Милиса Светова

Алхимия страсти

Пролог

Звук бегущих ног резкими обрывками эха отскакивал от мрачных стен каменных домов. Даже если бы кто-то и захотел выглянуть в окно, то вряд ли бы что-то увидел через пыльные стекла. Тусклый желтый свет фонарей еще больше размывал ночной пейзаж, не позволяя разглядеть истинную архитектуру зданий. Только появившийся в небе лунный диск слегка пролил бледные лучи на спящий город. Улицы приобрели странные очертания, заставив беглянку выскользнуть из укрытия.

Девушка лет пятнадцати бежала по узкому переулку, бросая панические взгляды на все, что могло бы помочь скрыться от преследования. Внезапно она заметила большой мусорный бак, за который и юркнула. Сердце колотилось так, что норовило выскочить из груди. Ее может выдать громкое дыхание… Поэтому девушка принялась мысленно успокаивать себя.

Слух уловил отдаленный стук ботиночек по камням. Минимум две пары ног приближались, и задержка дыхания была единственной надеждой на спасение. Стали отчетливо слышны удары сердца. Казалось, оно стучит на весь переулок. Остальные звуки стихли, и только ветер, слегка посвистывая, беспрепятственно гулял по извилистым улицам.

«Они точно там! Ни звука», – мысленно шептала девушка.

Казалось, прошла вечность. Если бы преследователи задержались в переулке, то непременно выдали бы себя. Беглянка медленно выдохнула и аккуратно выглянула из-за бака. Улица была пуста. Тихо приподнявшись, она обошла железный короб, стараясь не наступать на хрустящие пищевые остатки.

– Вот ты где! – разорвалась тишина.

Понадобилось мгновение, чтобы определить источник звука. Ближе к каменной стене здания, в полуметре от нее парила над землей госпожа ловец. Наряд ее мог показаться неуместным и даже абсолютно не предназначенным для погони и сражений, но горе тому, кто так решит. Серебристого цвета корсет и небольшой кринолин, выполненные из легчайшего мифрила, делали из девушки грозное оружие в руках королевского правосудия. Струйка магической энергии госпожи, и каркас из волшебного металла отражал почти все пули и магические атаки, а обод кринолина даже позволял левитировать в разумных пределах. Именно эти особенности и позволили госпоже бесшумно подобраться так близко и застать врасплох жертву.

Беглянка вскинула руку, чтобы оттолкнуть госпожу и выиграть драгоценное время, но удача давно покинула ее.

– Даже и не думай! – рявкнула госпожа, и поток воздуха швырнул нахалку к противоположной стене.

Сильный удар слегка оглушил жертву, и она медленно начала сползать на землю.

Сквозь туман в глазах и боль в голове девушка почувствовала, как на шее защелкнулся с противным металлическим лязгом ошейник. Вся энергия будто покинула тело. Мифрил мог как помогать владельцу в использовании магии, так, при умелой обработке, полностью подавлял способности человека, обладающего искрой.

– Вот ты и допрыгалась, оборванка, – надменно произнесла госпожа, стоявшая уже на земле и смотрящая куда-то вдоль улицы.

– Мне и тащить ее самой?

Уже через пару мгновений к беглянке устремились помощницы в белых платьях. Они были похожи как две капли воды и выглядели точно фарфоровые куклы, только со змеиными глазами и волосами ядовито-ярких цветов. Один из чудовищных экспериментов алхимика по имени Кацельсиус. Копаясь в древних библиотеках, мужчина нашел способ призывать в этот мир гомункулов. Опыты он ставил на маленькой девочке с огромным магическим потенциалом. В результате дитя было отдано в уплату договора с бездной, а взамен алхимик получил возможность быстро выращивать гомункулов с хорошими боевыми показателями. Сначала его смущало, что существа взяли тело девочки за основу их собственной формы, однако со временем это стало даже элементом устрашения. На первый взгляд никто не ожидал, что маленькая девочка в белом пышном платьице, с разноцветными кудрявыми волосами способна на такие жуткие поступки. Вот с глазами у него ничего не получилось сделать. Поэтому тринадцатилетнюю невинную девочку выдавали жуткие змеиные зрачки.

Грубые и цепкие ручки принялись срывать одежду и связывать пленницу. Через четверть часа беглянка лежала на телеге с несколькими такими же, как и она, несчастливицами. Она была помещена в мешок со связанными руками и ногами. Наружу торчала только голова с ошейником, а рот был заткнут кляпом, как у остальных пленниц.

К госпоже торопливой походкой подошла шериф в черно-синем платье, которое лишь слегка прикрывало колени. Тусклый свет фонарей упал на милое личико с холодными серыми глазами.

– Госпожа Вирэль, – с легким поклоном обратилась она.

– Шериф Селеста! Мне снова приходится выполнять за вас работу, – надменным тоном начала госпожа.

Раздался щелчок, и кринолин серебристой леди раздвинулся, напоминая теперь по форме полумесяц и позволяя разглядеть скрытую под пышной тканью короткую юбку черного цвета и стройные ножки в черных чулках с серебристыми полосами.

Селеста с легкой завистью осмотрела наряд, прежде чем начать доклад:

– Госпожа Вирэль, наши отряды прочесывают районы и досматривают все подозрительные уголки. Лунные дирижабли патрулируют город.

– Вижу ваши бестолковые шары. От их лунных зайчиков никакого толку, – перебила госпожа. – На днях в город прибывает сама королева Миабель, и вы понимаете, что будет, если случится хоть малейший инцидент со стороны этих голодранцев?

– Разумеется, госпожа! Я распоряжусь…

– Распорядись, чтобы этих отправили в лабораторию и... постарайся, чтобы мне больше не пришлось гоняться за этим отребьем из-за вашей безалаберности!

– Да, моя госпожа! – с легким поклоном закончила Селеста, но высокая менторша уже направилась в сторону главной площади.

Широкий круг голубоватого света озарил улицу. Селеста подняла голову, взглянув на небо, по глади которого медленно плыл полицейский дирижабль с четырьмя большими линзами. Захватывая лунный свет и пропуская его через оптические линзы с мифриловыми ободьями, дирижабль освещал значительные участки города.

– Что уставились? Живо патрулировать! – сорвалась Селеста на двух рядовых девиц, которые присутствовали в момент унизительной беседы.

* * *

Несмотря на раннее утро, солнечный свет пробрался во все комнаты, окна которых были обращены на восток. Распахивались штора за шторой, впуская теплые лучи. Пока горожане просыпались и готовили завтраки, в одной из квартир шли активные сборы и перешептывания. Резко, но очень тихо распахнулась дверь, тут же из помещения вытолкнули молодого человека.

– Мифи, почему ты такая негостеприимная? – смеясь, спросил парень с рыжими волосами и шкодливой улыбкой. Со стороны квартиры на него напирала молоденькая девица с длинными вьющимися волосами, похожими на черные волны.

– Я негостеприимная? Ты, троглодит, все пирожки умял! – с наигранным негодованием возмутилась девушка.

– Ну один вкусный пирожок с капризными губками еще остался! – обернувшись, промурчал парень.

– Я тебя сейчас укушу, Кайл!

– Ну я-то не против.

– Иди давай, кот дворовый! Мне еще выспаться надо. Сегодня у меня ночная смена, – меняя интонацию с дерзко веселой на умоляющую, ответила Мифи.

– Тогда я к тебе в гости в участок волонтером приду... ночным.

– Вот удумал! Топай дава...

Кайл остановил поток слов девушки страстным поцелуем. Оторвавшись от сладких уст, он побежал вниз по лестнице.

– Наглец! – с улыбкой крикнула Мифи, находясь в тумане чувств. – Люблю тебя!

– Я знаю! – раздалось уже с первого этажа, хлопнула лестничная дверь.

– Тыква с ушами! Ну как теперь я засну?

* * *

Постучав в дверь, как и было оговорено, Кайл услышал щелчок замка и вошел внутрь оперативного штаба, а точнее, маленькой комнатки, которую снимала Лина последние несколько дней.

– Ты опять опоздал! – обвинила его с порога хозяйка. – Ольма и Гаррет уже пришли…

– Ну если опять, то значит, уже нет неприятного сюрприза, – с наглой улыбкой ответил Кайл, ожидая приглашения пройти вглубь комнаты.

– После операции острить будете... если в живых останетесь, – взбодрил обоих крепкий мужчина с густой рыжей щетиной и короткой стрижкой, стоявший неподалеку.

Кайл прошел мимо Лины и Бренвина к большому круглому столу из дерева в центре комнаты. На столешнице была развернута карта местности, края которой настолько поистрепались, что стало сразу понятно: она не единожды использовалась в подобных совещаниях. Бросив беглый взгляд на обозначенные объекты, Кайл сразу увидел очертания границ города и прилегающих областей. На северо-востоке лежало пять небольших камней, один из которых отличался цветом.

– А что за камушки?

– А вот пришел бы минут десять назад, то не спрашивал бы, – еще одну шпильку ввернула проходившая мимо Лина.

– Это королевские цепелины, – удивил Кайла Бренвин, подойдя к столу.

– Какие еще цепелины?

– Послушай, а потом задашь вопросы! Сегодня ночью в городе полиция вместе с королевскими госпожами и мелкими тварями устроили облаву на наше западное укрытие. Три девочки были убиты, а пятеро схвачены. Информатор доложил, что их собираются везти в поместье алхимика. Есть шанс на этот раз вскрыть банку изнутри, – сжав кулак, произнес Бренвин.

– Шеф, выглядит так, будто ты хочешь только отомстить, а не спасти свою дочку, – с иронией произнес Кайл.

Практически сразу могучие руки Бренвина схватили наглеца за грудки.

– Я месяц назад потерял свою жену, потому что она была с искрой и не захотела отдавать себя и дочь на опыты. И дочь теперь у них! И мне не до твоих шуток сейчас!

– А я месяц назад сказал тебе, что верну твою мелкую обратно, когда найдем подход к логову этого урода, – медленно освобождаясь, жестко произнес в ответ Кайл.

– Мужчины, остыньте! – Вклинилась белокурая Ольма, сидящая все это время на диване рядом с Гарретом – молодым парнем в очках, который судя по сосредоточенному выражению лица постоянно проводит какие-то вычисления в голове. – Сейчас точно не время ссориться и выяснять отношения. Просто Кайл еще не проснулся. – И, повернув молодое привлекательное личико к Кайлу, добавила: – А ты пойми, Брену больше всего на свете хочется вырвать малышку из лап Кацельсиуса, но он не сможет участвовать в плане по спасению.

– Плане? У нас появился план?

– Да! И ты в нем принимаешь непосредственное участие, – серьезно добавила Ольма.

Спустя десять минут план был озвучен и донесен до всех участников. Кайл разместился на старом деревянном стуле, внимательно слушая.

– Мы с Линой переоденемся в полицейскую форму и отправимся вместе с пленницами в поместье, а вы с Гарретом будете идти за нами, не теряя из виду. Когда окажемся за энергобарьером, мы отключим его, и тут вступите вы.

– У меня вопрос. Откуда такая осведомленность, учитывая, что мы уже все леса и луга прочесали в поисках этого проклятого поместья?

– На допросе одна кукла раскололась, – жестко ответил Бренвин.

– Видимо, в прямом смысле? – продолжал иронизировать Кайл.

– По периметру поместья стоят что-то типа башен, искажающих пространство или создающих оптическую иллюзию, черт разберет.

– Кстати, теперь мне уже интересно, – обратил на себя внимание Гаррет. – Мы вчетвером будем противостоять укрепленной базе с настолько мощными технологическими механизмами и магическими вмешательствами?

– А как же здоровый авантюризм? – пошутил Кайл.

– Согласна, Гаррет, но это все, что у нас есть, учитывая приближающиеся цепелины с королевой.

– С этого места поподробнее. Что за королевские цепелины? – с неподдельным интересом спросил Кайл, взъерошив ладонью свои густые волосы.

– К нам летит цепелин королевы Миабель, – снова подключился Бренвин. – Она летит к нам якобы подписать меморандум о ненападении в грядущей войне, но на самом деле в городе планируются диверсии, которые не оставят королеве ничего другого, как наложить свою властную ручку на наш город и земли.

– Боюсь представить, кого вы пытали, чтобы узнать эту информа…

– Долго объяснять, – отмахнулась Ольма.

– Цепелины – это моя проблема! Верните девчонок из этого ада! – то ли приказал, то ли попросил Бренвин.

– Но нам нужна полицейская униформа, – заметила сидевшая все совещание молча Лина.

– И я, кажется, знаю, кто нам поможет, – с заговорщической улыбкой ответил Кайл, и в его зеленоватых глазах блеснул озорной огонек.

* * *

Бесчисленные коридоры и помещения лаборатории были пронизаны гудящими проводами и булькающими трубками, соединяющими огромные механизмы и баки с таинственным содержимым. Из одних машин доносились пшики пневматических насосов и прессов, в других мерно позвякивали шестеренки. Источники света, как и звуков, представляли собой коктейль из переливающихся цветов и пульсирующих кристаллов в недрах машин.

Лаборатория была королевством в королевстве, и ее монархом являлся Кацельсиус. Сорокалетнего алхимика выдавали слишком размеренные движения и циничные глаза. В этих глазах утонули века чудовищных экспериментов и опытов над самой жизнью. Этот человек, если его можно так назвать, вызывал чувство тревоги и паники даже у самых матерых прислужников королевы. С одной из таких молодых особ он и прогуливался по своим владениям, демонстрируя последние достижения. Например, в большой массивной колбе с зеленоватой светящейся жидкостью. Внутри стеклянного цилиндра стояла или, вернее сказать, плавала девушка. Ее тело было обтянуто бесчисленными кожаными ремнями, которые отчасти служили одеждой.

Лицо подопытной наполовину было скрыто маской, которая выполняла роль дыхательной системы.

– Эта ваша очередная попытка вывести амфибий? – поинтересовалась дама в шелковом красном платье. Ее взгляд был далек от сочувствующего. Интерес к особе в колбе носил исключительно утилитарный характер.

– Госпожа Тинея, Даварское королевство располагается на нескольких островах и включает в себя огромные водные просторы, которые необходимо контролировать, – разъяснил алхимик. Обманчиво медовый голос будто стекал ядом из его тонких губ.

– Зачем нам амфибии, если мы обладаем могущественным флотом на воде и цепелинами в воздухе? Неужели вы думаете, что кто-то осмелится испытать судьбу и напасть? – не позволяя себя переубедить, продолжала уверенная в себе госпожа.

– О, тут вы, к сожалению, ошибаетесь. Корабли и цепелины представляют собой огромную угрозу, однако, являются абсолютно предсказуемыми инструментами.

Слова алхимика заставили суровую даму со светлыми кудрями оторваться от разглядывания девушки в колбе и перевести взгляд на хозяина лаборатории.

– А вот амфибии могли бы стать поистине устрашающим оружием террора. Незаметно подплыть к кораблю ночью, забраться на палубу и устроить кровавую бойню. Десяток амфибий – и вы теряете королевский линкор, – с акцентом на последние слова будто пропел Кацельсиус.

– Хм, а я смотрю, у вас по-прежнему амбициозные планы, – то ли искренне, то ли с иронией подвела итог словесной борьбы госпожа,.

– Естественно! Прошу.

В тот самый момент, когда Тинея неосознанно повернулась спиной к алхимику, на ее шее защелкнулся ошейник подавления.

– Что за... – успела прошептать гостья, прежде чем рухнула к ногам мужчины после глухого удара по голове.

– Вот обзорная экскурсия и подошла к концу, – посмотрев на лежащую на полу королевскую госпожу, произнес Кацельсиус и, переведя взгляд на появившуюся будто из ниоткуда горничную в классической черно-белой униформе, добавил: – Раствор для репликации готов?

– Да, мастер. Все готово, – покорно произнесла Сильвия, которая много лет служила помощницей алхимика. Ее голос уже не источал никаких эмоций.

* * *

Небольшие настольные часы из латуни стояли на рабочем столе и показывали полночь. Мифиэль или, как ее называли близкие, Мифи дежурила на полицейском складе южной части города. До смены оставалось еще десять часов, а спать хотелось невыносимо.

– Этот бесстыдник Кайл вообще не понимает, что мне перед ночной сменой надо выспаться, – бормотала Мифи, протирая стол, а у самой улыбка растянулась до ушей.

– Вот только мы увидимся в следующий раз, я обязательно проявлю сдержанность – и никаких лишних эмоций! А то распоясался совсем! Кстати, надо в ателье зайти и новый корсетик себе присмотреть с чулками. Черные, с красными бантиками. Но надену потом! Немного дрессировки моему тигру не помешает.

С легким скрипом отворилась дверь рабочего офиса, и Мифи, ожидая увидеть свою напарницу Алику, начала:

– Аль, слушай, а давай стол по-быстрому передвинем поближе к стене! Там дует меньше.

Вместо стандартного ответа вечно ленивой коллеги раздалось несколько шагов. Мифи резко обернулась, и ее взору предстал Кайл.

– Кайл! – обрадованная его визиту и позабывшая все обещания, Мифи бросилась на шею своему парню.

Кайл молча обнял ее, но тут же она отстранилась и сразу напала:

– Ты обалдел, что ли, сюда заявляться? Это полицейский склад! Тебя арестуют, а меня пинком выкинут из полиции!

– Подожди, Мифи. Я не один, – и в комнату зашло еще четыре человека.

– Ты с ума сошел? – громко зашептала девушка. – Ты что уду…

– На город готовится нападение, – остановил поток негодования Кайл.

– Что? Какое еще нападение? И вы кто таки…

– Милая, помнишь, я говорил тебе, что работаю над очень важным проектом? Так вот – я состою в «Крыльях свободы», и это мои друзья и коллеги.

– Да ты?..

– Послушай, солнышко, у нас нет времени. Через три дня, когда прибудет в город королева, здесь начнется бойня!

– Здесь?

– Да! – Ответил на ее вопрос крупный мужчина с бородой. – Королевский алхимик Кацельсиус решил руками королевы разрушить этот город и получить доступ к ресурсам... в том числе к людям с искрами.

– Но... «Крылья свободы» – это мятежники, которые пытаются подорвать власть королевы! – попыталась возразить стражница.

– Мифи, тебя же так зовут, верно, – обратилась девушка с короткими светлыми волосами. – Наш город раньше был свободным и не платил никаких податей ни одной из королев. А сейчас мы стоим на грани континентальной войны, и нас туда втянут, если мы не дадим отпор. А подлый Кацельсиус хочет на крови построить свою империю… на нашей крови.

– Но это… не может… – Мифи не хотелось верить нежданным гостям, но безграничная уверенность, с которыми они произносили эти слова, пошатнула ее мировоззрение.

– Помоги нам. Мы собираемся вызволять девушек с искрами из лап этого монстра, но нам нужна твоя помощь, котенок! – завершил рассказ уже Кайл, глядя в глаза Мифи, в которых стояли слезы.

– Да. Я… я… помогу.

Менее чем за десять минут были вскрыты комнаты склада. Лина с Ольмой собирали одежду и атрибутику полиции Бельцбурга, а Гаррет и Бренвин опустошали ящики с патронами и стрелковым оружием. Тем временем Мифиэль села на стул, пребывая в состоянии шока от открывшейся реальности.

– Милая, ты как? – присев перед ней, спросил Кайл.

– Мне страшно.

– Всем страшно, но если мы не остановим надвигающуюся бурю, то она снесет все на своем пути: город, людей... нас, – заговорщически подчеркнул в конце Кайл. – А у меня на нас планы.

Услышав последние слова, Мифи внимательно посмотрела в глаза Кайлу, и страх перешел в интерес. Из-за угла вышли Лина с Ольмой и, положив мешки на пол, обратились к ним.

– Нам нельзя оставлять ее так. Иначе мы подставим девушку под трибунал.

– А что же делать?

– Кажется, у меня есть идея, – с наглой улыбкой произнес Кайл.

Через пять минут Мифи сидела, привязанная к стулу. Кайл крепко, но нежно привязал ее. Руки и ноги были скованы полицейскими наручниками и наножниками. Тут взгляд Кайла упал на кожаную панель с ремешком, которая выполняла роль кляпа, когда надо было заткнуть нарушителя, не нанося ему повреждений.

– Это ты что задумал? – игриво спросила Мифи.

– Чтобы ты не позвала на помощь.

– Ты знаешь, как я с тобой потом поступлю? – с огоньком в глазах спросила Мифи, но больше ничего сказать не успела.

Кляп плотно прижался к губам, а ремешок – к затылку. Лина и Ольма, поблагодарив связанную полицейскую, покинули с мешками склад. Гаррет и Бренвин, стараясь не смотреть на стражницу в столь соблазнительном виде, вышли следом. Кайл бесцеремонно, но все же с нежностью провел по ножке красавицы, обтянутой черным чулком, и, глядя в возмущенные глаза Мифи, на прощание сказал:

– Купи белые чулки и платье. Когда я вернусь, ты выйдешь за меня замуж.

С этими словами он дразняще поцеловал Мифи в лоб и выскочил из комнаты под эмоциональное мычание суженой.

Утром Лина и Ольма, переодевшись в блюстительниц закона, пришли к условленному месту, где стояла длинная повозка с четырьмя запряженными лошадьми.

– И это все, что прислала Селеста? – С нотками презрения и гнева появилась перед девушками госпожа в серебристом платье. – Ладно. В конце концов, это ее проблемы.

Лина с Ольмой оторопели, увидев, что в повозку забираются еще куклы с разноцветными волосами.

– Они нас убьют, – прошипела Лина.

– Обратной дороги нет! Да и мальчики нас подстрахуют.

– Вот теперь прямо полегчало.

Через окно в паре домов от места отправки узниц наблюдали за процессом трое мужчин.

– Черт! Кроме госпожи с кучером, там еще целый отряд цветных. У них арбалеты, – прокомментировал Гаррет.

Бренвин помогал Кайлу собирать оружие.

– Держи, – мужчина протянул парню небольшую коробочку.

Открыв ее, Кайл увидел шесть слегка светящихся патронов для пневмопистолета.

– Ты где это спер? – с улыбкой и удивлением спросил Кайл, разглядывая оружие.

– Где спер, там уже нет. Разнеси там все на чертовы шестеренки, – положив руку на плечо Кайла, напутствовал Бренвин.

– Ну с шестью патронами вряд ли, а вот с динамитом, что ты мне дал, это точно получится. Давай, как с королевой разберешься, готовь семейный ужин. Не каждый день возвращается дочь.

Наконец-то Бренвин слегка улыбнулся, обнажив ровный ряд крупных зубов.

– И да, Брен, – забравшись на лошадь, бросил вдогонку: – Ты за Мифи пригляди, а то она обещала выйти замуж за меня.

* * *

Тинея, туго замотанная в сетку, висела на нескольких цепях в метре от огромной стальной ванны, которая была до половины наполнена непроглядно-черной жидкостью. Четыре куклы стояли по углам жуткого бассейна, а горничная замерла перед слегка гудящей от проходящего в ней электричества панелью с рычагами и кнопками. Сам алхимик находился на небольшом возвышении, опершись руками на металлические перила.

– Начать электризацию!

Куклы подхватили два массивных кабеля и опустили концами в неподвижную черную жидкость. Тинея с испугом наблюдала за приготовлениями. Одно дело – смотреть, как на других девушках ставят опыты, а другое – самой оказаться объектом эксперимента.

– Заряд, Сильви!

Горничная дернула вниз два рубильника, отчего гул усилился в разы. Темная жидкость пришла в движение. Появилась рябь, переходящая в небольшие волны. В некоторых местах образовывались пузыри, которые лопались, достигая критических размеров. Через пару минут Тинее стали мерещиться пальцы, всплывающие на поверхность. Еще немного – и уже начали вылезать целиком руки, многочисленные пальцы которых сжимались в поиске чего-то. Послышались десятки шепчущих голосов. Нарастающих, настойчивых, сводящих с ума.

– Опускайте! – скомандовал Кацельсиус, после чего две куклы начали крутить ручки против часовой стрелки.

Шестеренки механизма со скрипом пришли в движение, и мычащая в кляп Тинея стала медленно опускаться. В последний раз она попыталась использовать заклинание разрыва пространства, но ошейник был неумолим. Когда дама оказалась совсем близко от отвратительной жидкости, ее схватили десятки черных рук и резко утащили под воду – только успел мелькнуть подол красного платья на поверхности, точно красная клякса на черной странице.

От резкого рывка ручки механизма прокрутились с огромной скоростью, сломав руку одной из кукол, отчего она, закричав, упала. Остальные одновременно посмотрели на алхимика. Тот слегка кивнул, и целые куклы набросились на кричащую, потащив ее в угол. Нажав кнопку на панели, Сильвия открыла решетку люка отходного колодца. Осознав, что происходит, потому что сама так не раз делала, сломанная кукла начала цепляться за своих «подруг». В какой-то момент сопротивляющаяся девочка ударила ножкой одну из тех, кто ее тащил, и та, оступившись, с душераздирающим визгом улетела в бездонный колодец. Вскоре и сломанная кукла последовала за ней под жадные взгляды оставшихся двух.

– Поднять цепи! Отключить электричество!

Девочки бросились к ручкам механизма, который стал причиной гибели двух других, а горничная вернула в исходное положение рычаги. Цепи наматывались на катушку, поднимая из успокоившейся черной воды то, что осталось от властной королевской госпожи – до блеска обглоданные белые кости.

Пока куклы выбрасывали останки в мусорный колодец, в бассейне началось движение. Алхимик пристально следил за очередным экспериментом. Через несколько минут в центре образовался водоворот, из которого плавно возникала фигура женщины. Складывалось впечатление, что ее поднимают на лифте со дна чернеющей бездны.

– Прими облик! – спокойно и властно произнес Кацельсиус.

Фигура существа, похожего на женщину, облитую блестящими чернилами, начиная с ног, стала покрываться человеческой кожей, пока в бассейне не оказалась точная копия обнаженной Тинеи.

– Сильви, принеси нашей даме одежду.

Алхимик быстро шел по одному из многочисленных коридоров, на шаг опережая главную помощницу.

– Оденьте новую госпожу, чтобы она выглядела в точности как Тинея! Завтра утром она должна отправиться на цепелин королевы к остальным нашим суррогатам.

– Будет исполнено, мастер!

* * *

Кайл наблюдал в бинокль, как повозка с пленницами, Линой и Ольмой въехала на территорию поместья. Только последняя пара колес оказалась внутри, как снова вспыхнули электромагические лучи синего цвета.

– Забор явно изнутри включается! Девчонки как-то должны отключить его, – рассуждал Кайл. – Гаррет, как думаешь, динамит точно не возьмет эту стену?

Молчание.

– Гаррет? – окликнул друга Кайл и, опустив бинокль, повернулся.

Рядом с Гарретом стояли две девушки с красноватой кожей, черными волосами, заплетенными в косы, цветастыми копьями и боевой раскраской на теле.

– Суккубы! – удивленно произнес Кайл, как с обеих сторон от него возникли еще представительницы дикого народа.

– Замри, чужак! – на странном диалекте приказала одна из дев, махнув хвостом.

* * *

Лина и Ольма встали возле повозки, с болью наблюдая, как куклы грубо вытаскивают пленниц.

– Отнесите их в камеры! – скомандовала девушка в черно-белом платье горничной. – А вы зачем прибыли?

– Нас послала шеф полиции, – слегка оторопев, но вовремя взяв себя в руки, ответила Ольма.

– Для чего?

– Она сказала, что ей нужно знать, сколько содержится в камерах искр, – поддержала Лина, следуя заранее придуманной легенде.

– Двадцать восемь. Считая с этими, будет тридцать три.

– Мы Вам верим, но нам приказали лично убедиться.

Обжигая ледяным взглядом, горничная нехотя пригласила следовать за собой.

Лина с Ольмой шли позади горничной, которая явно имела огромное влияние в поместье. Сменяющие друг друга коридоры и лестничные пролеты были наполнены страхом, а амбарные замки на некоторых дверях указывали на огромное число жутких тайн. Дойдя до двойных железных дверей с решетками, возле которых сидели на стульях две куклы с серыми и лиловыми волосами, горничная отчеканила:

– Вот мы и пришли.

За дверьми располагалось большое помещенье, по периметру которого находились небольшие камеры, отделенные друг от друга решетками. В них сидели, лежали и стояли девушки в оковах и подавляющих ошейниках.

– Вот, считайте.

Действительно, девушек было тридцать три, вместе с теми, которых куклы в центре помещения заковывали в кандалы. В некоторых камерах были девушки с красноватой кожей и рожками. Однако дочки Бренвина не было видно.

– А у вас должна быть еще одна маленькая девочка? – не подумав, спросила Лина.

– Маленькая? Была у нас одна маленькая, но мы ее вроде сами взяли... без помощи полиции, – с подозрением ответила горничная.

– Видите ли эм...

– Сильвия.

– Да, Сильвия, мы получили конкретные распоряжения Селесты. По сути, нам плевать, просто мы доложим как есть, и все, – блефовала Ольма.

– Ну хорошо, пойдемте.

Новый путь оказался короче, но в голове началась путаница из-за очередной череды лабиринтов.

– Нам нужно отключить ворота, – неслышно напомнила Лина.

– Да помню я.

* * *

Кайл и Гаррет стояли на коленях перед сидящей на троне женщиной с внушительными рогами. Рядом стояли охранницы с копьями и пара церберов.

– Что вы чаете в нашей земле? – с тем же акцентом спросила вождь племени.

– Мы шли не к вам, а спасать наших детей, – отвечал Кайл, ловя на себе жадные взгляды красноватых девиц.

– Каких детей? У нас их нет!

– Они в доме за электрооградой.

Тут воительница метнулась к Кайлу и, взяв его за подбородок, яростно спросила:

– Что ты поведал? Дом за молниями?

– Да, дом за молниями, – с трудом двигая челюстью, повторил Кайл.

– У нас есть идея, как туда попасть, но пока мы в плену, – постарался помочь ситуации Гаррет.

– Если вы ведаете, как в дом молний пробраться, я дам вам лучших воительниц! Верни мою дочь и бери моих лучших акали в жены! – с пылающими глазами почти прошипела вождь племени.

– Тогда нам надо очень поторопиться!

* * *

Сопровождаемый четырьмя боевыми цепелинами и десятком наездниц на грифонах, королевский летающий корабль плыл вровень с розоватыми от лучей солнца облаками. Стоя на капитанском мостике, королева Миабель возвышалась над пышными шапками изумрудных лесов и лазурными лентами рек, которые утончались ближе к горизонту.

– Капитан Дакерс! Сколько еще нам лететь до Белицбурга? – не поворачиваясь, спросила королева своего лучшего капитана.

– Моя королева, завтра Вы уже будете ночевать на земле, – учтиво с поклоном ответил статный мужчина в синем сюртуке и фуражке.

– Чудно, а то я уже утомилась от этого путешествия. Силуна, Тинея!

К королеве быстро засеменили две госпожи в серебристых платьях и, слегка присев в реверансе, приготовились слушать.

– Отправьте мэру послание, что мы будем завтра к вечеру и ждем прием на высоком уровне.

– Как прикажете, королева!

– Тинея! – Обратилась Миабель к одной из помощниц, в то время как вторая, исполнив реверанс, скрылась. – Что-то я тебя не узнаю, Тинея. Куда-то пропал твой искрящийся взгляд. Да и с голосом у тебя что-то случилось.

– Нет, королева, это я.

– А я не спрашивала, ты ли это, – повернувшись к Тинее, с холодом произнесла королева, сверля взглядом госпожу.

Затем Миабель повернулась обратно по направлению движения корабля и бесцветно бросила:

– Иди.

* * *

Селеста шла по коридору, не отставая от парящей над полом госпожой Фамис. Она обращала внимание на портреты предыдущих мэров, которые висели на стенах в хронологической последовательности. Чем ближе к кабинету мэра, тем реже на них был изображен мужчина. Еще ее бабушка рассказывала о войне двух королевств, которая привела к невиданному снижению рождаемости мужчин. Женщины стали все больше работать в мужских профессиях, в полиции и войсках. Женственность обесценилась в пользу рожденных с даром искры.

– Мне вот тоже, может, цветы хотелось выращивать, а не становиться шерифом. И эти выскочки с искрами! Ну ничего… Скоро я заполучу свою искру и тогда сведу все счеты, – думала Селеста, подходя к дубовым дверям кабинета.

Взмахом ладони парящая над полом девушка распахнула тяжелые створки.

– Госпожа Фамис! Я как раз ждал Вас, чтобы сообщить, что королева прибудет сегодня вечером, – радостно доложил мэр, после чего повисла тишина.

Две телохранительницы стояли позади коротышки. Они переглянулись и, не сговариваясь, плавно положили ладони на рукоять оружия.

– Шериф Селеста... и Вы здесь?

Тяжелая пауза оборвалась грохотом выстрелов. Охранницы повалились на ковер, не успев достать оружие. Полсекунды потребовалось Селесте, чтобы выхватить два пистолета из-под юбки и совершить два синхронных выстрела, поразивших обе цели в сердце.

– Селеста, по…чему? – отойдя от шока, тихо спросил мэр.

Госпожа Фамис взмахнула рукой, и мэр был поднят потоками воздуха над полом.

– Это же из…измена!

– Нет! Это новое начало, и твой город станет очередной ступенью, – самодовольно произнесла госпожа и, резко сжав пальцы, сломала ему шею.

Жуткий хруст оборвал еще одну ниточку с прошлым Селесты. Перед глазами промелькнули моменты, как мэр – а тогда он был ректором академии стрелков – лично вручал диплом в руки еще молодой, но уже очень амбициозной девушке. Как он поддержал ее кандидатуру на пост шерифа города, несмотря на историю с превышением полномочий, в результате чего по вине Селесты погибло несколько полицейских.

Вот все это и ушло. Умерла очередная Селеста где-то внутри. Пополнила кладбище из девочек и девушек, которые хотели достичь всего своими силами и доказать себе, что и без искры можно забраться на пьедестал.

– Ты получишь свою искру, когда достанешь то, что мне нужно, – всплыли в памяти Селесты слова Кацельсиуса. – Не дрогни! И ты сможешь отомстить за то, что тебе недодала мать, спутавшись с неудачником с грязными генами!

Еще один выстрел, отбросивший мысли вглубь сознания.

– Но… как? – удивленно выдохнула госпожа Фамис, у которой из спины заструилась кровь. Будто споткнувшись, она упала надменным лицом на ворсистый ковер.

– Мифриловые пули, – с довольной улыбкой ответила Селеста.

На выстрелы прибежали полицейские.

– Это измена! Мэр убит агентом лживой королевы! – начала театральное выступление Селеста. – В соответствии с законами Белицбурга, я беру на себя временное управление городом! Слушать приказ! Развернуть все зенитные установки города и атаковать военные цепелины королевы! Они приближаются к городу!

– Будет выполнено! – вытянувшись по струнке, без каких-то вопросов отчеканили девушки.

– С этого момента любая госпожа или кукла являются врагами города и должны быть уничтожены!

* * *

С высоты птичьего полета королева осматривала свои будущие владения. Город Белицбург, залитый янтарным светом закатного солнца, неизменно казался мрачным из-за отражательной способности древесины и каменных кладок, которые использовались для почти всех зданий. Выделялась лишь центральная площадь с фонтанами цилиндрической формы и статуями из светлого мрамора. Над самим городом зависло три обвешанных механизмами цепелина. Они явно принадлежали полиции и выполняли охранную функцию, однако боевым кораблям эти развалюхи былине помеха.

– Снижаемся, моя королева.

– Отлично! Приготовьте мои... – но Миабель не успела отдать приказ.

Внезапно раздался шум выстрелов в хвосте цепелина и крики. Две телохранительницы в красно-белых свободных платьях и с посохами в руках встали перед королевой. На концах оружия засияли изумрудно-зеленые магические сферы, которые ослепительно сияли даже на фоне солнца. Стоящие по периметру палубы стрелки достали пневморужья из-за спины и, зашелестев красными юбками, устремились на звуки.

Забежав за очередной исполинских размеров металлический цилиндр с поршнями и клапанами, две девушки увидели перед собой госпожу.

– Госпожа Тинея, мы услышали выстрелы и крики…

– Выстрелы – да, а вот крики – мой недочет, – со злорадной ухмылкой ответила Тинея и, выбросив руку вперед, направила на охранниц потоки вязкой жидкости.

Черная субстанция сразу же начала обволакивать сопротивляющихся стражниц. Упали пневморужья, издав громкий пшик, а через несколько секунд рухнули на палубу и сами девушки. Жидкость создала черные блестящие коконы, которые покрыли жертв тонкой плотной пленкой, повторяющей все контуры тела.

На палубе появились куклы с арбалетами и, прицелившись, выстрелили. Охранница королевы упала на доски с двумя стрелами в животе. Вторая произвела выстрел, который отбросил одну из кукол обратно к проходу. Пшик перезарядки, и пневморужье готово к бою. Вскинула, прицел, щелчок. Но пуля ушла в небо. Вражеская стрела арбалета опередила, отчего рука дернулась и смазала последний выстрел.

Баланс боя восстановила одна из телохранительниц королевы. Изящно прокрутив посохом, в кукол понеслись два зеленых шара огня. От энергетического удара охваченные пламенем марионетки разлетелись по палубе. Наступила тишина, которую нарушали отдаленные выстрелы.

Присмотревшись, Миабель увидела, что на одном из боевых цепелинов тоже идет перестрелка, озаряя корабль магическими и техническими вспышками. Видимо, мятежники добрались до гидравлических пулеметов, начав поливать дождем из свинца пролетающих рядом наездников на грифонах. Один из них врезался в полицейский цепелин Белицбурга, отчего на нем лопнула огромная линза, обрушивая град осколков на город.

– А вот и Ваше Величество, – прервала мысли королевы госпожа.

– Тинея! – удивленно воскликнула Миабель, переведя взгляд на ступившую на палубу девушку в серебристом платье.

– Я смотрю, игрушки вам не понравились, – оглядев опаленных кукол, ехидно отметила Тинея, и с ее рук заструилась черная жидкость.

Телохранительница сделала шаг вперед и начала раскручивать перед собой посох, светящаяся сфера образовала энергетическое кольцо. Секунда – и от него стали отрываться десятки небольших искр, устремляясь к противнице.

– Впечатляет! – произнесла Тинея, когда черная жидкая стена, поглотившая все искры, медленно растеклась у ее ног. – А теперь моя очередь! – добавила госпожа, после чего ее глаза почернели и из них хлынули темные потоки.

* * *

Мифи сидела за письменным столом, подробно описывая все события ночи, в результате которых полиция недосчиталась более ста единиц оружия, в том числе и патрон. Естественно, лиц грабителей Мифи не запомнила и особенно сильных рук Кайла.

– Когда я вернусь, ты выйдешь за меня замуж, – повторила она шепотом. – Вот только вернется, я ему устрою сладкую жизнь! Кстати, сколько там времени? Свадебное ателье скоро закроется!

– Мифи! Там война! – ворвавшись в кабинет, сбивчивым от бега голосом прокричала коллега.

– Ка…кая война?

– Куклы взбесились и стали убивать всех подряд!

«Началось! – мелькнуло в голове девушки. – Значит, они говорили правду…».

Мифи быстро сунула за подвязку пистолет и, подхватив ружье, выскочила за дверь вслед за подругой. В воздухе чувствовалась тревога. Отдаленные крики и выстрелы зарождали панику. Внезапно из-за угла участка выбежала полицейская, которая, развернувшись и присев, произвела несколько выстрелов. Влетевшая в голову стрела опрокинула девушку навзничь. Оцепенение от увиденного прошло, когда из-за поворота показалось пять кукол с арбалетами и короткими клинками. Заметив двух полицейских, куклы начали быстро перезаряжать оружие.

Пронзительный звон бьющегося стекла заставил всех поднять головы. Прямо над полицейским участком пролетал цепелин, огромная линза которого осколками посыпалась вниз. В последний момент Мифи с коллегой по оружию нырнули под козырек здания. Куски стекла острыми краями впивались в крыши домов и пригвождали всех неукрывшихся к брусчатке города.

Подождав, когда звон от падения стихнет, Мифи медленно повернулась набок. Ребро слегка болело от падения, но вроде не было сломано. Куклы исчезли.

– Убью! – раздалось над ухом Мифи, из-за чего она дернулась и чудом спаслась от колющего удара в горло ножом. – Выпотрошу! – рычала детским голосом кукла с горящими змеиными глазами.

Маленькая, но неестественно сильная девочка надавливала все сильней, приближая лезвие к лицу полицейской. Вот-вот и... прозвучал оглушающий выстрел.

Кукла перестала давить, глаза ее стали медленно чернеть. Пару мгновений спустя она обмякла. Столкнув с себя порождение зла, Мифи увидела стрелявшего.

– Бренвин?

– Угадала, детка! Я пообещал Кайлу, что ты доживешь до его возвращения.

– А потом?

– А потом сами решите, – сосредоточенно ответил Бренвин, поднимая на ноги девушку.

* * *

– Вот девочка. Но есть ли смысл ее упоминать в докладе? Она все равно на днях пойдет в уплату, – спокойным голосом поведала горничная судьбу пленницы, сидящей на стуле с громоздким ошейником на тонкой шее.

Сердца девушек екнули, увидев дочку Бренвина.

– Тогда все, – продолжала играть Ольма.

– Хорошо, я вас провожу.

Почти дойдя до выхода из поместья, Лина с Ольмой переглянулись и выхватили пистолеты из-за подвязок.

– А теперь без глупостей, тварь! – прошипела белокурая, находясь по-прежнему под впечатлением от увиденного.

– Предсказуемо, – спокойно произнесла в ответ горничная.

– Молчи и веди нас к рубильнику, который отключает энергозабор!

– А зачем он вам? Вам все равно не скрыться.

– Молчи и делай!

Подойдя к ближайшей открытой двери, горничная указала на рычаг, возле которого на ящике безучастно сидела кукла с янтарными волосами.

– Вон тот.

– Прикажи ей отключить.

– Эй ты! Отключи ворота.

– Никто же не едет, – ответила кукла, привстав с ящика.

Ольма с силой вжала дуло пистолета в спину горничной, и Сильвия продолжила:

– Я не спрашиваю, едет или нет! Отключай!

Кукла подчинилась и, дернув вниз рубильник, обесточила ворота. Синее свечение пропало.

– Довольны?

Теперь нужно надеяться на Кайла с Гарретом.

Минуту спустя горничная недовольно спросила:

– И долго мы будем чего-то ждать?

Словно ожидая этой фразы, как щелчка спускового крючка, раздался протяжный вой. Кукла быстро выглянула в окно и, приглядевшись, крикнула:

– Рогатые!

– Включить защиту! – приказала по наитию Сильвия, но тут не выдержали нервы Лины, и она выстрелила в потянувшуюся к рубильнику куклу. Та с грохотом упала, а проклятая горничная, выбив у Ольмы из рук пистолет, рванула по коридору. Прежде чем Лина успела выстрелить, Сильвия скрылась за поворотом.

– Плевать на нее! Нельзя позволить включить ворота!

Тем временем вой и крики нарастали. Высунуться в окно и поглядеть, что происходит, девушки не могли – куклы сразу же стреляли из арбалетов. Повсюду слышались щелчки и грохот выстрелов. Тем временем в ворота влетели Кайл и Гаррет на лошадях с ружьями в руках, а за ними на черных волках и церберах ворвались десятки рогатых наездниц с луками. Стрелы и болты посыпались со всех сторон.

– Кайл! Мы тут! – позвала Ольма.

– Где они? – вбежав в комнату, спросил парень.

– За мной!

Сильвия добралась до своей комнаты и, скинув серую ткань с напольного зеркала из мифрила, начала совершать быстрые манипуляции с механизмами. Раздался звон разбитого стекла и, обернувшись, Сильвия увидела в окне одну из рогатых воительниц, которая стояла в проеме, сжимая кривой кинжал в руках. С разворота горничная метнула припрятанный в юбке униформы нож, который угодил точно в горло суккубу. Схватившись за горло, воительница спиной рухнула обратно на улицу. Несколько манипуляций, и зеркальная поверхность преобразилась в портал. Нажав на красную кнопку на рамке зеркала, Сильвия шагнула в проем и оказалась в лаборатории алхимика. Позади раздался взрыв, который уничтожил зеркало с той стороны и прервал портальную связь.

С боем прорываясь вперед, друзья добрались до развилки.

– Ольма, Гаррет, освободите остальных, а я с Линой к дочурке!

Когда Кайл с Линой ворвались в отдельную камеру, девочка хрупкой статуей сидела одна на стуле.

– Ами! Это я, – подбежав и подхватив на руки драгоценное дитя, прокричал Кайл.

Ослабевшие детские ручки обхватили за шею спасителя.

– Дядя Кайл…

– Я же говорил, что найду тебя! Уходим!

Покинув камеру девочки, Лина с Кайлом пересекали один коридор за другим, а затем приметили на пути женщину в серебристом платье. Госпожа с ревом выпустила черные фонтаны из глаз, ушей и рта, которые волной из маслянистых рук потянулись к троице, затапливая узкие проходы.

– Бежим!

Они рванули к выходу из поместья, надеясь, что Ольма и Гаррет уже выбрались из этой смертельной ловушки. Оказавшись на улице, где бой уже закончился, Кайл увидел вождя суккубов, крепко обнимающую дочку.

– К оружию! – успел прокричать Кайл, когда из поместья выплыло то, что раньше напоминало госпожу. Переплетение черных мерзких рук, тянущихся из деформированного тела человека.

Десятки черных конечностей столкнулись со стеной огня, которую создала вождь суккубов. Силы были равны, несмотря на мощь воительницы. Поставив девочку на землю, Кайл спешно достал пистолет, зарядил шесть мифриловых патрон и, прицелившись, крикнул:

– Привет от Бренвина!

Грохнуло. Еще и еще…

Шесть светящихся пуль, пронзив черную стену насквозь, поразили тело твари, отчего та сбавила напор, и огонь тут же поглотил ее.

– Знать будешь, как дочку мою красть! – завершила вождь суккубов под радостные улюлюкания воительниц.

Эпилог

Передние колеса паровой машины грузно бухнулись на золотистый песок. Через несколько секунд и задняя пара съехала с металлического пола гаража, утопая в желтой рассыпчатой поверхности. Магические врата еще не схлопнулись, а Сильвия ускорила машину, нажав соответствующую педаль. Менее чем через полчаса они подъехали к пятиконечной пирамиде, остановившись в ее тени. Горничная открыла дверцу, позволив Кацельсиусу с Селестой выйти и направиться к женщине в легком зеленом платье.

– Хотела бы сказать, что я тебя давно жду, но в безвременье это бессмысленно, – сильным и звонким голосом встретила гостей властная особа. Золотисто-зеленое платье, длинные полы которого трепетали под легким дыханием пустыни, обволакивало стройную фигуру.

– Время не имеет значения, если на кону судьбы миров, – спокойно ответил Кацельсиус.

– Госпожа Марана! – с легким реверансом поддержала приветствие Селеста.

– Ты принес мне геном третьей королевы? – даже не обратив внимание на девушку рядом с алхимиком, холодно поинтересовалась Владычица.

– Естественно! И мне хотелось бы получить свою награду, – напомнил о договоре Кацельсиус.

Несмотря на очень долгое сотрудничество, алхимик опирался на большой жизненный опыт, который подсказывал, что всегда следует контролировать ситуацию. Незаметным жестом Марана подозвала прислужницу в наряде рабыни. Та быстро засеменила к повелительнице с подносом в руках, на котором стояла внушительная шкатулка. Прямоугольная крышка изделия была покрыта мерцающими узорами. Марана провела рукой над деревянным ларцом, после чего рунические знаки плавно поменяли свою форму. Легкий щелчок, и сундучок приоткрылся, выпуская томящийся голубоватый свет. Оставив Селесту, Кацельсиус подошел к рабыне с подносом и достал из шкатулки артефакт, постоянно меняющий свою форму.

– Ключ Даготта... пропуск в мир безумия! Это тебе не жалких гомункулов тянуть из пространственной пропасти, – слегка обесценивая труды Кацельсиуса, представила артефакт Марана.

Подержав ключ в руках, алхимик произнес:

– Сделка!

Четыре рабыни быстро засеменили по горячему песку к багажному отсеку паромобиля, где их ждала Сильвия. Меньше чем через две минуты рабыни пронесли мимо переговорщиков извивающийся мычащий мешок.

– Какие теперь твои планы, Кацельсиус? – с бесцветной улыбкой поинтересовалась Марана у собравшегося уходить алхимика.

– Я думаю... верну королеву на свое законное место.

– Каким образом? – не скрывая удивления, спросила пустынная владычица.

– Я выдам Селесту за королеву. Тем самым теперь престол и все королевство будут в моих руках... и я смогу продолжить свой главный эксперимент.

Марана проследила пристальным взглядом за уходящей парой, не задав больше никаких вопросов. Сильвия услужливо открыла дверь Кацельсиусу и его спутнице, которые сразу уединились на дальних сидениях.

– Значит, героем решил стать? – с улыбкой спросила Селеста, когда паромобиль тронулся обратно.

– Да, моя королева, – сидя с закрытыми глазами, ответил алхимик.

– Мы же одни. Ты можешь называть меня и по имени, – игриво сказала девушка.

– Хорошо, Миа...

– Вот так лучше! Твоя идея с подменой сработала, – с похвалой продолжила Миабель.

– Она не могла не сработать. Я так долго менял гены Селесты, чтобы они стали идентичны твоим, – спокойно поведал о своих достижениях Кацельсиус.

– Да, ты гений и заслужил сладкого сегодня, – с игривой улыбкой промурчала королева, демонстративно забросив ногу на ногу.

Алхимик вздохнул в ответ.

Тем временем Селеста тщетно пыталась освободиться от тугих бинтов и позвать на помощь. Но кто услышит человека в саркофаге в недрах забытой всеми гробницы, на стене которой была изображена искра. Детская мечта заблудившейся девочки исполнилась.

 

 

 


Оцените прочитанное:  12345 (Ещё не оценивался)
Загрузка...