# 2019v Dzhulras

Пролёт Фантазии (Весна 2019)

Джульрас


***

По дну ущелья вдоль быстрой горной реки ехал отряд из пяти охотников. За тысячи лет вода начертала узор из тонких морщин на лике древних скал, сплетающихся в лабиринты. Это ущелье было вратами в долину реки Оксус, со всех сторон окружённую горными хребтами.

Охотников вызвали из столицы, чтобы убить демона, которого местные племена прозвали джульрас. Они ехали верхом на бурых мархурах крупной ездовой породы, одетые в кожаные дорожные плащи, спрятав лица от мороза и ветра в куфии. Из вооружения у них были арбалеты и сабли.

Впереди ехал Дардан, – командир отряда. Он резко поднял руку, давая знак остановиться. С края ущелья посыпались мелкие камни.

Охотники насторожились, заложив стрелы в арбалеты и прицелившись. Высоко над ними среди острых скал они увидели барса, волочащего в пасти белую баранью тушу.

– Спокойно, бесы, это не наш зверь, – Дардан опустил руку и двинулся дальше.

– Третий баран за сутки. Неужто пастуха приворотила местная карга, – насмешливо сказал Хасан, ехавший вторым.

– Не иначе кормит стервятников, – отозвался Жозо, пряча стрелу обратно в колчан. Он ехал в середине колоны.

– Если джульрас взаправду умеет то, что ему приписывают – смерть для пастуха лучший расклад, – сказал Луан и оттянул ткань с лица, чтобы немного выпить.

– Убери-ка яд подальше. Мы заходим на его территорию, нужно быть настороже и с ясным умом, – приказал Дардан не обернувшись.

Луан лишь поводил горлышком фляги у носа и с разочарованием спрятал её под плащ.

Кай ехал молча. Он замыкал колонну, и часто оборачивался. Ему давно казалось, что за ними кто-то идёт, но он держал свои страхи при себе. «Замыкающий всегда себя так чувствует», – думал он.

Охотники двинулись дальше.

Кай был в этих краях впервые. Долина реки Оксус – это холмистая местность со скудным травяным покровом и колючими кустарниками, с преобладающим серым цветом ландшафта. Близость пустыни и отсутствие растительности давали ветрам свободу для разгона, из-за чего здесь часто бушевали ураганы и пыльные бури. Не смотря на это, здешние земли славились разнообразием трав. Недавно поселившиеся здесь кочевые племена освоили травничество, и пополняли свои знания о лечебных и смертельных свойствах многих из них. Принимая угощения, нужно было дважды подумать, не перешёл ли ты кому-нибудь дорогу. Местным ничего не стоило изготовить как яд, так и лекарство, причём из одного и того же растения. Этот факт снова убеждал Кая, что в природе нет ни зла, ни добра, и только человек делает таковой ту или иную вещь.

Внезапно, из тенистого разлома слева послышался шорох, и на тропу выпрыгнуло существо размером с лошадь. Его розовое лысое тело шмыгнуло в их сторону, и Кай разглядел тонкие когтистые лапы, длинную гибкую шею и клиновидную голову ящерицы. Маленькие перепончаты крылья прижимались к туловищу, и чудовище передвигалось как большая курица.

Оно набросилось на Жозо, и в прыжке выбило его из седла. Затем развернулось и вцепилось в шею мархура, на котором ехал Луан. Животное вздыбилось и сбросило ездока в реку. Его подхватил быстрый поток и понёс вглубь ущелья. Монстр тем временем, быстрым рывком свернул шею мархура и придавил его к земле широкой ступнёй.

– Кай, дуй за ним! – приказал Дардан, указав на водный поток.

Кай находился ближе всех к Луану, и, круто развернувшись, поскакал вдоль реки. Он оглянулся и заметил, что чудовище погналось за ним, а Дардан бросился вслед за чудовищем.

Кай гнал своего мархура что есть сил, перепрыгивая с берега на берег и огибая валуны. Он обгонял поток и не спускал глаз с Луана, которого бросало в разные стороны. Голова его, то появлялась, то пропадала среди бурунов и водоворотов. Он барахтался, пытаясь схватиться за выступы и мёртвые корни, но поток сделал несколько витков между больших покатых камней, и Луан пропал из виду. На одном из гребней волны показалась красная пена.

Кай оглянулся, чтобы оценить расстояние до чудовища, и боковым зрением заметил бирюзовые полосы в высоких жёлтых камышах на берегу. Лёгкая дрожь побежала по телу. Если верить описанию – это был он, мучитель местных племён и настоящая цель их охоты. Но в первую очередь надо спасти Луана и предупредить остальных, чтобы были осторожнее и не встретились с демоном взглядом.

Река раздалась вширь, и поток сбавил скорость. Впереди Кай увидел недвижное тело Луана на небольшой отмели. Подскакав к телу товарища, он спешился, достал арбалет и взвёл тетиву. Плечи арбалета согнулись, словно уши хищной кошки перед атакой. Кай заложил стрелу, присел на колено, закрыв собой Луана, и прицелился в монстра, который гнался за ним.

Жуткий лысый птицеящер приближался. Кай выстрелил, но промахнулся, и стрела разбилась о камни. Монстр был на расстоянии атаки, но за мгновение до прыжка прозвучал жужжащий звук, и чудовище рухнуло в воду в нескольких шагах от Кая, словно ему кто-то подставил подножку. Это был Дардан, он стрелял метко, даже сидя в седле. Монстр зашипел и захлопал своими перепончатыми обрубками. Поднявшись на лапы, он поковылял в те самые камыши, где мгновение тому Кай видел джульраса.

Дардан спешился, перезарядил арбалет и бросился за раненым чудовищем.

– Дардан, стой, он там не один! – кричал Кай, но шум потока заглушал его слова.

Кай схватил Луана за шиворот и выволок на берег. Он быстро осмотрел товарища – тот был без сознания, а волосы в крови. Кай несколько раз надавил на грудь, и Луан закашлялся. Убедившись, что тот пришёл в чувства, Кай перезарядил арбалет.

«Дардан сейчас в большей опасности», – решил Кай. Потому он оседлал мархура и поскакал в камыши.

– Дардан! Дардан! – кричал он, рискуя навлечь на себя одного из чудовищ. – Дардан, осторожнее, здесь джульрас!

В стороне Кай увидел сноп красных искр от сигнальной пороховой ракетницы, и поскакал в том направлении. Он выскочил на каменистую плешь, где лежал птицеподобный монстр, из тела которого Дардан вынимал стрелы.

– Вот и наш пастух, – сказал командир, указывая на образок Шеду на змеиной шее монстра, который удержался на крепкой цепочке даже после превращения.

– Здесь джульрас, я видел его только что! Ты видел? Надо осмотреться, может отыщем след, – Кай нервно осматривался, держа арбалет наготове.

Жёлтые камыши мирно покачивались. Дардан медлил с ответом, и Кай увидел на лице командира смятение и страх, впервые за всё путешествие из столицы.

– Это вряд ли, – ответил он.

– Но я видел! Бирюзовые полосы и оранжевую шкуру, всё как описано.…

– У страха глаза велики! Идём, поможем остальным, надо держаться вместе, – по тону было ясно, что спор неуместен.

Дардан единственный в отряде имел офицерское звание, потому и был назначен главным. Хладнокровный но рассудительный, ещё и меткий стрелок, он заслужил своё доверие и авторитет с первых же дней похода. Но сейчас ощущалась неуверенность в его решении.

Кай посмотрел на труп птицеящера. Тоска сжала его сердце от того, что этот некогда человек, случайно оказался на пути демона, взгляд которого превращал людей в чудовищ. Кай произнёс краткую молитву за душу умершего пастуха, в надежде, что она не обезобразилась так же, как уродливая телесная оболочка. Он бережно снял цепочку с образком Шеду, и положил в карман, в надежде, что сможет передать его близким.

Кай ещё раз с опаской осмотрелся, но всё же повиновался приказу и пошёл обратно к реке.


***

Отряд разбил лагерь на краю ущелья, откуда открывался вид на долину с извилистой серебристой полосой реки. Миновал день весеннего равноденствия, но зима крепко вцепилась в эти земли. Ночи всё ещё были морозные, и часто шёл дождь со снегом.

Луан выжил. Он расшиб голову о камни, потерял много крови и сильно промёрз в горной воде, но несколько швов и слизистый отвар из эремуруса привели его в чувства. Его мархур погиб.

С Жозо дело обстояло хуже. В прыжке монстр нанёс ему глубокую рану от плеча до бедра, и сломал несколько рёбер. Он лежал без сознания. Рану с трудом зашили и хорошенько обработали, опасаясь сепсиса. Из-за переломов он не мог ехать в седле самостоятельно, и для него смастерили крепления из жгутов и тонкой бечёвки, которую взяли для настораживания ловушек.

– Оставим Жозо в первом же ауле, – мрачно сказал Дардан. Его глаза были безучастны и темны, казалось, даже пламя костра в них не отражалось.

– Надо осмотреть берег реки, там могут быть следы, – предложил Кай.

– Мы не можем преследовать джульраса сейчас. Нужно сперва зализать раны, – отозвался Хасан, подбрасывая сучьев в костёр.

– Бешеный тигр, говорили они, – Луан делил хлебец из своего пайка, – Беглец из Нараки, не иначе! Сматываться надо было, как только обсидиановые стрелы всучили. А что если это демон? Разве стрелы его возьмут?

Никто в отряде до последнего не верил в рассказы местных пастухов о страшном демоне, который превращает людей в монстров одним только взглядом. Они были уверены, что найдут здесь нескольких прокажённых и бешеного тигра, возможно альбиноса.

– А мы точно убили эту лысую курицу? Для нечисти может что похитрее надо? –спросил Хасан.

– Сходи проверь! – буркнул Луан, – Да и никакая это не нечисть, просто … тварь мерзкая, вот и всё.

– Эта мерзкая тварь была человеком, – мрачно возразил Кай.

– Возможно… – огрызнулся Луан.

– Надо всё же иметь в виду, что не всё в описании джульраса вымысел, и стараться не смотреть ему в глаза, – говоря это, Кай внимательно следил за Дарданом, но тот сидел неподвижно.

– Кому эта дыра нужна, камни да колючки! – Хасан осторожно пережёвывал жёсткую корочку.

Кай продолжил:

– Жители долины ходят по краю. Надо быстрее выследить тварь, и привезти в столицу его шкуру.

– Начерта нам это надо! Давайте пошлём за подкреплением, – Луан сплюнул.

– Пока придёт подкрепления, здесь могут остаться одни только мерзкие твари, – ответил Кай, сделав ударение на последних словах.

– На вот, съешь мужской еды и успокойся, – Хасан протянул Каю кусок мяса, только что снятый с костра. Один из баранов покинутого стада.

Кай покачал головой.

– Дурак ты, что мяса не ешь, потому и нервный, – Хасан засмеялся.

Кай не ел мяса с детства, когда в шестилетнем возрасте узнал, откуда на самом деле берётся телятина для отбивных. С того дня у него пропало желание, а в семье никто не настаивал. Позже он узнал о чудаковатом горном народе, который верил, что мясо делает людей жестокими, и опьяняет не хуже хмеля или табака.

За две недели в пути Кай немного изучил своих товарищей. Каждый из них участвовали в Северной войне. Жозо был лучшим стрелком в своём полку, но для него эта охота окончена, и дай Бог, чтобы он вообще выжил. Луан и Хасан были отличными солдатами, одними из тех, кто после войны так и не влились в обычный поток мирской жизни. Жажда крови побуждала их наниматься на всякую грязную работёнку, в коей нуждалось королевство после тяжёлых послевоенных годов, потому что разбоя хватало. Кай служил в лекарском полку и за всю войну держал оружие только в учебке.

– А ведь странно, что нет случаев превращения животных, – Луан оборвал паузу.

– Ну, это не точно, как и то, что у него есть третье око на лбу, – Хасан с аппетитом доедал свой кусок. – Интересно, какого цвета глаза у демона?

Дардан еле заметно пошевелили губами, и прошептал: «белые», – но никто кроме Кая этого не услышал.

– Те, кто это знает, гоняются сейчас за косулями со слюнявой пастью, – сказал Луан.

– Думаешь зыркнул в зеньки и тут же петухом кричишь? – Хасан облизывал пальцы.

– Говорилось, что люди превращаются в течение нескольких дней, по-разному у всех. Вы депешу вообще читали? – Кай полез в вещевой мешок за свитком.

– Ой, да не зуди ты!

– Ладно, хватит трепаться, – Дардан поднялся, – Надо разжечь костры по периметру. Часовой на вахту, остальным отбой. Завтра встаём до зари и двигаем в ближайший аул.

– Но как же следы, – начал было Кай, но командир прервал его холодно и строго.

– Жозо умирает. Нет времени проверять догадки.

Дардан взял охапку сухих веток и шагнул в темноту, так и не притронувшись к пайку. По-кругу разожгли пять костров в виде защитной пентаграммы, символа человеческого микрокосма.

Кай заступил на дежурство первым. Он сидел, прислонившись к скрученному стволу саксаула, и вслушивался в темноту. Иней окружил их лагерь, словно белое войско у стен крепости, а ближе к полуночи северный ветер задул костры. Время от времени Кай дрожал, то ли от холода, то ли от страха. Ему виделось, как из тьмы появляются три белые точки, и он загорается изнутри, боль и наслаждение уносят его в бездну, а гнев с хрустом разрывает ему грудную клетку. Он представлял, как утром рассказывает, что превратиться в монстра, обеспечив себе тем самым быструю смерть в человеческом облике и при своём сознании. Но главный вопрос, с которым он уснул, когда его сменил Хасан, – заглянул ли Дардан в глаза джульраса?


***

Охотники дошли до ближайшего аула к полудню и застали местных жителей в трауре. Жозо отвели к целителю, а остальных провели в хижину старейшины.

Дардан вручил старику орден с гербовой печатью, в котором изложена цель похода. Столетний высохший человек одобрительно кивнул и рассказал им из-за чего на женщинах чёрное. Джульрас появился накануне утром, и навёл сглаз на мать и сына, спустившихся к реке за водой. Напуганная женщина вернулась в аул и рассказала, что произошло. Её и ребёнка тут же заперли в клетки.

– Они уже превращаются? – Дардану не удалось скрыть своего волнения.

Старик кивнул.

– Вы их убьёте? – Кай шагнул вперёд.

Старик снова кинул.

– Мы проведём обряд перехода, который очистит её от сглаза, – сказал он дрожащим голосом.

– Её, а как же мальчишка? – переспросил Луан.

– Может позже, – старик замешкался, – говорят, что дети не превращаются. Будем надеяться, что это так.

– Как же это возможно, были случаи? – Дардан крепко сжал ремень арбалета.

Старик пожал плечами.

– Это слухи, кто знает, где их корни.

– Вы раньше слышали о джульрасе, может от стариков, или из старых легенд? – спросил Кай.

– Нет. Мы кочевники, и живём в этой долине совсем недавно. Знаем только, что здешние земли давно пустуют. Покинутые каменные города тому доказательства.

– А я что говорю, забытая дыра, – проворчал Хасан.

– Вы присмотрите за раненым? – попросил Дардан.

– Конечно, сделаем всё возможное.

Кай достал образок Шеду, и показал старику.

– Вы знаете, чьё это может быть?

– В нашем племени такие не носят. И у нас, слава Творцу, никто не пропадал последнее время.

Старик не стал уточнять, откуда у Кая эта вещь.

– Как мы можем поддерживать с вами связь? – спросил Дардан.

Старик отвязал от пояса кусок шкуры с витиеватыми ярко-оранжевыми рунами и протянул командиру.

– Прицепите это на одного из мархуров, и мой сокол вас отыщет. И вот ещё… – старик достал из кармана металлическую баночку и вложил в руки Дардану, – это яд из корней эминиума.

Кай знал, что местные с его помощью охотятся на тигров, отравляя остатки их добычи.

– Вы искали след?

– Пять часов назад мужчины видели, как джульрас ушёл в топи.

– Тогда нам пора, – Дардан поблагодарил за помощь, и охотники вышли из хижины.

С десяток жёлтых каменных домишек, приютившиеся на склоне горы, выделялись на фоне серого пейзажа вокруг. Тонкие струйки дыма медленно уползали в небо, а в воздухе эхом звучали колокольчики на шеях домашней скотины. Мирно и тихо, без намёка на драму.

Дардан зашёл к Жозо перед отъездом.

Кай, Хасан и Луан пошли к клеткам в центре аула, сложенным из пяти кереге. Рядом поддерживался костёр. Женщина прятала руки в широких рукавах шубы, а лицо скрывала густым меховым воротом. В соседней клетке сидел мальчик. Он прижимался к решётке, чтобы быть ближе к матери. Его посадили на цепь, прицепив за лодыжку, потому что одного только остова юрты могло быть недостаточно, чтобы удержать монстра.

У Кая сжалось сердце от этой картины.

– Обычно в сказках, когда убиваешь источник зла, всё становится как было, – проговорил Хасан.

– Хватит пялиться, давайте по сёдлам! – прозвучал суровый голос Дардана позади. Он даже не взглянул на узников.

Охотники покидали аул под прощальные взгляды местных.


***

След нашли быстро. Судя по отпечаткам в сырой земле, передние лапы существа были как у хищной дикой кошки, а задние похожи на лапы чёрного коршуна, только в пять раз больше. Хотя Хасан возразил, что они больше похожи на лапы тювика. След вывел к топям, и дальше отряд шёл, спешившись с мархуров. Продвигались зигзагами по отмелям и островкам.

В отряде нарастало напряжение, потому что вымысел обретал форму.

Луан волновался, что они уязвимы и ограничены в манёврах.

– Предлагаю вернуться на дорогу, мы всё равно след потеряли, – он тянул за узды мархура, который увяз в трясине.

– Где ты здесь дороги видел? – возразил Хасан.

Дардан не реагировал на споры. Он шёл впереди, и не произнёс ни слова с того момента, как они покинули аул. В отряде всё работало по принципу иерархия, если идёт командир, значит, идут и остальные.

Преследование велось вслепую. Охотники не знали ни повадок чудовища, ни маршрута, ни границ его территории, если они вообще есть, ни даже его рацион. У них были только неточные разрозненные описания самого животного и фантастических случаев превращения. Что это, существо или демон? В случае с обычным хищником, по крайней мере, ясны его мотивы, но демон, это воплощение хаоса и разрушения.

– Давайте остановимся и просушим ноги, – предложил Луан.

– Идём дальше! – голос Дардана был хриплым и грубым. Он плотно замотал лицо в куфию, и казалось, ему не хватает воздуха.

– Всё в порядке? – спросил его Кай.

Дардан оттянул край ткани и сплюнул коричневый ком.

– Хватит ныть, девули! Чем быстрее прибьём эту падла, тем раньше всё закончиться.

– Но куда мы идём? Кто-нибудь видит след? – Хасан оглядывался.

Дардан стянул капюшон и вытянул шею вперёд. Он сделал несколько глубоких шумных вдохов, прикрыв глаза. Потом потянулся к уздам своего мархура, но животное слегка отстранилось. Дардан нервно схватился за стремя и силой поволок животное за собой, ничего не сказав.

Кай заметил, как Хасан снял арбалет с плеча, и заложил стрелу с самым невозмутимым видом. Кай взглянул на Луана, но тот только подмигнул и повёл мархура дальше. Арбалет он не тронул, но у него были на запястьях ремни с ножами, которые он вытаскивал из рукава словно фокусник. Кай понял, что не он один мучается подозрениями на счёт встречи их командира с джульрасом.

Дардан шёл всё быстрее и быстрее, отрываясь от отряда, и вскоре камыш и кустарник скрыли его из виду.

– Черти его гонят, что ли? – Луан запыхался.

Они несколько раз меняли направление, следуя за командиром. Через четверть часа рядом с человеческими отпечатками появился след джульраса.

– Он ведёт прямо к твари, – Хасан склонился над вмятинами в грязи, – Кровь к крови…

– Нужно догнать его! – Кай оседлал мархура и поскакал вперёд.

Когда они догнали Дардана, тот одиноко брёл по пояс в вязкой трясине. Его мархура нигде не было видно.

– Утонешь, дурак! – Хасан в два прыжка оказался рядом, готовый накинуть лассо, но Дардан подскочил, словно лягушка, и приземлился на камень недалеко. Он обернулся, и Кай увидел жёлтое складчатое рыло с чёрным клювом. Хасан схватился за арбалет, но то, что было Дарданом, плюнуло ему в лицо какой-то слизью, и скрылось в кустах.

Хасан повалился на землю, и судорожно бил ладонями по лицу.

– Жжет, жжет! – кричал он.

– Помоги Хасану! – крикнул Кай подошедшему Луану, а сам бросился в погоню.

– Куда ты прёшь один! – кричали ему в след, но Кай не остановился.

Через сотню метров топь кончилась, и впереди появился каменистый крутой холм. Кай увидел, как человеческая фигурка вскарабкалась по скале и скрылась за выступом. Он последовал за существом.

Мархуры идеально подходили для погонь по горной местности, и уже через несколько мгновений Кай был наверху перед густыми зарослями низкорослой арчи. Он остановился, взвёл арбалет и смотрел на зелёные кончики веток, слабо покачивающиеся на ветру. Несколько кустов резко дёрнулись, и Кай выстрелил в ту сторону наугад. Раздался приглушённый рык, и из кустов выпрыгнуло нечто в лохмотьях, похожее на лягушку с птичьей головой. Оно неуклюже пробежало несколько метров и сорвалось с обрыва. Кай спешился и побежал в том направлении.

Чудовище упало на дно неглубокой расселины, оно плевалось и клокотало, пытаясь подняться на ноги. У него в брюхе торчала стрела и по древку стекала чёрная кровь. От Дардана уже мало что осталось, но Кай не мог заставить себя добить тварь. Даже не смотря на свой мерзкий вид, оно казалось ему загнанным в угол животным, во власти каких-то чуждых человеку инстинктов.

Но Кай обманулся, потому что как только чудовище учуяло, что за ним наблюдают, оно в два прыжка оказалось на краю расселины и вспороло охотнику бедро когтистой перепончатой лапой. На перезарядку арбалета не было времени, и Кай вытащил шпагу. Он успел несколько раз рубануть тварь, прежде чем та отскочила в сторону.

Кай встретился взглядом с чудовищем, и увидел человеческий страх вперемешку с животным гневом. На него всё ещё смотрели карие глаза Дардана. Природный инстинкт раненого животного подсказывал, что нужно давать дёру, но чудовище сомневалось. Оно глухо клацнуло массивным клювом и бросилось на человека.

Кай успел выставить перед собой шпагу и проколоть нападающего насквозь. Монстр привалил его своим телом, и они упали на дно расселины. Кай осторожно сбросил с себя труп, ощущая, как плоть прилипла к металлу, когда вынимал лезвие из тела.

Было похоже на жертву, будто тварь преодолела в себе природный инстинкт самосохранения и осознанно выбрала смерть. Возможно, это последняя искра человеческого сознания Дардана, решившего, что лучше закончить всё сейчас, чем продолжать существование в виде мерзкой твари.

Кай медленно пошёл по расселине в поисках выхода. Впереди показалось мелкое озерцо, притаившееся среди овальных валунов, словно кто-то набрал воды в ладони. Оно было чистым и прозрачным, и если бы не рябь от ветра, то можно было бы пройти мимо. Кай посмотрел на окровавленное бедро и подумал, что сейчас не помешало бы промыть рану. Он поднял взгляд и увидел джульраса.

Джульрас был размером в пять аршинов, с длинным чешуйчатым хвостом. На его оранжевом туловище светились бирюзовым цветом руноподобными узоры. Передние лапы как у кошки, а задние как у птицы. На тигриной морде, у основания носа, было ромбовидное белое око, а меж ушей виднелись маленькие ребристые рожки. Он наклонился к воде и сделал несколько глотков, скручивая язык трубочкой как кошка.

Сдерживая дрожь от волнения, Кай осторожно поднял арбалет. Но, как только джульрас прекратил пить и повернул одно ухо в его сторону, Кай зажмурился и спрятался за камень. Момент был упущен. Он выругался и приготовился отбиваться. Выглядывать нельзя, так как можно нарваться на взгляд, на прицеливание тоже не было времени.

Послышался свист. Кай посмотрел вверх, и увидел на краю расселины Луана.

– Джульрас! Там, у озера! – крикнул Кай.

Луан отрицательно покачал головой. Кай выгляну из-за камня – никого. Он дал знак, чтобы Луан шёл поверху, а сам пошёл вперёд.

Заморосил дождь и серые камни почернели. Слух и зрение Кая обострились. Он шёл осторожно, готовый выстрелить, как только увидит что-либо бирюзовое. Расселина вывела к широкой равнине покрытой высоким жёлтым камышом.

– Что с Дарданом? – послышался голос Хасана позади. Он вёл мархуров, в том числе и мархура бывшего командира.

– Он мёртв. Я видел джульраса… – Кай хотел добавить, что взглядом они не встретились, чтобы избежать подозрений, но с другой стороны появился Луан.

– Где он?

– Ушёл в камыши. Это Дардан вывел нас к нему, так что не упустим шанс, второго может не быть, – сказал Кай.

Луан и Хасан кивнули.

Мархуров оставили в расселине. Двигались на расстоянии двадцати шагов, так чтобы не терять друг друга из виду. Под жёлтым камышом сохранился снежный покров, и охотники прочёсывали метр за метром в поисках следов. Наконец, послышался короткий свист – это Хасан дал знак, что нашёл следы. Отряд перегруппировался. Кай и Луан пошли вперёд по обе стороны от Хасана, образовав клин.

Шелест камыша заглушал шумы вокруг, потому Кай часто останавливался. Водянистый снег хлюпал под ногами, и пахло приятной весенней влагой. Впереди показалось деревце джиды, печально склонившееся к земле от одиночества. Под ним Кай заметил какое-то движение. Он присел и прицелился.

Раздался хруст. Тут же Кай услышал особый свист, означающий, что цель обнаружена. Справа тоже послышался шелест, и в тоже мгновение из камыша выбежала стайка джейранов. Они проносились мимо, превращаясь в серые размытые пятна. Кай подбежал к деревцу джиды и прислонился к стволу, ожидая, пока животные разбегутся. Когда джейраны убежали прочь, он осторожно осматривал кусты.

«Кто свистел, и что именно они видели? Может они приняли газелей за джульраса, и что если джейранов спугнули не мы» – ноги Кая одеревенели, и он не мог заставить себя идти дальше. Он чувствовал, что сломлен.

Кай вглядывался в камыши и на расстоянии десяти шагов прямо перед собой заметил три белые светящиеся точки в виде трёх вершин треугольника. Секунду он смотрел на них, пока тревожная догадка не отозвалась пронизывающим страхом. Он смотрел как приворожённый.

«Вот же, сейчас! Немедленно отведи взгляд!» – говорил он себе, но не мог. Две нижних точки мигнули, и только тогда Кай разглядел оранжевую морду джульраса. Через мгновение бирюзовое пятно растворилось в камышах.

Первое о чём подумал Кай: «И это всё, вот так просто?». Он прислушивался к своим чувствам, ожидая припадка или приступа сильнейшей боли, но ничего подобного не происходило. Всё что он слышал, как ни странно, ровное биение сердца. Но страх неизвестности обволакивал и сжимал его как удав, раскрывающий беззубую пасть, чтобы медленно проглотить добычу.

«Как эта работает? Как такое вообще возможно, может это не джульрас?» – думал Кай.

Из камышей вышел Хасан. Он внимательно смотрел на Кая, держа его на прицеле.

– Ты его видел? – Хасан дрожал.

Кай собрался с мыслями, и с большим усилием воли вышел из оцепенения.

– Я пропустил… он пошёл туда, – Кай чувствовал фальшь в собственных словах, – прошмыгнул мимо, я и выстрелить не успел.

Кай и Хасан смотрели друг на друга.

«Сказать или промолчать? – мучительное мгновение для Кая, – Если скажу, то, по крайней мере, умру человеком. Эти головорезы сделают всё так, что и глазом моргнуть не успею. Но вдвоём они вряд ли закончат дело, а я могу поработать для них ищейкой, хотя бы сутки».

В Кае всё ещё отзывалось самое человеческое и ничем не обоснованное чувство, что всё обойдётся. Он развернулся и пошёл к тому месту, где видел джульраса, желая убедиться, не было ли это злой шуткой напуганного мозга. Через десять мучительно долгих шагов, он увидел на мокром снегу чёткий след кошачьих и птичьих лап. Кая затошнило.

Через мгновение к ним присоединился Луан, и преследование продолжилось. Через несколько минут они вышли к реке и на берегу след оборвался.


***

– Правильно ты сделал, – сказал Луан, проглатывая размякший сухарь, – Засунь-ка свою добродетель поглубже на время охоты. К тому же, оставь ты его в живых, кто знает скольких он сожрал бы. Либо ты, либо тебя.

Кая раздражали нравоучения Луана. Слушать его зверскую философию сейчас хотелось меньше всего.

– У него всё ещё были глаза Дардана.

– Уж точно не зеркало души, – Хасана был мрачен. Кай видел на его лице какое-то снисходительное сострадание, будто в отряде появился ходячий мертвеца, и это тоже жутко бесило.

– Если тебе полегчает, давайте похороним Дардана, ну или то, что от него осталось, – предложил Луан.

– К чертям похороны! За ночь джульрас уйдёт вёрст за десять! – Кай был сам не свой от гнева и раздражения. Он впервые ощущал желание убить живое существо.

Пламя костра нервно трепетало. Отряд разбил лагерь под брюхом огромного валуна на холме, но это лишь частично защищало их от ветра с равнины. Солнце садилось, но из-за холодного воздуха небо на западе было бирюзового цвета с небольшой оранжевой полосой у горизонта. С последними лучами к ним в лагерь прилетел сокол с новостями из аула.

– Жозо жив. Женщину убили, а мальчишка ещё держится, – сухо сказал Луан, и сунул клочок бумаги в карман.

«Дети не превращаются, – повторял про себя Кай, – Дети не превращаются. Если это правда, то почему?»

– Почему животные остаются животными, и только люди становятся всякою мерзостью! Почему на ребёнке в ауле до сиих пор нет и следа сглаза? – Кай повысил голос. Он чувствовал, что ответ где-то на поверхности, но никак не мог за него ухватиться, и это его бесило.

– Дардан, наверное, верил, что если убить джульраса сглаз пройдёт, – сказал Луан.

– Бабушкины сказки, – устало проговорил Хасан, – Надо прибить заразу и всех уродов, что превратились. И вообще, предлагаю бросить это дело и возвращаться. Отрапортуем, что нужен вооружённый полк, и будем ждать распоряжений в ауле.

– Мы не можем! Надо догнать… он же вот-вот, рядом, – Кай вскочил на ноги, готовый тут же броситься в ночную погоню.

– Да насрать! Утром идём обратно, – возразил Луан.

– Если уйдём, то не получим барыш, – ответил Кай, – А если присоединимся к воякам, заплатят гроши. Хотите вернуться налегке?

Этот аргумент заставил головорезов задуматься, и они скрепя зубами распределили ночную вахту. Было решено преследовать джульраса дальше.

Когда настала очередь Кая стеречь сон товарищей, он надел образок Шеду, как напоминание о человеческом. Он не мог уснуть, и большую часть ночи бредил. В те краткие мгновения сна, ему во всех подробностях виделось, как он преследует самого себя, настигает и разрывает на куски. От реалистичности образов его несколько раз рвало, а один раз Кай проснулся от того, что во рту было полно крови – он прикусил свой язык.


***

Следующим утром охотники отпустили сокола, черкнув ответ на обратной стороне клочка бумаги, всего три слова: «идём по следу». Они не написали о гибели члена отряда.

У Кая сильно зудело под лопатками, но он не стал смотреть что там. Ещё он чувствовал запах головной повязки Луана, хотя ей был всего третий день.

– За равниной покинутый город, – сказал Хасан, рассматривая набросок карты, – Вёрст двадцать. Устроим в руинах привал и пойдём дальше.

Шли быстро, но движение по равнине затруднялось из-за сильного ветра и острых камней. Ландшафт напоминал вспаханное поле, только вместо земли невиданный плуг выворачивал гранит и камни.

Кай заметил, что его обоняние обострилось. Он различал кисловато-сырный аромат Луана и Хасана, – так пах двухнедельный поход. Он чувствовал десятки других запахов, приносимые ветром: запах старины и ветхости, влажной земли, разлагающейся плоти, пыли, навоза далёких стад рогатой скотины, запах подтаивающих ледников с вершин и запах бурной весенней реки. Но был среди них один, который Кай не мог узнать, дурманящий и тонкий, со сладостью и гарью. Он решил, что это джульрас.

Через три часа показались странные конусообразные строения без окон. Город приютился на берегу реки, и с трёх сторон был окружён полуразрушенной стеной. В центре хаотично разбросанных построек было что-то вроде храма в виде ступенчатого конуса с высоким шпилем на вершине. К нему и направился отряд. Пройдя через ворота, они оказались на улице с барельефами по обе стороны, которая вела к центру города.

Кай рассматривал фигуры в камне, и заметил среди людей и животных полосатый силуэт джульраса. Его было легко узнать по птичьим задним лапам и рожкам на голове. Барельеф с ним передавал сюжет некоего обряда, в котором мужчины поднимались на вершину горы с пещерой, где их ожидал джульрас. Они были без оружия и доспехов. Мужчины представали прямо перед демоном с высокоподнятой головой, а потом возвращались обратно, но не все. Часть мужчин, вернувшись в город, облачались в монашеские одежды, а часть оставалась в горах, превратившись в монстров.

– Что это значит? – спросил Хасан из-за плеча Кая.

Кай сам не понимал. Он пристально смотрел на фигурку мужчины, который выходил из пещеры после встречи с джульрасом, и будто бы пытался разглядеть, что в нём такого особенного, почему он не превратился в мерзкую тварь.

– Они что, поклонялись ему? – Луан подошёл вплотную, чтобы лучше рассмотреть изображение демона.

– Не просто поклонялись, они его как-то использовали, – сказал Кай.

Постояв пару минут, охотники пошли дальше. Кай ощущал мерзкий отталкивающий запах на улицах города, но не мог объяснить, что это. Они дошли до центрального строения со шпилем и устроились внутри.

Кай отошёл в дальний конец большого зала, и, спрятавшись за колонну, снял дорожный плащ и рубаху, чтобы осмотреть себя. На животе появились маленькие блестящие чешуйки, а в районе лопаток он нащупал ороговевшую кожу. Рана на бедре заживала на удивление быстро, и не приносила никакого дискомфорта. Кая это не испугало, и ничуть не удивило, будто он всегда знал, что так будет. «Надо спешить» – только и подумал он.

Вернувшись к костру, Кай взял из припасов вяленую телятину. Некогда противная, сейчас она была ему приятна и пьяняще ароматна. Ни Луан ни Хасан не проронили ни слова, и даже не переглянулись, и по их молчанию Кай понял, что они давно на взводе.

Окончив перекус, отряд двинулся к противоположным воротам от тех, через которые зашли. Улица уходила вниз и когда они вышли на каменную террасу, Кай остановил товарищей, и все спешились, спрятавшись за чем-то вроде парапета. Ниже по улице он слышал какое-то копошение, и только спустя пол минуты разглядел монстров.

Два существа, напоминающие шакалов с острыми загривками, напали на большую змею. Присмотревшись, Кай разглядел, что у змеи человеческое туловище, с двумя маленькими рудиментарными ручонками, которые словно приклеены вдоль туловища. Шакалы терзали змею, нападая с двух сторон, пытаясь выволочь её на открытое пространство, а та отбивался сильным хвостом и наносила ответные укусы.

– Что за кодло? – Хасан взвёл арбалет.

– Может разбойники, – Луан тоже взвёл арбалет и заложил стрелу.

Шакалы казалось, вот-вот изведут скользкую тварь и одержат верх, но змея обвилась вокруг шеи одного их них и послышался приглушённый хруст.

– Перебьём их! – предложил Кай. Внутри у него кипела ярость к этим тварям, без какого-либо сожаления об их человеческом прошлом. Ему хотелось крови, ему хотелось показать свою силу и превосходство.

– Не наша это забота! – Луан был напуган.

– Мы здесь чтобы погань истреблять! – протестовал Кай.

– Нам платят за шкуру или голову джульраса, – спокойно ответил Хасан, – Предлагаю обойти их стороной.

– Вы хуже падали, – Кай приподнялся чтобы идти, но Хасан схватил его за предплечье и резко одёрнул. Кай готов был выколоть ему глаза, за такой дерзкий поступок.

– У нас есть цель, истребить причину появления подобной мерзости. Если нас сейчас перебьют, кто продолжит охоту? Нас и так мало, так что уймись!

Кая переполнял гнев к своим товарищам, к тварям ниже по улице, но ещё больший гнев он испытывал к джульрасу, возможно именно это заставило его одуматься, и не рисковать зря.

Кай молча присел обратно.

– Вот и ладно, – Хасан отпустил руку Кая, – Проскочим вон по той улице, правее, а там через рыночную площадь прямо к воротам.

Оседлали мархуров и помчали по мёртвым улицам засыпанным песком. Исход кровавой схватки монстров они не досмотрели, но Кай ещё долго ощущал запах крови, даже когда город остался позади. Он радовался тому, что чудовища перебьют себя сами.


***

Отряд снова шёл вслепую. На камнях вокруг не было никаких следов, и только Кай улавливал слабый незнакомый запах сладости и гари, постоянно ускользающий под порывами ветра. Они двигались в сторону горной гряды с двумя вершинами и плато между ними.

Спустя пару вёрст Кай почувствовал, скорее даже увидел, слабый след, тянувшийся словно струйка дыма. Он был лилового цвета и казался таким плотным, что его можно было попробовать на вкус, что Кай и сделал. Он высунул кончик языка, и в голову ему ударил вихрь сильнейших запахов, от разнообразия которых у него закружилась голова. Кай ощутил, что кончик языка раздвоился.

– Что случилось? – спроси Хасан, поравнявшись с ним.

Видимо Кай как-то выдал своё волнение. Сейчас самое время броситься в погоню по свежему следу, но как объяснить откуда он знает куда идти?

– Я его чувствую, – сказал он, пристально посмотрев в глаза Хасана. Они стояли несколько мгновений, пока его товарищи не поняли всё, что стоит за этой фразой, – Надо спешить, осталось мало времени…

Хасан чуть заметно кивнул, и тут же отвёл глаза. Кай встретился с тревожным взглядом Луана. Тот глубоко дышал, и правая рука дёрнулась к запястью левой руки.

– Давай сначала разделаемся с джульрасом. Я вам ещё пригожусь, – сказал Кай.

Уже давно его мотивировал не чувство долга, а месть, и он не был уверен, что потом позволит Хасану и Луану убить себя. Сейчас Кай с лёгкостью перегрыз бы им глотки, лишь бы выжить. Видимо всё же тело брало верх над духом.

След вывел их к плато, поросшему колючим кустарником с длинными плакучими ветвями. Заросли были настолько плотными, что с трудом можно было протиснуться одному.

– Зараза! Мы тут и кожу оставим, не только одежду, посмотри на шипы! – Луан трогал ветвь.

– Он там? – спросил Хасан у Кая.

Кай кивнул. Он видел дымковатый след, уводящий глубоко в заросли.

Охотники несколько раз обошли плато в поисках звериной тропы или удобного прохода, и нашли несколько подходящих лазеек. Всё это время джульрас ни разу не показался и до сиих пор не напал на них. Кай точно знал, что он там, в гуще, и вместо того, чтобы вести себя как злое демоническое существо, он отсиживался, как загнанный зверь.

– Он точно там? Заманивает что ли? – Луан снял повязку с головы, которая налазила на глаза.

– Здесь его лежбище, – предположил Кай.

– Лежбище у демона?

– Никакой он не демон, а животное. Мы его прикончим, – в словах Кая была непоколебимая уверенность и ярость.

Замотавшись в плащи поплотнее, они двинулись по узким проходам. Короткие, но острые и цепкие колючки с закрученными кончиками крепко цеплялись за одежду, и приходилось постоянно выпутываться из плетений гибких веток, обхватывающих как щупальца. Под ногами хрустел сухой слой опавшего вороха, и не было никакой возможности двигаться неслышно, потому они применили загонную тактику охоты, выгоняя зверя на открытое пространство. Они слышали друг друга и чётко представляли кто где находиться. Так как Кай видел больше, он был направляющим, давая короткие сигналы свистом.

Послышались ругательства и крики со стороны Луана. Кай бросился в том направлении, ползком продираясь мимо кустов. Через десяток метров он заметил оранжевый силуэт, и кровь закипела от предвкушения скорой мести. Оказавшись ближе Кай увидел, как джульрас бросился на Луана, и схватив его за плечо, повлёк сильным движением вперёд. Рунические символы демона из бирюзовых превратились в ярко-красные, от чего казалось, что его туловище объято пламенем. Он потащил жертву прочь, но наперерез ему из кустов выскочил Хасан в изодранных и окровавленных лохмотьях. Он выстрелил, и стрела пробила заднюю лапу. Кай тоже выстрелили, и попал в загривок.

Джульрас выпустил Луана и бросился на Хасана. Обхватив его лапами, он старался достать голову или шею, но голова его самого случайно попала между арбалетом и погонным ремнём. Крепко зажмурившись и отвернувшись, Хасан отстранял от себя арбалет и вместе с тем оттягивал пасть джульраса.

Кай поднялся и, достав саблю, побежал на борющихся. Продираясь через колючки, он заметил, как Луан вытащил свои тайные ножи на запястьях, и с диким воплем бросился на джульраса. Мгновение спустя борьба прекратилась.

Исцарапанный до крови Кай подошёл к месту схватки. Он увидел Луана, лежащего на джульрасе. В руках он всё ещё держал рукояти клинков, торчащих из спины чудовища. Рядом лежал Хасан с крепко зажмуренными глазами.

– Он мёртв? – выкрикнул он, – Мёртв?

– Мёртв, – произнёс Кай, опустившись на колени перед джульрасом.

– Я не смотрел, честно! Не смотрел! Ну и вонища из пасти… слюни… Но не смотрел… – голос Хасана дрожал.

Кай заглянул в открытые веки чудовища – белые глаза мутнели. Он ощутил сожаление, что не собственноручно убил его.

Луан разжал пальцы на рукоятях и медленно сел. Ключица кровоточила, и он с трудом держал равновесие.

– Таки прибили, – Хасан тоже встал, издав нервный смешок. Он даже улыбнулся, но потом посмотрел на Кая и помрачнел.

Кай понимал, что теперь он цель охоты, но его занимали назойливые мысли: «Джульрас мёртв, значит он всё-таки не демон. Но почему он не напал когда они ходили вокруг, почему не убежал, когда они пошли на него? Он не просто прятался, он что-то защищал».

Кай пошёл вглубь зарослей. Он шёл по недавно оставленному следу джульраса и вышел к гнезду из камней и лозы, в котором сидели двое серых котят с белыми полосами и маленькими бугорками на голове. Они пугливо смотрели на пришельца зелёными глазами и пятились прочь.

– Сука! – выругался Кай.

Эта находка значила, что джульрас не один. Он пошёл на котят с обнажённой шпагой, собираясь изрубить их на куски. Кай чувствовал тёплую пульсацию в животе от предвкушения удовольствия. Маленькие серые комки выкатились из гнезда и неуклюже расползались в разные стороны. Он замахнулся над одним из них, но остановился, опустив руку.

Одного за другим Кай сгрёб детёнышей в охапку и запихнул в импровизированный мешок из дорожного плаща. Он хотел выколоть им глаза, чтобы обезопасить Луана и Хасана от их взгляда, но передумал. Голос из далёкого прошлого запретил, потому что это показалось ему чересчур уж жестоким. На мгновение Кай обрадовался, что в нём ещё есть что-то сочувственное, словно одержал маленькую победу.


***

– Теперь эта сволочь сама к нам придёт, – сказал Кай, бросив завязанный узлом плащ перед Луаном и Хасаном.

Они удивлённо посмотрели на него.

– Здесь детёныши джульраса. Мы разделались только с одним, – в подтверждение этих слов плащ шевельнулся. – Используем их как приманку, устроим засаду и добьём второго вместе с выводком.

– Мы вот-вот скопытимся от потери крови. А что если этих тварей больше чем пара? – Луан отрицательно качал головой, – пора нам сваливать, мы своё дело сделали.

– Да не доделали… – Кай снял рубашку, обнажив торс. Чешуя подползла уже до ключиц и перекинулась на левую руку, покрыв её по локоть.

– Если есть шанс, что убив джульраса, я не превращусь в падальщика, я его использую, с вами или без вас. К тому же, чем больше голов, тем больше барыш.

Аргумент подействовал, и жадность пересилила слабость и страх. На скорую руку подлатав раны, охотники принялись искать место для западни. Остановились на лощине у подножия горы. На небольшой плоской площадке с мелкой растительностью они установили крупный самолов типа кляпцов. В тугой ременный гуж вставили небольшой шест, вооружив его ножами Луана, и смазав лезвия ядом из корней эминиума. Закрутили гуж, а шест прижали к земле, где закрепили с помощью насторожек. Если джульрас тронет насторожку, гуж спустится, и шест с ножами ударит его в бок. Детёнышей привязали к колышку с наветренной стороны от замаскированной ловушки.

Во время приготовлений к ним прилетел сокол из аула с весточкой о самочувствии Жозо и мальчишки.

– И что там? – спросил Кай с нетерпением.

– Жозо в норме, а на мальчишке до сиих пор никаких следов сглаза, – прочитал Хасан.

Эта новость обрадовала Кая, хотя и не ясно, как это ему поможет. Но вопрос, почему мальчик не превращается, отвлёк его от грызущего желание убить джульраса, вырвал на какое-то время из омута гнева и мести.

Когда всё было готово, Луан и Хасан залегли недалеко от детёнышей, а Кай прятался в засаде у входа в лощину. Он размышлял о природе джульраса. Всё говорило о том, что это просто живое существо, вовсе не проклятие долины, не демон, и никакая не злая сила, посланная для вредительства людям. Он мирно существует с другими животными, и если что и лишнее здесь, так это человек с его жуткими превращениями. Разве напал джульрас хоть раз специально? Все встречи с ним случайны, и происходят только потому, что кочевые племена вторглись на его территорию. Если верить барельефу в руинах города, он живёт здесь уже тысячи лет, так кто здесь чужак? Мальчик в ауле, древние монахи с барельефа, все они смотрели в глаза джульрасу, но не превратились. Не было ни лечения, ни заклинания, всё это обычные люди, но что-то отличает их от других, что-то невидимое обычному глазу.

Поднялся сильный ветер, но горизонт был чист от облаков, приближалась пыльная буря. Джульрас не заставил себя долго ждать, и первым делом разделался с мархурами, оставленными далеко от западни. Только Кай слышал их визг и чувствовал запах свежей крови. Он ухмылялся, потому что сейчас джульрас вёл себя как монстр. Видимо, месть портит даже сказочных существ.

Чёрная волна закрыла солнце, и опустился мрак, – началась пыльная буря. Мелкие частички забивались в глаза, нос и уши, и ничего не было видно на расстоянии нескольких шагов. Не смотря на это, Кай заметил, как в сторону западни промелькнула чёрная тень. Он пошёл следом.

Кай дошёл туда, где была ловушка, но пыль засыпала ориентиры, а вместе с ними и точное место установки. Детёныши всё ещё копошились в мешке, а вокруг было полно следов. Кай услышал басистый рык позади и в то же мгновение когти вспороли ему спину. Он упал на землю. В затылок ему вонзились острые клыки, но благодаря плотной чешуе, которая к тому времени добралась до головы, он не умер мгновенной смертью и позвонки остались нетронуты. Кай упал как раз на ловушку, сбив своим телом насторожку. Гуж спустился, и шест ударил джульраса в брюхо. Тот разжал клыки и отскочил в сторону.

Кай поднялся, и тут же бросился к детёнышам, но у колышка было пусто, только оборванная верёвка. Он заметил капли крови, скрываемые пылью, но этого хватило, чтобы определить направление, в котором скрылся джульрас. Кай пользовался змеиным чутьём, и, не смотря на ветер и пыль, улавливал кончиком языка запах соперника.

Чёрная кровь из раны на шее текла по спине и груди. Её смрадный мерзкий запах мешал преследованию. Создавалось впечатление, будто Кай прогнил изнутри. Пока он карабкался по каменистому склону, пыльная буря стихала, а когда он выбрался на край скалы, она прекратилась. Наверху под большим валуном лежал его дорожный плащ, в котором шевелились детёныши. Видимо джульрас оставил их, а сам вернулся, чтобы разделаться с охотниками.

Кай чувствовал скорую смерть. Какой бы сверхчеловеческой силой он не обладал, разорванный затылок всё же не просто царапина. Он достал котят и подошёл к краю скалы, собираясь сбросить их вниз.

Кай видел под собой Луана и Хасана, сражающихся с чёрным монстром на дне лощины. Хасан выпустил сигнальную ракетницу в джульраса, и тот отступил, испугавшись яркой вспышки и шипения. Теперь он бежал вверх по склону, прямо к Каю.

«Убить! Сейчас, или никогда. Пусть сдохну, так хоть тварей поубавиться», – думал он. Кай занёс руку с котятами над обрывом.

Перед ним появился черный джульрас с фиолетовыми полосами. Все три ока его горели страшным красным огнём. Он оскалился, и медленно шёл на Кая, чувствуя, что одно неосторожное движение приведёт к гибели не только охотника, но и детёнышей.

Свободной рукой Кай взялся за шею и нащупал цепочку с образком Шеду. Символ хранителя напомнил ему о том, как он молился за душу умершего пастуха, напомнил о том, каким он был ещё вчера. Разве может сохранить душу человека что-то, кроме самого человека. Каждый сам себе хранитель. На мгновение в чёрном гневе сверкнул луч сочувствия, и Кай увидел перед собой напуганное загнанное животное, у которого отнимают что-то дорогое. Джульрас имеет право на жизнь, имеет право быть свободным под этим солнцем, не смотря на свои способности. Не он превращает людей в чудовищ, а сами люди делают себя такими.

Кай опустил руку и упал на колени.

Джульрас подошёл, осторожно взял котят в пасть, и быстро скрылся среди скал.

На Кая накатил волна боли, в глазах всё плыло. Вихрь звуков и запахов пропал в одно мгновение, и он упал без сил. Сколько он лежал, сложно было сказать, потому что мгновение было вечным. Он ещё раз поднёс руку к ране на шее, а потом посмотрел на ладонь, – кровь была красного цвета. Кай улыбнулся.

К нему подбежал Хасан.

– Закати рукав, – попросил Кай. Хасан разорвал рубаху, и осмотрел руку. Чешуя осыпалась как высохшая краска, и под ней виднелась человеческая кожа.

– Расскажи всем… Слышишь? Расскажи!

Хасан, крепко держа Кая за руку, наклонился ближе, чтобы лучше расслышать его слова.

– Пусть все знают, что я умер человеком…


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru