# 2019v Koroli Ognennyh zemel

Пролёт Фантазии (Весна 2019)

Короли Огненных земель


-Нэнни, нэнни, расскажи! Ну пожалуйста! Расскажи истории про карликов. Расскажи, расскажи, расскажи!

-Сколько же можно про них слушать, Бэка? В десять лет твой отец уже читал Тотта-калёного. Его нельзя было из библиотеки выгнать. Пока не пригрозишь, что Кровные крестовушки отберут его силу он так и сидит, руки жжет! Тебе уж двенадцать прошло, а ты сказку на ночь просишь. Еще к титькастой Матьяжке сбегай перед сном молочка похлебать! – Нэнни захохотала.

-Нэнни, Теобран еще молоко пьет, ты его смущаешь.

- Делать мне больше нечего, как смущать! Молодому принцу положено. – Она наклонилась к малышу и погладила его по волосам. Он лежал посасывая полотенчико, свернутое в железной кружке трубочкой. В спальне принцев было темно и тепло. Каждый вечер Нэнни приносила фонарь и клала туда весь свой огонь. Она была очень стара – служила няней еще при старшем дяде короля, силы в ней угасали. Несколько искр на сухом валежнике могли разжечь светильник, но на большее: управлять огнем, пасти огненные фермы и контролировать огонь в других королевствах она больше не была способна. Воды в ней становилось все больше и больше. Руки часто потели, она кашляла слизью - признаки того, что огонь медленно покидал ее.

– Теобран вырастет очень послушным мальчиком, не чета вашему величеству будет, прости меня милосердно, милый принц.

-Он мой нежный брат, конечно, он будет лучше меня. А я постараюсь защищать его, когда придет мое время.

- Испокон веков старшему сыну дана сила, а младшему мудрость. Пусть так и будет, и пока течет молоко первой матери из холма Рода пусть рождаются на земле такие чудесные братья как вы!

Бэка взбил подушку и подложил себе под спину повыше. Малыш Теобран прижался к Нэнни с другого боку. Его глаза уже были наполовину закрыты, ручки слабели, поэтому Нэнни прижала его к себе и перехватила стакан.

- Давным-давно, так давно как еще никогда не приходилось застать человеку…

- Даже когда матерей еще не было? – Бэка дернулся вперед, чем заставил вздрогнуть засыпающего брата.

- Да, даже когда матери, дарующие жизнь всему, не были посланы в наше королевство. В то время в горах Малоземья случилась большая радость. Король карлик и королева карлица объявили большой праздник по случаю ожидания своего первенца – милого сына, наследника Холмов и Подземелий, Штольней и Гротов, Взгорьев и Взгорок. Они спустились в Подземный Дворец и пировали пятьдесят дней и ночей подряд, пока не пришло время родиться крошечному загробышу. Королева ела неуемно, пока, наконец, ее живот не лопнул посередине и наружу не вылез карлик с кривыми ножками, слепыми глазками и огромным зубастым ртом. – В этот момент Бэка прыснул от смеха. Нэнни улыбнулась. – В семьях карликов принято, что как только ребенок рождается в горе, он начинает есть и ест до тех пор, пока не вырастет во взрослого гнома. Но принц карликов был таким голодным и сильным для своего возраста, что ел он вдвое, а то и втрое быстрее обычного новорожденного. Куски отламывал самые жирные, укусы делал самые глубокие, с ним и взрослому карлику нельзя было сравниться. К вечеру закончились приготовленные к пиршеству блюда, а к следующему утру все козы, что паслись в горах, были перебиты и съедены. Погреба карликового короля оказались пусты, а королевство разорено до последнего ягодного куста. Только тогда младенец поднялся из-за стола. Он поблагодарил семью за радушие и щедрость и попросил подать ему кожи всех съеденных козлов, и когда их принесли, еще скользкие и воняющие мускусом, он удалился с ними в Глубочайший зал и не видели его еще целую ночь.

- Неужели он и кожи съел? – Пропищал Бран, выглядывая из подмышки Нэнни.

- Нет, не съел. Он создал из них великую книгу. Книгу, равной которой не найдешь ни в одном королевстве этого мира. Откроешь ее на первой странице, увидишь как вокруг в один миг вырастут деревья и расцветут розовыми цветами. Откроешь вторую, на деревьях появятся персики и сливы и розы. Что захочешь, то на дереве и вырастет, стоит только загадать.

-И сахарные палочки со свекольной патокой? – Встрепенулся засыпающий Бэка.

-Да, и свекольные палочки с сахарной патокой. Чем дальше листаешь книгу, тем заманчивее картина предстает перед тобой.

* * *

«… Двети Кровные крестовушки, зиждителя ласкаты, времяточие обыдут, отженут Татя сущего. Разве солнце соплощадет тук, разве каплун зиждит веси, Ненасытец кровей ползкий да облый не пожнет покров. Махом да плетней». *

-Бран!

-Отстань Нэнни.

-Бран, кому было сказано, спустись и верни книгу!

-Но ты же сама мне не разрешала читать её под взором стенных матерей, вот я и вышел, чтобы они не смотрели.

- Матерь осквернит тебя! Ты должен читать книги дающие разум и искусство. А у тебя в руках что?

- История нашего мира, Нэнни!

- Тьфу ты, как назвал! Это выдумки! Выдумки старого сумасшедшего.

- Если бы это были книги сумасшедшего, они не хранились бы в главной библиотеке, ты прекрасно знаешь.

- Ну а что, как ты его назовешь? Он был колдун, он был тем, кто осквернял магию огня…

- Нэнни, хватит уже. Помоги мне, пожалуйста, лучше спуститься. Лестница шатается.

- Добра это не принесет, все равно знай.

- Ну чего ты ворчишь да ворчишь все? - Мальчик осторожно, цепляясь за ветки одной рукой, нащупал ногой лестницу, приставленную к старой яблоне, ступеньки скрипели под его тяжестью.

- Ах, ты ж маленький негодник, - причитала женщина, обхватив лестницу руками и прижимая ее к груди, - негодник, непослушный. Как я только с тобой не маялась, а ты все такой же. Уж воспитывали та вас одинаково, а ты погляди, сладу с тобой нет. – Бран закатил глаза к большому спелому яблоку над головой. – И кормили вас одинаково, и учили одни уроки, но что ж такое!

- Нэнни! - Бран спрыгнул с последних ступенек, няня взвыла.

-Да что же эт тыы!

- Прости, больно было? Пойдем, вернем её на место. Во вкладыше вырваны страницы. Почему ее никто не починил?

-А что тут чинить то, - хмыкнула няня, -они давно потеряны и никому это не надо.

- Как потеряны? Почему никто не приклеил вовремя выпавшее?!

- Кажется я помню как твой дядя, пусть мирно спит он в мире вод, нуждался в материалах для морского боя, и грозился, что пойдет в библиотеку.

- Что?! – Теобран взвыл. – Это же порча королевского имущества! – Но няня отняла у него потрепанные гармошки и, развернувшись, широкими шагами направилась в сторону замка.

-Няня!

* * *

В Огненном доме все окна занавесили шерстяными одеялами. Матери предпочитают забирать своих детей глубокой ночью, чтобы никто не встретился им по пути и не узнал их. Если встретишься с ней и узнаешь покойника, то остается твой последний год. В страхе и поту.

Обычно люди умирают ночью, говорила Нэнни, если человек умер днем, значит это Вечный вор сидел у него в голове и шептал, шептал до тех пор, пока разум его жертвы не потух, а тело не превратилось в угольную труху.

-А как же убитые днем?

-Не говори глупости! Убитые не по своей воле нас покидают. И матерям приходится плакать по ним горше всего.

Все королевство спустилось вниз к реке. Это была единственная вода в королевстве, с водонапорной башней и трубопроводом из дерева. Вода была тем, что дает жизнь. Но вода была и тем, что жизнь забирает. Когда огненный человек лишается воздуха в легких, значит, вода в его теле пересилила и он захлебнулся ею. Мы все пьем воду, хоть и умеем управлять огнем. А это значит, что когда-нибудь вода придет за всеми нами. Наши внутренние реки разольются и поглотят огонь наших сердец. Когда умирает король, умираем и мы. Мы живы, пока жив король, так говорят у нас. Так мы живем. И так мы будем жить. Каждый король испокон веков, имеет двух сыновей. Жизнь одной из матерей потухает, но дает им двоим жизнь. И мы будем править, как правили наши предки до нас и как будут править после наших смертей. Сначала старший сын взойдет на трон, полный силы и могущества, он освободит старые узы, чтобы создать новые. После чего Бэка призовет меня. Того, кто будет связан со своим народом до тех пор, пока его тело не покроется речной известкой.

В каждый город, в каждый уголок целого мира отправляется один из прошедших уроки огнем, чтобы сохранять других в безопасности. Каждый год мы отправляем тысячи наших сыновей, тысячи воспитанников огненных ферм покидают родной край, чтобы давать миру тепло, мир и спокойствие. Те, кто спасают от пожаров, те, кто следят, чтобы матери природы всегда находились в тепле и могли вынашивать семена жизни. Те, кто следят за тем, чтобы огонь жизни никогда не прекращался. Мы огненные люди.

Когда умирает король, мы все это чувствуем. Он не может быть опущен в воду до тех пор, пока не прибудут его сыновья. Убитые не хоронят себя сами. Убитые идут на дно и кормят живых рыбешек и ил. Умерший отец не может уйти до тех пор, пока его старший сын не займет его место в Огненном доме, потому что ни одной минуты государство не может просуществовать без своего короля. Без того, кто будет давать силы и им и всему миру.

Больные и старые, в нашем городе не остается молодых, кроме принцев. Наш народ ждет, ждет, когда вернется Бэка, он уже должен был почувствовать, что случилось.

Бэка, почему ты до сих пор не вернулся?

* * *

Бэка отправился в район Передышки, на границе с Нижней Крайней. Подземная река, потерянная под старым лесом, пересохла. Мать леса стала угасать и была истощена. От нее стал исходить перепрелый запах, земля под корнями разжижалась и звери, жившие в лесах, чернели. Когда пришли вести, Бэка, как старший сын короля и его наследник, обладающий самой сильной огненной мощью в городе, должен был восстановить течение вод и вернуться к ритуалу, король отец готовился уходить.

Прилегающие деревеньки были пустынны. Его лошадь вдруг заржала и заартачилась. Он легонько похлопал ее по шее и позвал по имени, - Тойка, Тойка. – Лошадь успокоилась от голоса хозяина, но бег ускорять не стала. Земля под копытами его лошади размякла и вязла. Видимо, в этих краях недавно шел обильный проливной дождь.

Он ехал, пока не увидел дым. Казалось, что горел последний дом в Передышке. Добравшись до него он спешился и попытался привязать лошадь, но та ходила взад и вперед. Тогда Бэка взял ее под уздцы и повел за собой.

- Что это с тобой сегодня, милая? Чувствуешь? Ты чувствуешь, что его скоро не станет? – Он вздохнул. – Это должно было произойти рано или поздно. Видишь, все ушли от сюда. Папа слабеет, поэтому и произошел надлом на границе. – Вдруг он остановился. В открытом дверном проеме, просачиваясь через дым, кружился черный рой насекомых. Он прищурился и лишь спустя полминуты разглядел чудовищных размеров зверя, покрытого черной сажей. Дым исходил от его кожи и как неотвратимая чума, кружилась над ним орда мух.

Бэка зажег огонь, зверь подошел к нему. Это был огромный, раздутый от экскрементов и гниющих, разбухающих внутренностей медведь. Бэка увидел, что как только зверь почувствовал огонь, его глаза изменились, к ним вернулся цвет, хищник обмяк и рухнул прямо на принца. Бэка отступил шаг назад, но не успел убрать руку. Защитники огня зажигают огонь своими ладонями. Руку нельзя сделать уязвимой или повредить. Огонь это жизнь, а жизнь излечивает любые раны. Сейчас кровь не останавливалась. Бэка оглянулся на Тойку, ее поводья все еще были у него в руке, но ее поведение изменилось. Она затихла и стояла не двигаясь.

-Ерунда. Видишь? – Он быстро улыбнулся через плечо и снова посмотрел на зверя. Путь по которому медведь пришел в этот дом был разворочен, словно кто-то копал траншею от леса, до границы деревни. Бэка пошел рядом с рытвинами ведя Тойку рядом. Она была послушна и ритмична, ни одного лишнего движения головой. Видимо, встреча с медведем напугала ее. Несколько мух сели ей на бока, но она даже не подняла хвост. Бэка увидел как на крупе выступили капельки крови и хлопнул их ладонью.

-Тише, тише, ты чего так волнуешься! – Он погладил ее по боку, лошадь мелко дрожала.

-Не горюй, родная, скоро мы поедем домой. – Бэка взглянул на свою руку. Кровь все еще не свернулась. Он достал из поясной сумки платок и перевязал ее. – Глубоко цапнул! - Посмотрев на круп лошади он заметил, что ранки не затягиваются и кровь продолжает сочиться из них при каждом Тойкином шаге, покачивающемся и ритмичном.

-Пойдем в рощицу. Может найдем там багряницу, а то нам совсем худо станет. Какая некрасивая рана… Помнишь, Тойка, Нэнни рассказывала нам с Тео сказки о болотных червях? Порождающих горящих зверей. Что живут в проклятых лесах. Сдается мне, этот поганец больше всего на них и походил. Братец-братец, надеюсь, у вас там сейчас все в порядке...

* * *

Бэка все не ехал. Тело короля простояло на ветру целый день, ветер не подсушивал, а, наоборот, как будто вытягивал из него слизь, от чего белые полотнища становились серыми и липкими. Советники Огненного дома собрались в зале у большого очага.

-Мертвый час уже давно прошел, а этого юнца до сих пор нет. Как мы должны понимать подобное? – говорил старый, подслеповатый аптечник в сиреневом теплом халате.

- Бэка хороший мальчик, он не подведет нас. Я уверен, что скоро мы его увидим. – Успокаивал всех рыжебородый Мастер библиотеки.

- Мы должны послать конных. – Теобран, присутствующий на совещании, но чувствующий неловкость из-за своей молодости, старался, чтобы его голос звучал четко и уверенно. – Половина всадников пусть ждет его у Верхней Крайни, другая отправляется к Отдыху на краю о Холма Рода. Он должен был бы быть так или на границе Передышки.

- Но кто же поедет за ним? У нас не хватит сил, молодой господин, преодолеть мост, пока мы… Пока в нас так много воды. – Подал голос Монетный советник, полный и пожилой, у него был приятный голос и красивое, величественное лицо.

- Тогда поеду я…

- И думать забудьте! - Что вы говорите! – Закричали разом собравшиеся. – Мы не можем потерять вас в такое время. Если вы отдалитесь, в такое время… нам будет очень непросто.

- Тогда пусть он один становится королем. – Все обернулись. Мастер конного двора сидел на самом ближнем к очагу месте. Он обмахивался деревянным веером, но его лицо все равно выглядело потным.

-В четырнадцать лет становиться государем не велено. – Начал было Монетный советник.

-В пятнадцать, на его год приходилось восточное затмение, у него тогда год за два пошел. – Перебил его Мастер конного двора.

Аптечник подошел к окну и прислушался. - Шумят они уже. Не знают, что делать…

- Дело не в возрасте, вы понимаете? Дело в том, что нельзя быть одним братом без другого, нельзя быть старшим без младшего и младшему быть старшим тоже нельзя. – Монетный советник не собирался отступать.

- Пошлите конных встречать его к Верхней Крайне, он должен скоро появиться! - Теобран выбежал из зала, остальные же остались в задумчивости сидеть на местах.

* * *

Бэка перехватил Тойку под уздцы и пошел быстрее. Когда они достигли первого ряда деревьев, он привязал дрожащую, но теперь еще и вспотевшую кобылку к прочной низкой ветке. Ему пришлось наклониться в поясе, чтобы пробраться глубже. Деревья росли так часто и размашисто, что их кроны переплелись и запутались. В благо было только что, что лес был старый, а стволы деревьев высокими. Он замедлился возле одной сосенки, совсем недалеко от места, где вошел, внизу у корней еле просматривался длинный стебель и пушистые снизу листики. - Багряница обычно не растет под хвойными, - подумал он. - И он не растет так близко к краю. - Он пригнулся под колючим лапником, отвернул лицо, чтобы не кололо и попытался на ощупь достать цветок, стараясь дернуть поближе к корню. В этот момент под его руку попалось что-то круглое и шершавое, как маленький грецкий орех неведомо как попавший в эти края. В то же мгновение он упал и на него обрушилась темнота.

Когда его сознание вернулось к нему, он понял, что попал в ловушку. Он находился внутри большого деревянного короба. Со всех сторон глухой и душный, он был высотой и шириной в два его роста. Было неприятно дышать. Бэка поднялся с пола и посмотрел вверх. На потолке сидели маслянистные, лоснящиеся, похожие на августовских, раскормленных, мухи. Странно, что они такие обжиревшие, ведь еще только весна, они совсем недавно проснулись. Он стал ощупывать пол. Ничего не было. Вдруг он почувствовал как муха быстро селу к нему на шею и больно укусила. Он хотел было ее прихлопнуть, но она улетела и опять уселась к своим сестрам. У принца помутнело в глазах и сердце стало биться быстрее. - Успокойся. - Говорил он сам себе. – Успокойся. Мы еще не в такие переделки попадали. Если меня в этот коробок посадили, значит я пойму как. И если я пойму, то смогу и найти выход. В любом случае, если свет есть, то короб не очень толстый. А если есть свет, значит, я на улице. Это уже все упрощает. - Но ту его укусила вторая муха. И сразу третья в плечо. «Ты ничего не можешь сделатьссс. Ты тут навсегда…Ты тут навсегда…» Бэка закрыл рукой глаза. Голос прозвучал у него в голове. Он точно это почувствовал. «Ты умрешь. Ты умрешь. Ты умрешь». Бэка закричал. Боль начинала зарождаться внутри него. Те места, где находились укусы кровоточили, но голова… Внутри как будто все горело. Не тем целебным огнем жизни, который он привык в себе ощущать. Он сгорал внутри себя, понимая, что это не смерть. «Ты должен найти дом. Найди дом. Найди дом». Чем громче становился голос, чем настойчивее, тем больше мух кусали его. Бэка упал на пол. Он лежал и не мог дышать. Ему казалось, что его дыхательные трубки опухли, воздух не мог пройти сквозь них. Его внутренний огонь медленно гас. Короб с мухами, они летали вокруг него и кусали не переставая. И чем больше мух его кусало, тем яснее он слышал, как они жужжали: «Открыто ж, открыто ж, открыто».

Он снова оказался в лесу. Но не в том месте, где заходил в него. На самом деле он даже не вполне был уверен тот ли это лес. - Тойка! Тойка! - Он оглянулся, лошади позади него не было. Она не откликалась, не заржала, как это обычно было, когда он звал ее по имени, не слышно было треска кустов под ее мощным телом. «Найди дом». Вспомнилось ему или просто прошумел ветер. Он потер голову, чтобы прийти в себя. И тут все мысли как будто покинули его голову. Он понял, что должен идти. Он должен идти вперед. Впереди находится именно то, что ему нужно. Он забыл о Тойке, забыл о боле. Ему нужно было идти и он шел. Лес был реже того, в который он попал в начале, ему не приходилось нагибаться так сильно, чтобы пролезть вперед, но ветки царапали ему лицо, было душно и влажно.

Наконец он вышел на прогалину. По центру поляны чернела обугленная земля. Он подошел и коснулся рукой обожженного место. Бэка никогда не видел следов настоящего пожара. Неужели ни один защитник огня не мог помочь? Он выпрямился и хотел отступить, но неожиданно для себя сделал шаг вперед прямо к центру опаленного круга. Все поплыло в глазах, но он сморгнул и пришел в себя. Лес исчез. Он стоял посередине комнаты, темной, каменной, в ней не было ни одного окна. По центру комнаты стояли горн и наковальня. К стенам были подвинуты заваленные инструментами столы. «Зажги огонь». Теперь он даже не понимал, где его мысли, а где чужой голос. Кровь капала через повязку, пока его ладони растапливали старую кузницу…

Чем дольше он ковал, тем больше безумия приходилось ему терпеть. Его тело горело. Смерть у огненных людей начинается с засилья воды, они потухают. Бэка сгорал. Точно так же как еще недавно в коробе, теперь плавилось все его тело, изнутри он больше не был сами собой. Его голос, его связь с другими, его мысли. Все сгорало. Это была не благостное пламя огненного человека, был древний и опасный огонь. Огонь, существующий еще до появления Огненного дома и всего человечества.

Все это время он слышал голос старика. Он въедался в него, вгрызался в его лицо, искажал его тело и черты лица и Бэка становился уже не он сам, а кто-то наполовину живой живущий, а наполовину сожженный.

Ему казалось, что он парит в мире, где не существует ничего. Но и нет пустоты. Он не чувствовал жизни матерей или живого огня. И тут три всполоха промелькнули вдалеке и ударившись друг о друга рассыпались искрами. Бэка был во сне. Он сразу понял, что это сон. Картинка сменялись одна за другой. То ему казалось, что он стоит на берегу дивного моря. То видел двух прекрасных высоких девушек, ищущих и зовущих отчаянно сестру. –Сестрица! Сестрица! – Звучало у него в ушах, а картинки летели все быстрее и быстрее. Он видел Вора. Видел того, кто украл сестрицу. Видел как две Крестовушки сожгли его тело и оборонили останки в лесу на границе, где не было еще ни Передышки ни Огненных земель. Поплатившись за кражу Вор, рожденный из небытия, не мог изменить мир. Бэка слышал его голос. Он слышал его внутри себя. Он говорил с ним. Он говорил себе.

* * *

Темный мужчина подходит к лежащей на земле лошади. На своем плече он несет огромный молот, темный и блестящий, словно ртуть. Он наклоняется, лошадь лежит черная и обугленная. Мужчина тянется к ней рукой, перевязанной черной грязной повязкой, концы которой свисают вниз. Он хватает лошадь за гриву, резко дергая вверх и какая-то немыслимая сила позволяет ей стоять. Всадник, с молотом наперевес, скачет к границе.

С Тойки опала грива и хвост, как остриженные нитки они легко рассыпались по ветру, падали клочьями, словно настеленная солома. Белок ее глаз стал голубым, вместо рта и мягких губ осталась черная яма без языка и зубов. Мужчина остановил ее. Впереди них рдели черные флаги. Ветер развевал их над Огненным домом. Как потухший очаг сохраняет ещё тепло и позволяет оживиться после долгой дороги так и вид родного дома позволяет пробудиться самым теплым воспоминаниям. И Бэка проснулся. Он не почувствовал боли, он увидел дом. Он вспомнил отца и брата, дожидающихся его внутри. Траурные флаги. В одно мгновение он понял все. Мужчина ударяет молотом по земле, молот рассыпается в его руках. Бэка снова осознает себя, он смотрит на небо, а там журавли. Две Кровные крестовушки, чистые и белые, они летят над миром. И тогда он закрывает глаза и ум его наполнен миром и ясен. Бэка падает и Тойка рассыпается пеплом.

* * *

Мир изменился. Земля поднялась и восстала, поглотив все и превратившись в жижу под ногами. Не было больше ни домов, ни реки, ничего. Некогда плодородная земля превратилась в воняющее болото. В трясины. Теперь никто не знал название Огненного дома и земли вокруг превратились в Погибающие. Земли-кладбища, умершие сами и несущие погибель другим. Больше никто в мире не мог создать огненных ферм и следить за пожарами и жизненным теплом. Никто не поддерживать жизнь в природе и в мире становилось все больше и больше гиблых мест.

На этих землях жили только Журавли.

После событий в зале у очага Огненного дома Теобрана короновали. Его сделали первым младшим королем за всю историю Огненных земель. Мастер библиотеки и Монетный советник возложили на него корону из языков пламени. И то, что не должно было принести боль принцу силы сводило младшего принца с ума. Тяжесть короны была велика. Он испытывал страх. Он испытывал настоящий ужас чувствуя чистый огонь в своей груди. И ужас этот постепенно передавался всему народу. Жив король, живы мы. Мы живы, пока жив король. Не прошло и часа как он пропал, люди видели, как он оседлал коня и отправился к северным Малоземьям. До того, как Огненные земли пропали навсегда. Поговаривают, что видели Огненного Короля в землях карликов и карлиц, но так как силы его без сильного брата таяли и нести корону он не мог, остается только посмеяться над такими глупыми вымыслами.

* * *

Нэнни улыбалась, глядя на спящих принцев. Огонь почти уже догорел и она сама собиралась пойти спать. Бэка громко сопел носом. Нэнни коснулась его теплой рукой и дыхание мальчика успокоилось. «Вот и все, на что я теперь гожусь» - прошептала Нэнни и медленно, чтобы не скрипнул где пол, направилась к себе.

-А можно эту книгу почитать не карлику? – Прозвучал негромкий голосок Теобрана, когда старушка уже открыла дверь. Нэнни обернулась. Она думал, что принцы уже давно спят. Она снова подошла к нему, погладила его по волосам, откинула на лоб челку и нежно поцеловала в лицо.

– Можно почитать. Но тогда этот человек умрет и даже не поймет этого. Как только его пальцы прикоснутся к обложке их кож жертвенных козлов, он уснет. Он будет спать в реальной жизни, пока во сне увидит все диковины карликового колдовства. Будет во сне кушать фруктовую пастилу и гулять по причудливым садам. Пить сок из виноградника. И хотя ест его душа сколько пожелает, тело остается голодное лежать на земле.

-А если кто-нибудь его разбудит? Если кто-то другой откроет на нужной странице книгу, он сможет вернуть заснувшего обратно?

-Сможет, но, я боюсь, произойдет это очень не скоро.


* « Две Кровные крестовушки, надежда создателя, обойдут стороной время, отгонят Вора вечного. Если солнце соединит жир, если петух создаст поселения, Кровопийца ненасытный, угодливый и тучный не уничтожит защиту. Ударом и плетью».


Международный литературный конкурс «Пролёт Фантазии» - http://fancon.ru