ещё? Закуску?

- Без. Одну кружечку, и хватит.

- Что ж.

Ёмкость наполнилась во второй раз, пробку вставили назад. Человек удалился в погреб.

Но после – воротился, однако подходить не спешил. Посетителей стало больше, все они требовали вкусного, недорогого и дешевого пива.

Незнакомец в балахоне, опустошив кружку, уже было поднялся, собрался идти к себе, отдохнуть, как вдруг хозяин заведения обратился к нему:

- Слушай, Странник. Подожди. Я тут так забегался, что забыл спросить кое о чём.

- В самом деле? Ну, говори, коли не шутишь.

- Да я, собственно, что. Ты уж прости мне моё любопытство, но куда в этот раз путь держишь? Ты не торговец, что тебе делать в Старом?

- В самом деле, нечего. – губы зашевелились, преобразившись в улыбку.

- Тогда – куда?

- А тебе всё покажи да расскажи. С каких пор ты стал такой любознательный, а, Роджер?

- Да я так, просто… - смутился тот, - но, если не хочешь, не говори. Просто мне стало интересно, чем занят спаситель самой королевы…

- Да тише ты! – шикнул на него юноша. – Хочешь, чтобы меня тут и похоронили?

Тут оба осознали, что секретничать слишком поздно. В трактире вдруг настала мертвенная тишина. Три десятка глаз – женских, мужских, старых и молодых – уставились на них.

Молчание не прерывалось. Напряжение росло, как растёт трава после прохладного дождя. Трактирщик, тревожно сглотнув, медленно подошел к стойке, осторожно потянул за нитку под ней.

- А это кто тут говорит за нашу королеву? За нашу любимую Викторию, а?! – прокричал кто-то из толпы.

- Да-да! Мне тоже интересно! – воскликнула женщина в тёмно-синем потрёпанном платье.

- Ничего важного, друзья! – наконец пересилил себя Роджер. – Вам просто послышалось!

- Эй, ты, мешок с дерьмом! Ты за кого нас держишь?! Если я прогуливал церковные уроки, это ещё не значит, что меня можно считать безмозглым олухом! Слышишь?!

Толпа людей постепенно подходила ближе. Теперь даже незнакомец, сидевший до того, резко встал, протянул руку к поясу.

Но вот, из двери неподалеку вышли несколько человек с оружием.

- Звал?

- Да…да! Утихомирьте, пожалуйста.

Люди отступили назад при виде блеска мечей. Хмурые их лица со злостью провожали хозяина трактира и путешественника в странном обличье.

…


- Ну и наделал ты дел, Роджер. Твой вопрос чуть не стоил мне жизни!

- Прости. Право, прости, я не хотел. – и, виновато взглянув на молодого Странника, он добавил: - Давай, так. Эту ночь бесплатно, и перед дорогой налью ещё кружечку-две.

- Что ж, тогда другое дело. – юноша, до того стоявший, облегчённо присел на кровать. – Последнее время с деньгами туго.

- Как?! – оторопело воскликнул мужчина. – Ведь год назад всего… она тебя на всю жизнь одарила! Слухи таковы.

- Ха, так оно и было! – тихо рассеялся он. – Даже такая редкая стерва не пожалела средств в качестве благодарности. Золотца, однако, не так много. Потратил почти всё (на что, не твоё дело), остальное решил оставить в банке.

- Чем больше с тобой общаюсь, тем интереснее становишься. Так и что, не расскажешь?

- Естественно. По сути, мы друг другу никто. А если я скажу, все потянутся туда, куда и я держу путь. Зачем мне проблемы?

- Понятно. Ну, ладно. – вздохнул он. – Завтра выезжай пораньше, пред рассветом. Тварей будет поменьше, и люди за тобой не сунутся – а значит, не проследят.

- Да, я тоже так подумал. Если я проверну это дело, то мы обязательно встретимся, Роджер. Всё узнаешь из первых уст, обещаю.

- Да. Спокойной.

- Доброй ночи.

***


Часы пробили пять. Я устало глянул в телефон: вставать через два часа.

Это даже глупо, да и вообще: противно. Отвратительно.

Вот зачем это всё, а?.. Зачем я это делаю? Ясно ведь, полная чушь.

Никому не нужная чушь. Бесполезная.

Сохраняю файл, выключаю ноутбук. Медленно откатываюсь от стола.

Завтра умирать буду.

…


- Ты что, спишь? Во-ло-дя!

- А? Что? Извините.

Преподаватель с ехидной усмешкой посмотрела на меня. Ответ ей не понравился. Ой будет-то сейчас…

- Вот студент. Ребята, все видят? Смотрите внимательно: студент образцовый, молодец просто. На парах спит, долгов нахватал.

- Ну зачем…

- Вы как, студент? – перебила она меня. – Учиться-то, собираетесь?

- Да я…

- Я спрашиваю, собираетесь? Нет, Вова, мне абсолютно без разницы, что ты получаешь по английскому и физкультуре. Но на экономике ты ДОЛЖЕН учиться только на четыре и пять, слышишь?!

Настала тишина. Одногруппники робко переглядывались между собой: Марья Алексеевна сегодня явно встала не стой ноги. Да к тому же, видимо, ехала в переполненной маршрутке, где ей случайно наступили на эту самую ногу.

- Нет, ну вы поглядите на него: опять спит. Хоть пристрели.

Кто-то толкнул меня сбоку.

- Маша! Милая, не надо. Я сама. ВО-ЛОО-ОДЯЯ! – меня стали с силой трясти за правое плечо, и я проснулся снова. А ведь снилось же что-то…

- Что? Простите! Я заснул?

- Разумеется, заснул. Не потерплю! Вон из колледжа домой, высыпаться. Чтобы на следующую пару сделал реферат про дилеров и брокеров; конечно, на оценку. Клеточек в журнале много. Иди.

- Хорошо. Ой, то есть нет. Больше не повторится.

Я поспешно вышел из кабинета, и сразу направился к кофейному автомату.

Вот черт! И надо же такое: выпил две кружки эспрессо, а всё равно – заснул. Видимо, придется ещё.

Напиток, как и всегда, был горек, а потому приятен. Странно, понимаю: как может быть приятно и вкусно то, что дешево? Пятнадцать рублей за стаканчик кофе – слишком смешная цена. Однако же…

Ладно. Думаю, лучшее, что я могу сделать, так это, в самом деле, пройти домой и выспаться. На этот вечер я уговорил Катю встретиться со мной в кафе и поболтать.

Ну как, поболтать. Дело в том, что разговор предстоит, пожалуй, даже серьёзный.

Вдруг она не придёт? А ведь может!

Уже третий месяц, как я завис в этом бедственном положении.

Она мне нравится. Правда. Глупо отрицать. Я даже не побоюсь того самого слова…

Но она молчит. Ну то есть, молчит. Ни «да», ни «нет». Не знает она ещё.

Учится пока в школе, вот, через два года ей сдавать этот несчастный ЕГЭ.

И потому, ничего так и не ясно. Она зациклена на этом, видимо, боится, что если отвлечется на меня, то отстанет в учебе.

Возможно, так оно и есть, но что мне! Хочется сейчас и сразу. Обнять. Поцеловать. Поговорить, хотя бы.

А так – вижу раз в две недели, и то, в лучшем случае. Кто знает это чувство, тот, верю, меня поймёт: подобное ожидание просто невыносимо.

Однако же! Что я могу ей дать? Ну, что?..

Размышления оборвались. Трамвай, в который я сел десять минут назад, ещё через пятнадцать проедет мою остановку.

А фокус как раз в том, что нечего мне дать.

И, теперь уже, когда я осознал весь абсурд, всю нелепость моего желания, всё равно лезу в ненужные отношения. Несвоевременные.

Равно как бабочка в огонь.

…


Вот и вечер. Я проспал полдня. И кажется, даже выспался, - это редкость для меня.

Стою перед входом. «Добро пожаловать!» - гласит табличка, зазывая к себе.

А мне не хочется: страшно.

Боюсь, что тут всё и закончится. Вся моя печаль, вся тревога, радость, волнение… всё.

Угораздило! Вот кто скажет, кто ответит мне, что потянуло меня открыть тогда диалоги, и написать: «Привет»? Ведь, если бы не тот день, то сейчас спокойней бы было.

Целей бы был.

Но, ладно. Пора входить: уже слегка опаздываю.

Открываю дверь. Вихрь запахов врывается в сознание. Печенье, аромат кофе, булочки.

Она сидит за столиком неподалёку, отчужденно глядя в окно.

- Привет.

- Привет. О чем хотел поговорить?

- Катюш, ты же знаешь. Ты прекрасно знаешь.

Тяжелый вздох вылетел из её груди. Она откинулась на спинку стула, и серьёзно ответила мне:

- Кажется, я всё тебе сказала. Я не готова. Сейчас, как никогда, надо сконцентрироваться на учебе. Понимаешь?

-…

- Вова, ты хороший человек. И мне интересно с тобой общаться, правда.

- Но, Кать…

- …рассуди сам. Как я поняла из твоих слов, профессия экономиста тебя не устраивает. Так?

- Ну, да…

- Ну вот. Ты доучиваешься год, потом – идешь учиться, куда хочешь. Там ты найдешь новых друзей, и может даже…

- Нет, подожди…

Я лихорадочно пытался думать. Это что же получается? Просто дружба? Но…

- Нет. Я так не хочу!

Ресницы её дрогнули, глаза опустились.

- Прости. Я не желаю тебе зла ни разу.

- Катя!

Я понял. Да, я проиграл. Она поднялась из-за стола, и, сделав шаг в сторону, сказала:

- Честно, не понимаю, почему нельзя просто общаться? В сети, например? Подумай, пожалуйста, над этим. Пока.

Мне хотелось возразить. Сказать, что общение в соц. сетях – сущий бред, лишь симуляция общения.

Однако я промолчал, и девушка ушла.

Никогда, никогда не забуду этот день и этот вечер.

Он стал худшим из всех.

…

Утро сегодня выдалось прекрасным. Тёплое яркое солнце, огненные деревья за моим окном.

И, просыпаясь в хорошем расположении духа, я задаюсь вопросом: что же было со мной – тогда, полгода назад?

Жестока она, эта любовь. Приходит внезапно (именно внезапно, иного слова не подберёшь), полоснёт ножом по спине, - и уйдет, оставив шрамы на память.

Но болят – раны, а не шрамы. И сейчас, когда всё прошло, когда всё пережито и забыто, я понимаю.

Что на самом деле это не так уж и страшно. Разумно она поступила. Так, как и должна была.

Будь я на её месте в трезвом уме, то сделал бы то же. И нечего больше говорить об этом. Смысла нет.

Мысли ушли в совсем иное русло, - и тут я вспомнил, что на днях видел странный сон.

В нём какой-то человек, протягивая руки к старинному зеркалу, растворялся в его волшебном свечении. Вокруг не было ничего, разве что кроме низкого потолка из прочного камня.

Не понимаю – к чему это?..

…


Очередной учебный день окончен. И, признаться, я очень устал.

Придя домой – так и повалился на кровать, не переодеваясь.

Лежал около двадцати минут. Вставать не хотелось.

Потом, я наконец поднялся, поел, переоделся. И, подумав немного, решил пару часов отдохнуть.

Домашнего задания нет, желания что-то делать – тоже.

Уснул я довольно быстро.

…


«Ты себя нашел, ты в равновесии. Рад за тебя. Но – я? Меня ты не забыл?»

Поздний вечер сентября. Фактически ночь.

Луна медленно плыла по небу, занимая своё законное место среди звёзд.

А я всё никак не мог отойти от увиденного. Слёзы падали с моего лица, хотя я понимал: ничего страшного не приснилось!

Тот голос, такой чужой и таинственный, в то же время казался знакомым. Не знаю. Не понимаю ничего.

Я часто вижу сны. Безумные, осознанные, многообразные. В них фантазия моего подсознания творит что только можно.

Но этот приснился впервые. Он не такой, другой. Слишком реалистичный, что ли.

Он казался настолько ярким, что, останься я там, не отличил бы от мира настоящего.

И, чтобы сейчас не забыть всё это, я открываю ноутбук.

Завтра рано вставать. Плевать!

Я должен закончить свою работу.

Одно слово следует за другим, запятые, точки; складываются предложения, рождаются абзацы.

И чем ближе к утру, тем больше понимаю: это не я пишу историю. Вовсе нет!

Она пишет саму себя. Хочет поведать (и я, к слову, хочу), что же будет дальше.

***


Ночь, такая тихая и безлунная, словно растворила время. Юноша лежал на кровати, не смыкая глаз, время от времени проверяя меч в ножнах.

За окном раздавались странные, нечеловеческие звуки. По коридору постоянно скрипели половицы – кто-то явно страдал бессонницей.

Благо, дверь заперта на ключ. Да к тому же, он опустил засов – на случай, если кто-то вздумает взломать замок.

Неизвестно, сколько времени уже прошло. Казалось, целая вечность.

Но так продолжаться просто не могло! Что-то подсказывало ему, что это – не просто так. Что это – не личное ощущение времени, а нечто большее.

Вдруг окно раскрылось от порыва ветра – резкого, внезапного. Всё засвистело вокруг, завыло.

От неожиданности силуэт подскочил, выглянул наружу.

Тишина. Никакого ветра.

Это только убедило юношу в догадках. Если не предпринять что-то прямо сейчас, то будет поздно.

В полумраке он нашёл свою походную сумку, и, нашарив что-то там, достал.

Медальон. Потасканный, невзрачный, блеклый.

Он аккуратно раскрыл его – и комната наполнилась слабым, желтоватым свечением.

- Боги, будьте милостивы. – прошептал он. – Пусть утро наконец наступит.

Артефакт вспыхнул белым светом, и тут же погас: теперь его достанут не скоро.

Крики снаружи притихли, старые доски поскрипели немного, смолкли.

И вот, всего лишь через четверть часа, начался рассвет. Сумерки спустились на мир. Где-то там, вдалеке от этого скромного пристанища, обрисовалась неясная полоса. Совсем скоро солнце проснётся, и мрак отступит.

Пора выходить.

Человек подошел к двери, отодвинул засов, повернул ключ. Дверь со скрежетом отворилась.

Тихо, чтобы никого не разбудить, он в полумраке выбрался на улицу. Странник даже не стал будить Роджера – чёрт с ним, с вином. Снаружи, развалившись на мешке с сеном, мирно дремал тот самый парень, что здоровался вчера.

- Хорошо же ты постояльцев охраняешь, друг.

- А? – он поднял голову. – Ты так рано?

- Ты меня не видел. Понял?

- Да, да… конечно! Хорошо.

- И хватит спать! Сегодня нас всех могли убить – из-за твоей глупости.

Воин ушёл навстречу рассвету.

Трава, редкие деревья, мелкая живность встречались по пути. Если бы не огромное облако, заполнившее весь горизонт, то свет, скорей всего, уже бы давно пал на владения короля Армстронга. Странник не достиг даже двух вёрст, как сзади его кто-то окликнул: «Эй! Стой!».

Он резко обернулся, рефлекторно выхватил меч. К нему бежала молодая рыжеволосая девушка, – и остановилась. Даже отсюда, на расстоянии десяти метров, было видно, как задрожали её тонкие, грациозные ножки. Слева дул лёгкий ветерок, колыхая белое, в цветочек, платье.

И тут же, будто нарочно, день озарился яркими лучами. Один из них осветил её глаза, нос, уши; по выражению лица стало видно: напугана.

Успокоившись, он вернул оружие на место: вроде не опасна.

- Ну, женщина, - что стоишь? Иди уже, не обижу. – окликнул юноша.

Успокоившись, и, одарив его своей улыбкой, девушка поспешно подошла ближе.

- Здравствуй. Это же ты – тот самый? Ну, Странник?

- Положим, я. Зачем сунулась за мной в такую рань? Здесь всё ещё может быть опасно.

- А я не боюсь! – гордо ответила она. – В конце концов, уже утро.

Он лишь покачал головой.

- До чего же ты глупа и наивна. Думаешь, монстры – единственное, чего нужно бояться?

- Не знаю…

- Ладно. Так – что? Что тебе надо? Я не видел тебя в трактире…

- А, это. Ну, - улыбнулась она, - просто умею внимания не привлекать. Вчера я случайно подслушала один разговор, и вот, - теперь я здесь.

Он приложил руку к лицу, вздохнул недовольно…

- Возвращайся. Нам с тобой не по пути.

- Не хочу.

- Прости, что?.. Я неясно выразился?

- Я твёрдо решила, что иду с тобой.

«Право, что за назойливость! Где её воспитание?»

- Сказал же, нет. Если не уйдешь – зарублю прямо здесь, не посмотрю, что молодая и красивая. Возвращайся!

С последней фразой он отвернулся. Надеясь, что девушка всё же образумится, юноша двинулся дальше, не оглядываясь.

Через десять минут он всё же повернул взор – резко, неожиданно.

Дорога была пуста.

…


День плавно перетекал в вечер. На пути не встретилось никаких проблем – лишь путники, такие же, как и он.

Но теперь, после долгого пути, пришло время отдохнуть. Странник остановился на опушке леса, снял с себя сумку.

Прежде всего он рассыпал соль вокруг ночлега – чётким, ровным полукругом, в радиусе пяти метров. И только потом разжёг костёр, пожарил мясо, прихваченное с собой ещё утром, прочёл молитву.

И правда: этот путь будет нелёгким. Понимая, по сути, он не спал уже двое суток, и что ночевать около леса – опасно, юноша всё же лёг на траву.

Он думал проспать не больше двух часов, чтобы после – чутко сторожить своё пристанище.

…


Крик донёсся словно из другого мира.

- Рыцарь, проснись! Проснись, враги!!

Костёр давно погас. Настала ночь, такая злая и беспощадная. И вместе с ней пришли они.

Не то собаки, не то волки, с четырьмя глазами и жесткой, как щетина, шерстью, яростно подрывали защитный круг.

Их было около десяти-пятнадцати. Он тут же выхватил оружие, и, не обратив внимание на количество, бросился в бой.

Удар – один, другой, третий. Жалобные визг смешался с недовольным рычанием.

- Так им! Ещё!

Но, успев лишь убить троих и ранить двух, он вернулся назад. Несколько тварей ринулись за ним, и, ударившись в пустое пространство, вернулись к своему занятию.

- Чёрт. Ты, - сказал он глухо, не смотря, - разожги огонь! Живо!

Всё, что теперь возможно, - так это махать оружием, не покидая безопасное место.

Умерли ещё трое, стая отступила назад. Только теперь им стало ясно: без боя никто не сдастся.

Монстры стояли, яростно рвя лапами землю. Но подступать не решались.

- Готово.

- …быстро. Спасибо. – ответил он, беря в руки горящую ветку.

Он стал искать, переводя взор с одной оскаленной морды на другую. У этих – одна особенность: глаза, горящие янтарём. Но где-то…

- Вот он! А ну, иди сюда, паскуда! Я знаю: ты меня понимаешь! Ну?! Или боишься, выродок?

Зверь, чуть покрупней остальных, выступил вперёд. Из глаз его, красных, как алая роза, брызнула кровь. Он зло оскалился, и вдруг заговорил:

- А ты выйди из круга, щенок!

- Это кто? Я? Я – щенок?

- Да! Мне триста лет, за эти годы я пролил море крови. И ты – не последний!

- Вот как? Значит, такой древний? Не думал, что этакая сволочь столь долго живёт. – и, сказав это, юноша присвистнул: - А достань меня сам! Что, не можешь?!

Чудище взревело и бросилось на него. Поймав момент, парень ударил его горящей, - сколь было сил.

Шкура вспыхнула моментально. Вожак, взвыв от боли, пулей умчался в глубь леса. Стая его, заскулив, последовала за ним.

- Триста лет, а ума как у двухлетнего. – улыбнулся юноша.

Он глухо упал на землю, чуть не попав в пламя костра.

Она склонилась над ним.

- …рыцарь, что с тобой?..

И тут стало ясно: ведь не отступил бы воин просто потому, что испугался!

Левая нога его покрылась темной, густой кровью; судя по виду, кость была сломана.

Не успев более ничего сказать, он потерял сознание.

…


- Ну, вот. Вроде и всё. Как себя чувствуешь?

Яркий свет ударил в глаза, он приподнял голову. Утро уже давно наступило и даже прошло, уступив место солнечному дню.

Нога довольно сильно болела, но, к счастью, терпимо. Юноша приподнялся на локтях, чтобы сесть.

- Спасибо. Но… снова ты?

- Ха! Думал, я отстану так просто?

Девушка сидела рядом, довольно поправляя свои огненные кудри.

- Вот чёрт… мне стоило предвидеть. Следила?

- Вроде того. Знаешь, - задумчиво проговорила она, - у тебя такое красивое лицо… и такое странное имя. Может всё-таки скажешь настоящее?

Он хотел было вновь накрыться капюшоном, но тут осознал, что ткань ушла на перевязку. Недовольно взглянув на неё, он проговорил:

- Как хочешь, а имя не скажу.

- Вот как. Ладно. Ну что ж, Странник, тебе срочно надо в ближайшее поселение.

- С чего вдруг?

- Я, конечно, не мастер во врачевании; но то, что ты подхватишь заражение, могу сказать точно. Поэтому…

- Нет. – пробормотал он. – Мне надо идти. Надо успеть.

- О всемогущие боги! – воскликнула она. – Да куда же ты так торопишься?!

- Не твоё дело, женщина.

- Правда? – ответила она, хитро улыбнувшись. – Ну, тогда я пойду. А ты – здесь сиди и жди, когда твари придут снова. Всё равно дальше пяти вёрст не сдвинешься.

И, сказав это, она в самом деле развернулась, и бодрым шагом стала удаляться, напевая себе под нос что-то весёлое.

Думать надо было быстро. Ибо, если этот «подарок судьбы» оставит его здесь, то шансы и в самом деле невелики.

Парень это понимал, хоть и не хотел признавать.

Не прошло и минуты, как он окликнул её:

- Стой, вернись! Прошу тебя.

- А? Что ты сказал?

- Не уходи!

- Я не слы-ы-ышу-у!!

- Да вернись, чтоб тебя!

- Вот это другое дело, - сказала девушка, уже подойдя ближе. – А то много важничаешь. Почему рыцари (даже сильные) не умеют признавать, что нуждаются в помощи?

Он, не ответив ничего, отвернулся.

- Ладно. Вот тебе палка, - сказала она, протягивая заранее приготовленную вещь, - будешь опираться. Обычным шагом до деревни идти полчаса… - она посмотрела в ту сторону, - …не больше. Думаю, мы справимся за час.

- Час…

- Молчи! – прервала она. – Это для твоего же блага. Там тебя подлечат, и можешь катиться на все четыре стороны.

Юноша взглянул в её задорные голубые глаза и ясное лицо.

Не верилось, что она отпустит его потом.

…


- Версилак? Точно он, - иная тварь не так кусает. Ну, - мужчина в очках отложил тарелку с травами, и, довольный проделанной работой, потянул дым из деревянной трубки. – теперь всё позади. Полежишь у нас недельки с две, кость срастётся.

- Спасибо большое. Но, простите, мне не до того. Надо идти.

- Уверены? – брови под линзами недоумённо поднялись. – Может неправильно срастись. Да, к тому же – где лекарства возьмёте? Меня рядом не будет.

Юноша уже было открыл рот, но его опередили.

- Я буду.

- Вы, юная леди? Хм, хм, - он смерил её взглядом, покачал головой. – если дело срочное, то, так и быть, отпущу: вы неплохо мне помогли, думаю, кое-что смыслите в медицине.

- Ох, спасибо! Не ожидала я такого комплимента. Доктор, можно нас пока оставить?

- Только ненадолго. – ответил он, выходя из комнаты.

- Ты же сказала, что отстанешь от меня. – прошипел юноша. – Зачем вяжешься за мной?

- Во-первых, ты ещё не можешь идти один. А во-вторых, - она заискивающе улыбнулась, показав красивые белые зубы. – ты теперь должник. Я возьму долг, как удовлетворю любопытство.

С такими аргументами спорить, очевидно, было нельзя. Странник вздохнул и устало повалился на подушку.

- Вообще, я бы обошелся и без тебя… как-нибудь. – она усмехнулась, глядя на больного. – Просто в этот раз не повезло, я не мог сражаться на полную. Так и быть, возьму. Но учти, - строго, почти зло добавил он. – путь очень опасный, тебя запросто могут убить ещё в Лабиринте…

- Что?! – воскликнула она, слегка подпрыгнув от восторга. – Ты идёшь через знаменитый лес, высаженный во вторую эру самим Архангелом?! Вот это да! Я тоже туда хочу!

Лабиринт. Мрачный, полный загадок, мертвецов и духов. Все люди и звери сторонятся этого места, ибо от него веет ужасом и смертью.

Припомнив тогдашний, давний разговор со священником, юноша содрогнулся.

Тот советовал ни в коем случае не идти туда. Поначалу, он и не думал. Хотел обойти болотом, что раскинулось неподалёку. Место, конечно, не из приятных, но всё же лучше, чем сам Лабиринт. Но после – узнал, что там спрятан Ключ. Он был нужен, как солнце и вода.

А при виде этой простоватой, но всё - хитрой, девушки, юноша засомневался. Он надеялся, что это отпугнёт… но нет. Она что, сошла с ума? Жить, ей, что ли, надоело? Ведь не протянет и часа!

- Ты хоть сама понимаешь, что сказала? – мрачно проговорил он. – Это тебе не в кабак сходить.

- Конечно, понимаю! А ты – нет?

Он смутился. Что она имеет в виду?

- В смысле? Ты там умрёшь. Ещё раз повторить?

- Ах, дурак. – отмахнулась девушка.

В дверь постучались.

- Я кое-что забыл сделать, надо ещё раз сменить повязку. Могу войти? – донеслось оттуда.

И, не дождавшись ответа, доктор проник в комнату своей тяжелой поступью.

Девушка, весело встряхнув волосами, вышла, добавив перед тем:

- Как отпустит, жди меня на рынке. Нам надо прикупить кое-что – до того, как мы поедем на поиски приключений.

…


На удивление, у неё оказались деньги. И много. По крайней мере, достаточно, чтобы купить новую одежду, еду, даже кольчугу – последнему юноша поразился особенно.

И даже насторожился. С чего вдруг такая щедрость? Загадка…

- О чём думаешь, воин?

- А, так. Ни о чём.

Они шли уже третий день. Парень всё так же опирался на палку, но с её помощью, и (на удивление), тщательным уходом, становилось всё легче.

Внезапно девушка вышла вперёд, и преградила путь.

- Эй… ты чего?

- Знаешь, ты ужасно груб и некультурен. Просто непростительно!

- То есть?

- То есть, значит? Ладно уже, я не прошу более, чтобы ты рассказал цель твоего путешествия. Ладно, не требую благодарности за поддержку. Но мы идём уже несколько суток, и кроме коротких однотипных фраз, я не могу вытащить из тебя ни слова. Ты бы хоть имя моё спросил!..

Наступило неловкое молчание. Вокруг было тихо, лишь ветер колыхал высокую траву. Наконец, парень сказал:

-…ну, прости. Обычно я немногословен.

- Ага, прощаю. И?..

- Что? – Странник уставился на неё. – «Как имя твоё, юная дева?». Это ты хочешь слышать?

- Ну наконец-то! – улыбнулась она. – Звать меня Элизабет. Можешь просто – Лиза.

Он хмыкнул, и сделал шаг вперёд:

- Понятно. А теперь пошли, нам ещё ночлег искать.

Она осталась стоять на дороге, разочарованно смотря ему вслед.

- Ну, мальчик. – прошептала Елизавета, - Прямо, как стена. Ничего! Несокрушимых не бывает.

…


Прошла ещё неделя, а дорога всё никак не хотела кончаться. Поле сменял лес, а его, в свою очередь, река.

Теперь воин уже мог идти уверенно: травы, которые девушка взяла у врача, отлично помогали.

За то время, что они провели вместе, она-таки смогла его разговорить.

Оказывается, год назад у королевы украли одну вещь. Но это была не просто кража – пропало важное письмо личного содержания. И она, не найдя другого выхода, тайно призвала знаменитого Странника к себе. Он неплохо владел мечом, но всё же важно было не это.

Дело в том, что медальон, который он нашёл в древних руинах, обладал невероятной силой. А именно – исполнять желание раз в месяц. Важно – краткосрочное, но не масштабное, нет.

Супруга короля, прознав об этом, попросила юношу достать письмо; оно не должно было попасть к мужу.

И Странник достал. И был награждён – так, как и полагается.

Тайна эта, смешавшись в бесконечной паутине слухов и ропота в адрес правительницы, так и канула в лету, не выйдя в свет.

Много юноша успел повидать за эти годы. А ведь – представить только!..

Если бы не медальон, он был бы давно уже мёртв. В лучшем случае – остался бы никем, так и живя в глубинке.

- Да уж…

- Что?

- Снова думаю о том, что ты поведал. Мне до сих пор не верится, что Виктория не только обирает народ, но ещё и изменяет мужу!

- Слушай, давай не будем об этом. – слегка раздражённо проговорил спутник. – я дал клятву, что никому не расскажу.

- Но ведь мне же рассказал!

- Ну… да. Вы слишком приставучи, Элизабет. Вредина, я бы сказал.

- Эй! – она слегка толкнула его в бок.

- В общем, не надо больше, ладно? Пришли.

Она повернула голову, куда указывал юноша, храня весёлое выражение на детском ещё лице.

Пред ними, раскинув свои широкие, голые ветви, высился огромный, древний лес.

Лабиринт.

…


- Не отставай.

- Х-хорошо…

Пыль под ногами, смешанная с сухой травой и обломками костей. В воздухе повис лёгкий туман. Полумрак.

Они шли, затаив дыхание. Меч - на изготовке.

Но пока не происходило ничего особенного. Если, конечно, не брать в счёт белые тени, которые проносились прямо перед носом, вея холодом.

Так прошло около несколько минут. Лиза, до того – такая смелая и весёлая, теперь шла рядом – так близко, что её тонкая нежная ручка то и дело касалась его; она вздрагивала от каждого шороха.

Дорога шла прямо. Потом повернула в лево. Дальше – направо, и снова вперёд. После ещё пяти минут ходьбы она завела в тупик. Пред ними вырос куст.

Сначала путь был свободен. А растение явилось внезапно, из ниоткуда. На нём нет было ни единого листочка – лишь ветви, колючие отростки.

- Так… отойди на шаг.

Парень, стараясь держать безопасное расстояние, замахнулся. Ветки тут же осыпались на землю – и исчезли, растворившись в ней.

Куст отрос заново. Густые, непроницаемые ветки переплелись между собой, издеваясь над этой жалкой попыткой.

- Нет… ты нас пропустишь!

Он шагнул ближе и замахнулся снова. И, не дожидаясь роста, сделал ещё несколько резких движений.

Всё упало, слилось с шершавой поверхностью.

Дорога была свободна.

- Отлично. Проходи быстрей, думаю, это ненадолго.

Она не заставила себя ждать.

В самый последний момент, когда девушка уже преодолела преграду, куст вырос во второй раз вдвое больше прежнего.

И успел схватить её за походное платье.

- Ай! Пусти, пусти! – в отчаянии закричала она. – Странник, помоги!!

- Да не ори! – быстро и тихо проговорил он. – Стой смирно.

Одним движением он отрубил лишнее, и, видимо, сочтя эту шутку уместной, протянул ей деревянную руку – острую, корявую:

- Не хочешь на память?

- Идиот! Нет!

- Ну и ладно. – ответил он, бросив её за спину. Та обратилась в пепел ещё в полете.

- Зачем ты вообще это сделал? Не подобает такое уважающим себя людям. – обиженно проговорила девушка. – Мне и так страшно. Очень!

- А чтобы в следующий раз знала, что делаешь. Не надо было со мной идти.

Девушка смолчала, и они отправились дальше. Дорога несколько раз петляла, иногда и вовсе пропадая из виду. Наконец, она вновь выровнялась – идти стало легче.

По пути всё чаще стали попадаться камни, торчащие из земли. Вскоре их стало много, пришлось остановиться и осмотреться.

- Чёрт. Кладбище.

- Да что?.. Может, и нет. Кресты, что ли, видишь?

- Они давно сгнили. – ответил Странник, вытягивая меч. – У меня плохое предчувствие, приготовься.

И действительно. Что-то изменилось. Отовсюду послышались шёпот и шорохи, порыв ветра пронесся по этому забытому Богом месту.

Элизабет застыла, словно завороженная. Взгляд её устремился куда-то вправо, а тело задрожало. Она шагнула назад, прочь – и споткнулась, чуть не упав. Он успел поймать её.

- Гляди…

Оттуда, скрипя и злобно ударяя по камням, двигались они.

Тонкие тела почернели от времени, а пустые глазницы не выражали ничего. Ничего, кроме ненависти. У иных не было руки или рёбер, в черепах просвечивали крупные дыры. Мёртвые.

- Назад! – вскричал воин, оттолкнув её от себя.

Скелеты заметно ускорили шаг, и вскоре побежали.

Единственное, в чём повезло парню – это то, что у врагов не было оружия. Только руки – холодные, безжизненные кости.

Их и было легче всего отрубать. Но даже тогда мертвецы бросались на него: укусить.

Чтобы не окружили, приходилось отступать.

Взмах – шаг назад. И опять. Ещё один.

Их осталось всего пятеро. Пораженные – те, кто рассыпался, - следили за ходом боя, лёжа на земле. Ещё чуть-чуть…

- Странник, осторожно!

Он оглянулся – но было поздно. Камень, появившийся из ниоткуда, сбил с ног. Меч отлетел в сторону.

Руки-кости вылезли из земли, схватили за руки и ноги.

Трое скелетов тут же набросились, начали рвать одежду. Остальные двое направились к девушке.

Тут она, рискуя собственной жизнью, - вдруг ринулась к ним.

- Что ты делаешь?! БЕГИ! – только и успел прокричать воин.

Последнее, что он увидел, была хрупкая, юная дева, поднимающая с земли тяжелую, холодную сталь.

…


- Очнись! Очнись, очнись, очнись! Прошу…

Солёные слезы падали прямо на лицо. Там, в пол версты от них, двигалась новая орда – в два раза больше, чем предыдущая.

Наконец, он открыл глаза. И, неясно сознавая, что произошло, просил:

- Я… жив?

- Жив, жив! Прошу, вставай. Вставай! Надо бежать.

- Бежать?..

- Да, - да! Ну поднимайся же! – взмолилась она.

Монстры приближались. Первым из них оставалось всего каких-то полпути…

Странник встал на ноги, слегка пошатываясь. Он не знал, сколько времени прошло.

И вместе они помчали по дороге – к выходу, быстро, что есть сил.

Из земли вырастали камни и тянулись руки, норовясь схватить. Однако до выхода оставалось недалеко, - метров сто, не более.

- Ещё немного…

- Да… Ай!

Юноша сделал несколько шагов, прежде чем понял, что спутница споткнулась.

Когда он вернулся, множество рук – около десяти, - успели придавить девушку к земле, как маленький ребёнок прижимает куклу к груди. Она не могла сказать даже слово, а в глазах – страх, настоящий ужас.

Парень перерубил тиски, помог подняться. В это время один из мёртвых был буквально в десяти шагах.

- Беги, Лиза! Беги и не оглядывайся!

- Но…

- Я сказал: «Беги»!

В конце дороги - огромные чугунные ворота, - медленно закрывались. Девушка зашла за них – и стала ждать.

Сейчас она понимала, что не может сделать ничего, как бы не хотелось. Странник сражался с тремя, потом – с шестью, после – с пятнадцатью…

- Да чтоб вас! – он вдруг резким движением вынул странный мешочек из сумки – и кинул вверх.

В воздухе сразу же нависло белое облако. Скелеты смешались в нём, исчезли.

Елизавета наблюдала за этим с замиранием сердца. Что происходит?..

Скоро парень вырвался из облака, и, снова достав что-то, - кинул туда, в белую пелену.

Раздался взрыв. Не сильный, но и не слабый.

Его хватило, чтобы отвлечь внимание и сбежать.

Странник проскочил в последний момент. Сразу после того, как он, покинув кладбище и упав на землю, ворота закрылись. Враги подбежали, начали стучать по металлу, - громко, яростно и сильно; их же кости рассыпались в щепки.

Казалось, что теперь их стало около полусотни, - но сзади подтягивались ещё, ещё.

- Ух, пронесло…

- Воин, что это было?! – воскликнула девушка, сев рядом с ним. Она ещё не могла поверить, что оба живы, и, то и дело протягивая руку с платьем к лицу, плакала. – Я никогда не видела… это порох?

- Ага… конечно. – ответил он, приподнимаясь. – И откуда у меня деньги на порох…

- А что тогда? Только порох…

- Нет.

- …взрывается. Что?

- Мука, Лиза. Это была мука. – ответил он, улыбаясь. – Мне очень повезло. Будь сейчас ветра хоть немного, - это бы просто сгорело. Ну, не плачь. Пойдем отсюда, - вон, как зубами щёлкают.

…


- Поздравляю, милая спутница. Больше половины пройдено, мы минули кладбище. Но, - он протянул руку, достал из сумки свёрток бумаги и развернул. – Лабиринт ещё не пройден. Впереди…

- Не… пройден?.. – простонала она. – Я думала, он давно позади-и...

- Нет, он как раз по курсу. Взгляни.

Она посмотрела на карту, и, убедившись в его правоте, вернула назад.

- Мы тут?

- Да.

- Стой, но… это не та дорога! Мы не к выходу идём!

- Всё верно.

- Прости… что? – она остановилась, глядя на него.

- Мне нужно забрать там одну вещь. Иначе весь путь не имеет смысла… – со вздохом проговорил Странник.

- Ты… Издеваешься?! – вскричала Элизабет. – Ты чуть не умер! Я чуть не умерла! Мы… - она прервалась на несколько секунд, но потом нашла силы договорить: -…мы едва не погибли.

- Ну, - ответил парень. – Ты сама хотела идти со мной, я отговаривал. Скажи мне честно, - глаза его задорно сверкнули. – что тебя заставило?

- Любопытство. – честно сказала она, от чего-то краснея.

- А любопытство ли? – улыбнулся он. – Мне уже начинает казаться, что не только оно.

- Может, и не только. – ответила девушка, отвернувшись. Она молчала ещё с полминуты, пока время, словно застывшее в этом забытом месте, всё же беспощадно тикало, призывая ночь. – Ладно… Пошли.

- Вот и прекрасно. Всё нормально будет… Выберемся!

- Далеко идти?

- Не очень.

- Поняла. Возьмешь меня за руку?.. Мне так легче будет.

Странник улыбнулся в ответ, протягивая ладонь.

…


- Мы на месте.

Девушка прислушалась, опасливо оглядываясь по сторонам.

Всё это время оба двигались в тишине, изредка нарушаемой криком ворона. Сам факт жизни уже обнадеживал, хоть радости и не внушал. Те же безмолвные серые деревья, тот же неприятный хруст под ногами – костей и сухих веток.

Теперь они стояли напротив мрачной, полуразрушенной постройки, кирпичи которой рассыпались от времени.

- И сюда ты меня вёл?.. Что это?

- Склеп. – он, помолчав немного, сделал шаг, и прибавил: - Жди здесь.

- Что? НЕТ! – вскричала Элизабет, хватая парня за руку. – Не оставляй меня!

- Послушай, пожалуйста. Мне нужно войти, и кое-что забрать. Это на займёт много времени.

- У… мертвеца? Так? – прошептала она. – Но ведь нельзя…

- Он всё равно больше ему не понадобится. Может, тебе так будет спокойней: я не возьму, а позаимствую. А потом верну.

- Нет, не пущу! – повторила девушка, упорно оттягивая за руку.

Странник, уже уставший после встречи с ордой мёртвых, всё же нашёл силы улыбнуться.

- Прости, нет времени на уговоры. Кричи, если что случится.

С этими словами он резко отдёрнул руку, и она, оставшись без опоры, упала наземь.

- Стой!!

Но силуэт воина уже проник под каменный свод, размылся в темноте.

Она осталась одна, вся дрожа от холода.

Чтобы хоть как-то отвлечься, девушка закрыла глаза. Представила, что находится дома, в своей провинции.

Быстрая речка журчала по гладким камням. Ярко светило солнце, ветер колыхал камыш. А там, в ста шагах от отцовского жилища, дверь которого слегка накренилась, стоял огромный колодец, - бездонный, как сама жизнь. Вода в нём была так прозрачна, чиста и вкусна, что её хотелось пить снова и снова. Какая-то жалкая верста ходу – и вот он, берёзовый лес. Воздух мягок и свеж, Лиза играет в салки с дворовыми мальчишками…

Вдруг из темноты раздался громкий, нечеловеческий крик.

Сердце подпрыгнуло до небес, а после – провалилось под землю. Девушка стала отползать назад, не в силах сказать ни слова.

Из склепа послышались шаги. Что-то огромное, чёрное вылезало оттуда.

- Господи… прости…

Человек, медленно ступая по ступенькам, наконец вышел в смуглый, неясный свет. В своем неизменном балахоне, и оружием – за поясом, он выглядел необычайно измотанным и бледным…

- Странник! Странник, это ты! – она бросилась к нему и повисла на шее, чуть не сбив с ног.

- Да, я. Кого ты ещё ожидала увидеть?

- Этот звук… я подумала, что тебя убили, что идут за мной, и сейчас… - девушка зарыдала, чувства не дали ей договорить.

- Давай не здесь, Элизабет. – строго сказал юноша, устало поправляя её волосы. – Нам надо выбираться.

- Да, конечно… хорошо.

…


- Как ты смогла перебить нежить?

- Лучше скажи, что случилось в том склепе.

- Но ведь я первый…

Прошло около двух суток, как путники выбрались. Сами, ещё до конца не веря в это, они всё дальше уходили от проклятого места.

- Давай ты, всё же.

- Ох… не знаю. Всё произошло, как в тумане. Помню, как хватаю рукоятку… а потом все они мертвы. – она поёжилась. – А у тебя? Чей это был крик?

- Мой, Лиза. Это я кричал.

- Ты?! Но почему?

- Ну, как тебе сказать… - замялся он. – Я увидел нечто, чего не должен был.

- …?

- Даже не спрашивай. Просто не надо.

Оба замолчали. Дорога, поросшая травой, извивалась и петляла, обходя гущи кустарника и крупные валуны.

Им оставалось несколько дней пути.

…


Ничто не вечно. Любой клубок ниток, как бы велик ни был, рано или поздно закончится. Все деревья когда-то вырастут и увянут, уступив место новым. Все постройки, новые, древние и будущие, со временем окажутся под землёй; станут исторической ценностью.

Так подходит конец и этой истории. Красивая девушка и умелый воин наконец достигли места назначения. Пред ними высилась пещера, загражденная мифическим барьером. От него исходило слабое синее свечение, и никакой меч – даже волшебный, - не смог бы разбить его.

Рядом сидел седой старик с белой бородой, облаченный в серое. Сначала им показалось, что он мёртв, - так старо, и безжизненно казалось его дряхлое тело. Но потом, разбуженный лязгом железа об загадочную стену, он встрепенулся, открыл глаза.

- Здравствуйте, дети мои. – тихо произнесли уста, едва открываясь. – Я – страж этого места, принуждённый охранять, пока не явится достойный. – он медленно поднялся, опираясь на походную трость. – Вы – достойны?

- Ну… - пролепетала Элизабет.

- Понятно, не знаете. Сейчас мы это проверим. Всё просто! – улыбнулся он, разводя руки в стороны. – Я загадываю загадку, вы – отгадываете. Если сможете, - морщинистые пальцы указали на стену. – барьер падёт. Но если нет, - то тут же окажетесь в начале своего пути, и никогда не вспомните его. Согласны на условие?

Парень и девушка переглянулись.

- Согласны. – наконец сказали они вместе.

- Хорошо. Слушайте же:

Некогда пел поэт, своим красноречием славный:

“Бросимся вместе туда, куда Бог и Фортуна прикажет!”

Древние люди меня госпожой называли напрасно,

Ибо всем миром один управляет Христос милосердный.

Что это?

- У нас есть время подумать? – осведомился воин.

- Ну, конечно. – улыбнулся тот. – Время и я – давние друзья…

Они отошли в сторону, и начали шептаться.

- Там говорится, что она, кто-то – не госпожа, а миром правит Христос, так?

- Ну?

- Христос – это Бог, а значит, любовь. Может, ответ «любовь»?

- Не думаю. К чему тогда Фортуна? Хм… - он отвернулся от спутницы, и подошёл к загадавшему.

- Как твоё имя, о мудрый старец?

- Это важно? – изумились его белые, как снег, брови. – Давно у меня не спрашивали имя… Но если хочешь, знай: Альдхельмом меня величать. Твоё имя не спрошу: мне известно, кто ты.

Юноша было открыл рот, но страж перебил:

- Не волнуйся, не скажу. Я знаю и клятву твою святую.

Воин кивнул, и вернулся к спутнице.

- Его зовут Альдхельм. Тебе ни о чём не говорит?

- Ой… где-то я слышала это имя…

- Это древний поэт и епископ. Он жил… около шестиста лет назад.

- Что?.. Я не понимаю…

- Я – тоже. Видимо, тут не обошлось без колдовства.

- Подожди, давай сосредоточимся на загадке! – воскликнула девушка. – Мы же не можем, уже пройдя через этот ужас, - она сделала акцент на слове «этот», - уйти ни с чем?!

- Конечно, не можем. – улыбнулся юноша. – но я уже знаю ответ.

- В… в самом деле?

- Да. Это Судьба. В детстве я читал эти стихи-загадки, просто сейчас немного подзабыл. Пошли.

- Ну, что? – поинтересовался старик. – Вам известен ответ на мою загадку?

- Да, старец. – ответил Странник. – «Судьба». Вот он ответ.

- Надо же... Правильно! – воскликнул Альдхельм.

Он тут же протянул старую дряхлую руку, и прикоснулся к барьеру. Потом – повернул голову, и, разлетаясь на сотни желтых лоскутков, прошептал: «Спасибо, дети! Да хранит вас Бог.»

Стена исчезла. Серые лохмотья в миг осели наземь; на камни, как спелый арбуз, упал и раскололся череп.

- Идем, милая, - идём. – Странник потянул изумлённую девушку за руку. – нам не стоит задерживаться.

…


- Думаю, пора рассказать, зачем я сюда…

- Может, зачем мы?..

- …да. Рассказать, зачем мы сюда пришли. За ней, - он указал на огромную каменную дверь. – несметные сокровища. Богатство, которое не снилось даже десяти королям, вместе взятым. Золото, серебро, драгоценные шкуры. Рубины и алмазы. Много украшений – разных, на любой вкус.

- Вот это…

- Но слушай. – он остановился, сел перед ней на колени, взял за руки, - и взглянул в её красивые глаза. – Поклянись мне, что ничего не возьмёшь, и даже не коснешься!

- Почему?!

- Все эти вещи – прокляты. И здесь мы совсем за другим. В конце коридора будет другое – волшебная реликвия, которую не коснулось проклятье. Её можно взять, - она не опасна.

-…

- Так обещаешь? Поклянись мне, лю… - он остановился на полуслове. Девушка вздрогнула.

- …бимая.

- Ладно тебе, вставай. – улыбнулась она.

Когда воин сделал это, она, поцеловав его, прошептала:

- Клянусь.

Вместе они подошли к двери. Парень достал ключ, добытый в склепе; и обе руки – мужская и женская, - повернули его в замке.

Дверь раскрылись. Солнечное сияние тут же ослепило их, заставив глаза зажмуриться.

Громадная зала, без потолка, - полная золота. На стенах горят факела – много, много факелов.

Бриллианты. Изумруды. Чистый как слеза янтарь. Короны и ожерелья, кольца и диадемы.

Хоровод цветов и красок плясал здесь, словно так было всегда; и только, только-только началось.

Что удивительно, здесь не было пыли. Нигде. Ровно, как и паутины.

Наконец, они прошли в конец – и встретили узкий, сумрачный коридор. Юноша снял один из факелов, прикрепленных неподалёку.

И они вошли.

Там, в самом конце, стояло овальное зеркало во весь рост. Роспись на нём явно видала лучшие дни, а древние письмена истёрлись. Старое покрытие давным-давно облезло.

- Что это? То, что ты искал?..

- Да, - улыбнулся юноша. – эта реликвия может показать, что происходит в мире. Мастер волшебства сможет перемещаться с помощью неё. Но нам, простым смертным…

- Ух ты! – воскликнула девушка. – Я хочу посмотреть, чем сейчас занята королева Виктория!

- Подожди, есть ещё кое-что. Ну-ка, подержи. – сказал он, передавая горящую палку, и что-то доставая из сумки. – Вот оно.

Это был медальон. Потасканный, невзрачный, блеклый.

Не раскрывая, юноша подошёл к зеркалу, и вставил предмет в отверстие наверху.

Он подошёл идеально – и тут же расплавился, слившись с оправой в одно целое.

Кристально-чистая гладь стекла отразила радугу, цвета поплыли по коридору, медленно сменяя друг друга.

- Вау…

- Теперь, - торжественно заключил Странник, мы можем видеть параллельные миры.

- Ч… что? Они существуют?

- Да! – радостно сказал он. – И сейчас я хочу посмотреть…

***


- Поверить не могу. А что дальше? – растерянно пролепетал я в полумраке.

Не понимаю, что это была за фигня. Я писал без остановки, прогуливая колледж, прерываясь лишь на еду и короткий сон.

История никак не хотела отпускать. Она всё манила, тянула за собой, - да что там! Она держала меня железной хваткой, как жестокий режим держит невинных в концентрационных лагерях.

Ни минуты покоя. Серьёзно!

Признаюсь, я чувствовал себя помешанным. Психом, прямо говоря.

И теперь, когда все рассказано и написано, когда самое время прийти к логическому завершению – тишина.

Я не могу выдавить из себя ни слова! Как ни стараюсь, пальцы будто сами отскакивают от клавиатуры, вызывая отвращение.

Странно. Очень, очень странно. Отвратительно!

Наконец, раздраженный до предела, я сохранил файл, встал, закрыл ноутбук.

Всё ещё противный самому себе, вышел в гостиную, стал напротив трельяжа, включил свет.

Ну, и? Обычный парень, на вид лет двадцать. Какой-то угрюмый и понурый. Сегодня я сам на себя не похож.

Я уже развернулся, собрался выключить свет и уйти спать… как вдруг краем глаза заметил что-то странное.

«Повернись»

Медленно, с замиранием сердца. Я перевёл взгляд обратно.

Волосы встали дыбом. Ноги отнялись, зрачки расширились вдвое.

По ту сторону маминого зеркала стояли они. Молодой черноволосый юноша и красивая девушка. Они улыбались, они махали мне рукой.

Я, оторопело глядя на них, едва кивнул, тоже пошевелил правой. И вдруг…

Зеркало заговорило.

- Спасибо, парень, - эхом, далеко, донеслось оттуда. – Благодаря тебе всё закончилось хорошо. Скучный у вас мир, однако! – воскликнул он. – Никакого волшебства. И приключений – тоже, маловато.

- А, ну… так это…

- Ты очень славный юноша! – воскликнула Элизабет. – Не грусти! Я желаю тебе найти своё счастье, как нашла его я!

- Старая дева сейчас проснется. – пробормотал воин. – Твоя матушка?

- Да…

- Тогда нам пора! – быстро сказал он. – И прости за зеркало.

- Что?..

В соседней комнате раздался звук разбуженной посреди ночи. Видение на стекле исчезло, - и трельяж разбился сам собой, - осколки рассыпались по полу!

Она вышла уже скоро. И, смерив меня гневным взглядом, вскричала:

- ВЛАДИМИР!!! Что ты наделал?! Это ФАМИЛЬНОЕ ЗЕРКАЛО!

Я устало выдохнул – и пошёл с ней объясняться, то есть выдумывать нелепицу.

Ох и досталось же мне тогда…


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru